– Я ничем не могу вам помочь, – сухо ответил Сен-Мар. – Когда я вернулся, здесь уже не было ни ваших рекрутов, ни… – Он умолк, сглотнул, словно пропихивая обратно в глотку едва не вырвавшиеся наружу слова, и закончил: – Ни тех, с кем они вступили в драку.
– Давайте без этого, – поморщилась Джен. – Теряем время. Я знаю, что вы держали в башне вашего сына, который…
– Выйдите! – крикнул барон, и его телохранители, уже развесившие уши, покинули кабинет.
Ведьму это позабавило: как будто наличие сына было чем-то сродни постыдной болезни, которую следовало тщательно скрывать.
Хотя ей говорили миледи и один из двоих Редфернов, что сын – незаконнорожденный; правда, Джен никак не могла взять в толк, что же это значит.
– Вы слишком много болтаете, – процедил Сен-Мар, когда они остались одни.
– Странно, обычно меня упрекают в молчаливости, – фыркнула ведьма. – Итак, чтобы я мог наконец-то заняться делом, мне нужно знать, что произошло в башне, когда вы уехали в Виллер.
– Почему я должен вам отвечать?
– Так вам сын не нужен, что ли? Ну и начали бы с этого. – Джен поднялась, надела шляпу и даже успела сделать пару шагов к двери, когда барон выдавил:
– Если вы пообещаете его вернуть, я расскажу.
– Ладно, – беспечно ответила ведьма; слово, данное такому человеку, для нее ничего не значило, хоть он и был внешне так похож на мистера Лонгсдейла. Но в остальном – никакого сходства, и потому барон ее раздражал. Он как будто украл то, что принадлежало важному для нее человеку. Чего бы она не отдала, лишь бы вернуть его!
– Я оставил на посту перед дверьми башни шестерых телохранителей. Перед отъездом в Виллер я встретился с мадемуазель и месье Уикхемами, которых нанял ранее, чтобы они выяснили, кто устраивает покушения на меня с помощью м… магии… – Барон запнулся и бросил быстрый, подозрительный взгляд на ведьму.
– Они мне докладывали.
– Так вы их начальник?
– Я их обучал, – сказала ведьма. – И был в Виллере, так что часть про пожар можете опустить.
– Когда я беседовал с родственниками рабочих, погибших в пожаре на фабрике, нас прервал верховой, посланный моим мажордомом.
– Вашим кем? – со смехом воскликнула Джен. Мажордом, это надо же!
– Слуга доложил мне о нападении на донжон, – сухо продолжал Сен-Мар. – Я тут же вернулся сюда, но было поздно. У дверей и внутри башни мы нашли шесть трупов, комнаты внизу были разгромлены, одна из стен сломана. Слуги сказали, что ночью видели, как Уикхемы вышли из дома, где я предоставил им комнаты для отдыха, и направились к башне. Видимо, они как-то узнали об атаке и попытались защитить мой дом. Но безуспешно – поскольку ни моего сына, ни Уикхемов с тех пор не видели.
– Но не видели и нападавших, не так ли?
– Думаете, Уикхемы смогли сбежать и укрылись вместе с Шарлем в безопасном месте? – оживился барон.
– Может быть. А может, ваши враги взяли в плен всех троих. Это надо выяснить. Пойдемте, покажете мне башню.
– Я не слуга… – возмущенно начал было барон.
– Это же там вы устроили себе кабинет магических редкостей, верно?
Сен-Мару определенно не хотелось, чтобы всякие лакеи таращились на его коллекцию, поэтому он встал, накинул плащ и властным жестом велел Джен следовать за ним.
Из кабинета барона в сад вела потайная лесенка, скрывающаяся за дубовыми стенными панелями. В саду же была проложена узкая дорожка, которую прятала от любопытных глаз высокая, футов восьми, живая изгородь, такая густая, что разглядеть, кто идет по дорожке, было невозможно. По ней Сен-Мар провел ведьму к донжону.
Трупы уже унесли; выломанная дверь лежала рядом со ступеньками крыльца, открывая вид на разгромленную гостиную. В стене напротив двери зиял пролом от пола до потолка. В нем виднелась вторая лестница – потайная или, может, для прислуги. Джен подошла к крыльцу и недовольно спросила:
– Это что? Пасли тут стадо слонов?
– Здесь были мои люди и я, мы осматривали…
– Затоптали, к чертям, все место преступления!
– Месье, я был очень снисходителен к вам, – холодно изрек барон, пытаясь смотреть на Джен сверху вниз, – но если ваши манеры не станут любезнее, то я приму меры, чтобы их улучшить.
Ведьма втянула носом воздух, присела на корточки у крыльца и пробормотала заклинание. Оно расцветило десятком отблесков снег – людей тут побывало слишком много. Но имелась и приятная новость. Хотя с какой стороны посмотреть…
– Они пришли сюда своими ногами, – пробормотала Джен. – Без порталов. Может, открыли его дальше, в деревне или в лесу. Гм. Значит, опасались.
Она прошла в гостиную, тщательно осмотрела ее, как наставлял Бреннон, но не нашла ничего, кроме обломков мебели и осколков стекла.
– Вон та лестница. Зачем ваш сын по ней спустился?
– Не знаю. Ему запрещено видеться с посторонними.
– Тогда как его выманили? Он мог пойти на звук погрома?
Барон задумался.
– Вообще-то я ему запрещаю, – наконец сказал он, – но мы, Сен-Мары, не из трусливых, а в его жилах течет моя кровь.
– И еще кровь какой-то горничной, – хмыкнула Джен; барон побагровел. – Однако здесь изрядно покидались заклинаниями. – Она переступила через нижний край пролома в стене. – Взгляните: каменная кладка оплавилась, пол сгорел, крыльцо разбито в мелкий щебень. Но все же тут никого не убили.
– Откуда вы знаете?
– Чую, – ответила ведьма. – Мертвечиной не воняет. Все ушли живыми. Вопрос в том, куда.
Она спрыгнула в снег и, принюхиваясь, для начала двинулась вперед по дорожке. Здесь все тоже было превращено в кашу стараниям бароновых слуг, но через два десятка ярдов ведьма обнаружила дыру в кустах, оставленную неким массивным телом. Если в распоряжении бартолемитов не имелось такого же здоровяка, как Диего Уикхем, то путь побега оборотня был найден.
Здесь слуги ничего не затоптали, и Джен, раздвинув пошире обломанные ветви, показала Сен-Мару одиночную цепочку следов. Крупный, тяжелый мужчина быстро бежал прочь, стремясь к ограде.
– Один, – сказал наблюдательный барон.
– Бартолемиты завязли в драке с мисс Уикхем. Либо один обогнул ее и сбежал с добычей, либо ее брат унес мальчишку с собой.
– Почему вы так думаете?
– Он закинул его на левое плечо. Следы левой ноги глубже, чем следы правой.
Они прошли по следу вплоть до каменной ограды. На ней, ближе к вершине, виднелись глубокие царапины вдоль камня, словно оборотень вонзил когти одной руки для опоры, оттолкнулся и схватился другой рукой за ограду. На остром выступе одного из камней остался клок льняной рубашки.
Джен взлетела и опустилась на ограду; у барона вырвался невнятный возглас. С высоты стены ведьма увидела и место, куда спрыгнул Уикхем, и еще одну цепочку следов, которая вела прочь от деревни в сторону леса. Джен довольно хмыкнула: рекрут, как его и учили, убегал, сторонясь домов, и уводил возможную погоню как можно дальше от людей.
Она уже собралась было спрыгнуть, чтобы не вносить полетами разброд и шатание в умы деревенщин, как вдруг Сан-Мар схватил ее за лодыжку. Барон, пыхтя, вскарабкался по ограде и просипел:
– Как вы это сделали? Какого черта вы вообще делаете?
– Видите след? Уикхем бежал к лесу. Что там у вас в лесу?
– Ничего, – недоуменно отвечал владетельный сеньор, утирая лоб. – Лес как лес, мои охотничьи угодья.
– Что, ни тайных ходов, ни подземных убежищ, ни древних языческих храмов? – разочаровалась Джен. – Эх. Ну ладно. Тогда вы мне больше не нужны.
– В каком это смысле? – надменно спросил барон.
Ведьма вспомнила про совет Бреннона находить особо настырным «помогателям» долгое, нудное занятие подальше от расследования и сказала:
– Как вы видите, следы разделились. А я не могу разделиться. Поэтому я пойду по следу Уикхема, но мне нужен человек, который отправится по следам сбежавших бартолемитов.
– Я уже отправил нескольких своих телохранителей. Я буду ждать их возвращения в доме. Когда вы найдете вашего рекрута и моего сына?
