Камелия. Княжна соляных пустошей 2 (СИ) - Кароль Елена

– Я тебя так утомил?

– Ты правда хочешь услышать ответ? - усмехнулась тонко.

– Впервые за долгое время ощущаю себя бездарем, издевающимся над ребенком, - проворчал Тихомиров, плавно выруливая со стоянки. - И, пожалуй, сделаю вид, что ничего не спрашивал. Ты просто устала, да? Длинный был день.

– Да, Тим, - улыбнулась отстраненно, прикрывая глаза. - Я просто устала. День действительно был очень длинным. Мне очень понравилось наше дружеское свидание, правда. Ты очень милый, когда не лезешь в душу. Наверное, не будь я княжной, а ты Тихомировым, я бы тобой даже увлеклась…

– Впервые мне мешает фамилия, - хохотнул мужчина, звонко цокая. - Феноменально! Никогда не думал, что такое возможно. Ладно, будем считать, что у нас всё отлично, а остальное рабочий момент. Обещаю, завтра с самого утра вытрясу их Танечки всех нужных тебе специалистов, а после обеда привезу Аристарха и Варю, проведем следующий этап привязки. Так, а это ещё что? О, знакомые всё лица…

В его тоне проскользнуло ехидство и я приоткрыла глаза, сначала глянув на него, а затем назад, ведь Тимофей смотрел в зеркало заднего вида, но мы ехали по городу в довольно плотном потоке и я не поняла, о ком он говорит.

Пришлось спрашивать:

– Ты сейчас о ком?

– Османы, - усмехнулся Тихомиров. - Я их ещё в парке срисовал, вели нас всю дорогу, но крайне аккуратно. Сейчас продолжают. Как думаешь, рискнут напасть?

Скривившись, я с досадой вздохнула.

– И неймется же им… - проворчала с нескрываемым раздражением. - Не понимаю такой озабоченности. Сами себе проблемы создают!

– Османы, - пожал плечами Тимофей. - Горячие парни, которым море по колено и барханы по плечу. Для них понравившуюся девушку похитить, всё равно что за хлебушком выйти. Что делать будем, краса моя? Сами им по сусалам наваляем или звоним в техподдержку?

Несмотря на всю серьезность ситуации, я нашла её на диво смешной и рассмеялась, но потом всё-таки призвала себя к порядку и задумалась. Если (не дай бог!) сами не справимся, последствия могут быть весьма плачевными. От убийства Тихомирова до моего изнасилования.

Нет, не хочу. Лучше перестраховаться!

– Звоним, - кивнула в итоге. - Пусть подстрахуют.

– А ты в меня веришь, как погляжу, - уязвленно пробормотал Тимофей, но уже берясь за телефон.

– Я в тебя верю, - возразила ему. - Но я уже опытная жертва и предпочитаю перебдеть.

– Да понял я, понял, - проворчал мужчина и произнёс уже в трубку: - Иваныч, у меня форс мажор. Черномазый, ага. Да, с ней. Куда? Понял, еду.

Закончив разговор, Тихомиров любезно пояснил:

– Наш начбез тоже в курсе, где я и с кем. Мы с ним проговаривали риск подобного развития событий, так что группа перехвата наготове. Сейчас двинемся в нашу сторону, им там будет удобнее. Не переживай, домой ты сегодня попадешь. Только чуть позже. Хорошо?

– Хорошо.

Вот только планам Тимофея не суждено было сбыться.

Мы уже выехали из города по Началовскому шоссе, причем двигаясь неторопливо в редком потоке машин, когда мой спутник глухо ругнулся - буквально из ниоткуда перед нами возникла фура с распахнутыми дверями и опущенным пандусом, справа, слева и сзади нас зажали в жесткую коробочку из безликих внедорожников с затемненными окнами, а затем Тимофей ругнулся снова и плавно вьехал в темное нутро фуры, тут же выпаливая:

– Это не я!

Догадываюсь…

Он успел схватиться за телефон и ругнуться так смачно, что я аж почти заслушалась, следом сквозь зубы прошипев: “глушат, сволочи”, а потом я ощутила в салоне подозрительный сладковатый запах…

И отключилась.

***

Он очнулся рывком. В машине, аккуратно припаркованной у обочины. Всё так же сидя за рулем и сжимая в руке телефон.

Не болело ни тело, ни голова. Разве что во рту ощущался подозрительный сладковатый привкус…

Поморщившись, попытался вспомнить, что произошло.

Камелия. Свидание. Озеро. Кафе…

Османы!

Тут же рывком повернул голову в сторону пассажирского сидения и по спине прошелся ледяной холодок дурного предчувствия.

В машине он был один.

Дерьмо!

Глава 19

Не знаю, сколько времени я пробыла без сознания, но когда очнулась, то сразу поняла, что радоваться нечему.

Я на кровати. Я голая. Я в грубых металлических браслетах, очень похожих на наручники, но в первую очередь блокирующих магию.

И я… Под дурманом?

Мысли текли вяло, откровенно нехотя, по телу бродила совершенно несвойственная мне томная нега. В комнате приятно пахло незнакомыми благовониями, так и манящими расслабиться ещё сильнее, но тут они не угадали.

В прошлом я уже попадала в схожую ситуацию, хотя и на настолько пошлую, но память как никогда вовремя подкинула нужные воспоминания о том, как тяжело мне тогда пришлось, и в груди зародилась злоба.

Самая обычная животная злоба.

Не с той связались, мрази!

Не торопясь делать резкие движения и предпочтя встать плавно, чтобы не насторожить похитителей раньше времени, если за мной ведется видеонаблюдение, я поднялась с широченной кровати и осмотрелась.

Комната была обставлена в непривычном стиле, это определенно был восточный шик и кричащая роскошь. Слоновая кость и позолота, алые акценты и снова позолота. Мрамор, лакированное дерево… И снова позолота!

Кровать стоит на круглом подиуме со столбиками, на которых подвязаны полупрозрачные занавеси. На полу ковры с типичными восточными узорами. По углам расставлены обитые алым бархатом мягкие пуфики и диванчики самых разных форм. Вдоль одной из стен растянулось панорамное окно с видом на…

Чего-чего?! На какие, нахрен, барханы?!

Совершенно не стесняясь своего обнаженного вида, я подошла к окну вплотную и сосредоточенно изучила всё, что увидела. Если отбросить в сторону панику и ярость, получалось, что меня не просто похитили, но уже и увезли достаточно далеко от Астрахани.

Как минимум в какой-нибудь Стамбул, как максимум - в личное имение на территории Османской империи.

Плохо. Очень плохо. Получается, что обратно мне за пять минут не сбежать. Даже если выберусь из дома и чудесным образом избавлюсь от браслетов, блокирующих магию, то придется сначала разбираться, где я вообще очутилась. Увы, я крайне смутно знакома с географией соседней империи, но прекрасно знаю, что нравы тут оставляют желать лучшего. И одиноко путешествующая женщина без одежды и документов вызовет слишком много ненужных мне вопросов…

Дерьмо!

Поджав губы и скрипнув зубами, я поискала в комнате хоть какую-то одежду, но на первый взгляд тут не было даже шкафов. А если подумать?

На всякий случай подергав широкие двери, убедилась, что они заперты, и прошла вдоль стен, периодически постукивая. С одной из них мне повезло - за деревянными панелями находился вместительный шкаф, практически ещё одна комната, но на этот раз без окон, зато внутри была тьма полок и вешалок, а еще удобный диванчик и трюмо с пуфиком, но сами полки были полупусты.

Впрочем, мне хватило наглости и просто сообразительности, чтобы найти среди халатов, сорочек и прочих полупрозрачных тряпок одежду поприличнее и всего через десять минут я была уже в трусах и платье, а ещё искала в ящиках хоть какую-нибудь заколку, чтобы скрепить ею косу.

Нашла.

Ещё час я маялась от безделья, прохаживаясь по комнате и строя планы побега, попутно обнаружив ряд минусов: окно не открывалось, туалета в комнате не было, подозрительный запах не выветривался и его источник я обнаружить не смогла. Как и камеры, если они вообще тут были.

Браслеты тоже бесили и пускай я чувствовала, что внутри меня магия есть, зажечь даже крошечный светляк не получалось.

Твари!

Но вот со стороны двери послышался приглушенный шорох, затем щелчок и в комнату вошла женщина. Уже немолодая, ближе к пятидесяти. Темноволосая, кареглазая. Совершенно невзрачная, хотя и одета в богато расшитое золотой нитью и бисером платье, поверх которого был накинут традиционный халат без рукавов более темного цвета. Куча украшений, яркий макияж с густой подводкой, но если всё это снять и смыть, то получится самая обычная тетка.