Не твоя жертва (СИ) - Кузьмина Виктория Александровна "Darkcat"

Джентльмен бульвара разбитых надежд, мать его!

Она кинула взгляд на ключи от машины — и черт! Они там. Быстро нажав на кнопку блокировки, она полезла на водительское сиденье.

Провернув ключи, зажала педаль и крутанула руль, разворачиваясь. Подала газу в сторону города. Максим в шоке побежал за машиной. Девушка сотрясалась от нервной дрожи. Сейчас ей было холодно от липкого страха. Пот бежал по спине неприятными ручейками. В голове мелькали мысли — отделаться от этой истории, в которую она втянула себя по своей невнимательности. Жизнь в городе ее расслабила.

Трасса была скользкая, наледи швыряли машину по дороге на большой скорости. Лес мелькал одним темным пятном, освещаемый только светом фар. Страх не отступал ни на шаг, подгоняя бешеным зверем, но она надеялась, что ей удалось вырваться, когда вдалеке замелькали огни города.

Но в этот момент машину повело от удара в бок. Она вцепилась в руль, выдавливая педаль газа. В бок снова боднула машина — тот самый джип, что был на обочине. Лена поняла: она не видела преследования, потому что они не включали фар, нагоняя ее. Жаль, до телефона не дотянуться, он на заднем сиденье в сумочке.

Машину опять повело. Если так продолжать, ее просто столкнут с дороги, или она не справится с управлением. А огни города уже так близко. Каких-то пара километров, и она в черте. Там смогла бы петлять по улицам и, возможно, отвязаться.

Черт! Черт! Черт!

Ей было плохо, тошнота подкатывала к горлу, дикая слабость в теле прибавляла сомнений в своих силах.

Ее надежды пали прахом, когда на перекрестке толкнули особенно сильно, и она, не справившись с управлением, влетела в дорожный знак.

От толчка приложилась головой о руль. Несильно, но это дезориентировало. Чудо-вода запросилась наружу с огромной силой, и она сделала самую фатальную ошибку, которую могла совершить в тот момент: открыла дверь, и ее вырвало.

Когда до нее дошло, она попыталась захлопнуть дверь, но было поздно. Ее схватили за руку, вытянули на улицу и сильно тряхнули.

— Маленькая сучка, тебя не учили, что долги нужно отрабатывать, а не бегать и заводить зверя погоней? — голос, глубокий и рычащий, раздался над головой.

Девушка вскинула голову вверх. Над ней возвышался мужчина, его глаза сияли алым цветом, клыки были удлиненные. Альфа.

Среди оборотней их было мало, но они отличались силой и выносливостью. Образовывали свои кланы и вели за собой. Крайне жестокие представители своей расы.

— Я вам ничего не должна. Отпустите меня, — голос был хриплым и надрывистым. Она боялась.

— Твой муженек должен мне огромную сумму денег, и ты должна отработать за него.

— У меня нет мужа, вы что-то путаете. К делам Максима я не имею никакого отношения.

— О, как интересно. Но мне плевать, красивая. Долг ты отрабатывать будешь, или я разорву тебя, а следом и твоего муженька. Поняла?

Он наклонился и плотоядно оскалился. Девушка отшатнулась от него, чем вызвала его рык. Он тут же схватил крепче за руки и зарычал:

— Мне плевать, какие аферы ты со своим муженьком проворачиваешь и под скольких он тебя, шлюху, подложил!

— Иди к черту! Я не шлюха и ничего тебе не должна!

Лена начала биться в его руках, вырываясь. Но делала только хуже, злила его. Возбужденный уходящей добычей, он был нестабилен, а она лишь подлила масла в огонь.

Он, отпустив одну руку, схватил девушку за волосы и сильно дернул. По ощущению, он вырвал клок волос — не меньше.

Следующая ошибка была для нее роковой. Свободной рукой она замахнулась и ударила его. Хруст его носа был оглушающим в ночной тишине. Откуда только силы взялись? Она никогда не сдавалась и не прогибалась ни перед кем.

Следующим звуком был его рык.

Схватив девушку за плечо, он с силой развернул. Раздался хруст — плечо было вывихнуто. Мужчина не церемонился и, разворачивая, приложил ее скулой об открытую дверь машины. От боли перед глазами у нее заплясали мушки. Тело обдало холодом. Он сорвал своей лапой с нее платье, лохмотьями опустившееся к ногам.

Дверь в салон машины была открыта, и он загнул ее на сиденье грудью. Трусики сорвал следом. Тут девушку затрясло.

— Не надо... Пожалуйста... Не нужно этого делать!

Она не хотела так. Только не так. Лена не ждала от своего первого раза чего-то особенного, но и не думала, что он будет на трассе, около машины, взят насильно. Словно шлюху на трассе.

— Заткнись! — он зарычал на нее и, ударив по ноге, раздвинул их.

Руки заломаны на спину, и он давил своей лапой так, словно ее под бетонной плитой зажало. Даже шевельнуться шанса не было. Боль в вывихнутой руке была невыносимой.

Ладонью он провел от шеи к копчику и, остановившись на ягодицах, ударил, явно не жалея силы, наказывая. Было противно до слез, которые потекли по щекам девушки. Он положил руку ей на лобок и начал спускать ее ниже, туда, где, кроме нее самой, ее никто не трогал так.

В следующие секунды от боли она дернулась всем телом. Он провел когтем по нежным складкам ее плоти. Девушка молилась, чтобы он не засунул туда палец с когтем — последствия могли быть плачевными.

— Не нужно с когтями... Пожалуйста... — она шептала между судорожными всхлипами, срывавшимися с губ.

— Тогда расслабься. Не каждая шлюха может меня принять, — зло усмехнулся мужчина и расстегнул ширинку.

Внутри девушки все похолодело. Он раздвинул ее половые губы пальцами, и головка его эрегированного члена уперлась прямо во вход в ее тело.

— Нет!.. Не надо!

Из последних сил она трепыхалась и попыталась пнуть его. Но он только подхватил ногу и задрал вверх. Толкнулся глубже. Девушка закричала от боли, стараясь совладать со своим телом и расслабиться. Его член с трудом входил в неё. Мужчина рыкнул:

— Расслабься!

Она сжала кулаки, ногтями прокалывая кожу. Она не будет кричать. Она сильная. Закусила губу и сжала ее зубами.

Он зарычал и начал двигаться. Боль была нестерпимой. Словно раскаленной кочергой проткнули. Мужчина не сдерживался, двигаясь уже без труда. Тело девушки начало вырабатывать смазку, чтобы облегчить трение. Бедра пылали от жара и боли. Было мокро. По ногам покатилась влага.

Похоже, он не только лишил ее девственности, но и порвал. Мужчина вбивался в ее тело грубыми толчками, одной рукой пережимая запястья за спиной, а второй придерживая за бедро.

Сколько это продолжалось, она уже не понимала, пока не услышала визг тормозов и его рык. Он дернул ее на себя, обхватив поперек талии своей рукой, и, нагнувшись, вцепился в шею клыками. Она отчаянно закричала:

— Больно-больно-больно!

В этот момент ее сознание не выдержало и обрушилось тьмой. Тело повисло на его руках.

Мужчина будто обезумел, держа девушку в руках, двигаясь между ее сладких бедер, чувствуя ее кровь, что стекала ему в рот, когда он прокусил ей шею, оставляя свою метку. Он находился в экстазе. Как только прокусил шею, он бурно излился в нее. В тот момент им руководил зверь, что хотел заклеймить свою самку.

Он чувствовал — она его. И его не волновало, что она — человек.

К зверю в такой момент было страшно подходить, он был опасен. Но у его людей не было выбора — девушка могла умереть. Самым смелым оказался его бета — Егор, которому вся эта ситуация не нравилась с самого начала. Все пошло не так, как они планировали.

— Арман, прекращай! Ты убьешь ее! — он аккуратно подступал к нему, держа руки перед собой.

Но их альфа только зарычал, убирая зубы и инстинктивно зализывая рану от метки на девушке. Она вскоре затянется, чего не скажешь о других ранах, нанесенных им.

— Арман, приди в себя! Девчонка уже достаточно отработала за этого мудака. Отпусти ее!

Мужчина зарычал. Он словно растерял весь контроль, держа в руках девушку, что начала приходить в себя и прохрипела:

— По...мо...ги...те...

Хрипло и тонко звучал голос, но его все услышали, и у их вожака прояснилось перед глазами. Он вышел из девчонки и отпустил ее. Она мешком упала на снег. А он, застегнув ширинку, отошел.