Учитель Особого Назначения. Том 7 (СИ) - Савич Илья

Саня выступал у доски и увлечённо вычерчивал мелом заклинание цементирования земли. Таким часто пользовались, чтобы на время обеспечить проезд по болотистым местностям или по грунтовым дорогам, которые развело после дождя, например.

Он, кажется, совсем позабыл про упущенные каникулы. И так увлёкся, что даже не заметил, как я вошёл.

Инга же заметила и тихо подошла ко мне.

— Привет, — улыбнулась она.

Девушка выглядела счастливой, и даже очень. Лицо не покидала улыбка, и даже Источник будто сиял живительной силой водной стихии.

— Привет, — кивнул я. — Как продвигается?

— Отлично! Саша прям молодец. Объясняет чуть ли не лучше меня, хи-хи.

Мы синхронно посмотрели в сторону шкета, который как раз добрался до сложного участка плетений.

— Короче, вот эту загогулину, которая выглядит как раскорячившаяся черепаха…

— Да какая это черепаха! — вклинился Андрей Самсонов. — Это ж… — он призадумался, и я уж решил, что сейчас назовёт название руны, но мои ожидания не оправдались. — Это ж обезьяна на ветке!

— Да не! — замотал головой Кирилл. — Это ж медведь! Вы чего, не видите⁈

— Да какая разница! — гаркнул Саня. — Эту загогулину, короче, надо наносить после «облепихи», и обязательно, чтобы лапа «черепахи»…

— Обезьяны! — вставил Андрей.

— Медведя! — настоял на своём Кирилл под тихий смех остальных учеников.

— Да как хотите, не суть! — махнул Саня. — Короче, лапа черепахообезьяномедведя должна держаться за стебель после третьего листка. Так понятно⁈

— ДА!! — хором ответила вся группа.

— Несомненно, маэстро! — возник между Андреем и Кириллом призрак Перверс. — Но должен заметить, что эта руна скрепления больше похожа на поражённую электричеством четырёхпалую каракатицу!

— Эм… лады… — нахмурился Саня. — Короче, идём дальше. А дальше нижняя лапа соединяется с символом…

Мы с Ингой переглянулись с улыбками. Девушка тихо хихикала, прикрыв губы рукой.

— Интересный подход, — хмыкнул я. — Надо запомнить.

— Ага, только я почему-то вижу в этой руне коалу, — призналась Инга.

— Какая многогранная завитуха… — протянул я, старательно пытаясь перестать видеть в ней тех самых Крибламсов, о которых недавно вспоминал.

Всё-таки детское воображение удивительная штука. Оно помогает видеть мир под совершенно разными и необычными углами. Очень повезло, если не удалось растерять его.

— Так ты по делу заскочил или просто? — спросила Инга.

— По делу, — признался я. — Вот.

Я достал из рюкзака свёрток и протянул ей.

— Что это? — нахмурилась Инга, развернула листы и с растущим интересом принялась их изучать. — Это же…

— Ага, — кивнул я.

— Оно же!..

— Именно.

— И когда? — с явным энтузиазмом взглянула на меня Инга.

— За неделю управитесь?

— Не знаю, не знаю, — призадумалась девушка. — Это будет сложно! Несколько дней уйдёт только на то, чтобы расплести заклинания.

— Это не понадобится. Там всё готово.

— Ого! — приободрилась она. — Тогда должны успеть!

Инга и Настя оставались в академии на каникулы. Инга работала, как и прочие учителя, а Настя готовилась к выпускным экзаменам и вовсю нагоняла третий ранг развития. Ей удалось сократить разрыв между другими однокурсниками, но я советовал не слишком разгоняться.

Главное качество заклинателя — это высочайший контроль магии. И далеко не всегда более высокий уровень развития способствует их мастерству. Если Источник перегоняет такое количество энергии, которое магу не удаётся с лёгкостью контролировать, то в обычном случае это не великая беда. Просто дело практики.

Но для заклинателя это определённый период времени, причём он может быть очень долгим, когда тонкий контроль потоков перестаёт быть доступным. А мастерство заклинателя, как, впрочем, и другие, нужно постоянно оттачивать. Иначе оно затупляется и покрывается ржавчиной.

Только недавно Настя достигла контроля, с которым могла двигаться дальше. Так что теперь уже собиралась «обгонять» остальных.

Но чтобы мастерство заклинаний продолжало оттачиваться, я придумал для неё и Инги классную головоломку в виде довольно амбициозного проекта для учебки. Если… то есть, когда всё получится, будет прям очень классно.

Я вышел из библиотеки, а затем навестил Колю. Парень в последнее время тоже хорошо подрос по всем параметрам, особенно психологически. Он уже начал понимать, что даже самое твёрдое упрямство надо использовать с умом и не забывать про осмотрительность.

Ему требовалось подкорректировать программу тренировок, и ко многому он уже пришёл сам. Я наблюдал за его занятиями и не мог наглядеться, если честно. Он тоже пока не спешил нагонять третий ранг Источника, причём затормозил сам, без моей подсказки. Это очень радовало.

Моя задача не только толкать ребят в правильном направлении, но научить их выбирать дорогу самостоятельно. Так что моя программа лишь «отшлифовала» старания Коли.

Затем проверил Полину и её успехи в покорении стихии воды. Девушка большая молодец, она довольно быстро выполнила задание и уже умела шевелить цветком, словно это была марионеточная кукла. Вот только теперь перед ней стояла задачка куда сложнее, и теперь требовалось сделать это с небольшим деревом бонсай.

— И как это делать, Сергей Викторович⁈ — ахнула Полина, когда я вручил ей горшок с деревом.

Дерево не такое пластичное, как стебель и листья цветка. Так что придётся приложить больше энергии и при этом сохранить баланс и не навредить растению.

— Вот и думай, — улыбнулся я и мягко похлопал её по плечу.

А затем оставил с приоткрытым ртом и чуть-чуть офигевшим взглядом и прыгнул из окна комнаты наружу.

Последним пунктом было поселение гоблинов.

Я открыл портал и шагнул внутрь. Тут же в глаза ударил яркий свет летнего солнца, а вместо лёгкого морозца и холодного ветра меня окутали жара и прохлада, которая летела с поверхности озера.

— Сергей!! — воскликнул тут же седобородый Бреглин.

Старый вождь гоблинов с радостной зелёной мордой живчиком побежал ко мне. Несколько молодых гоблинов во главе с Блумбургрумом уже тянулись в нашу сторону.

А я немного прифигел…

Не, я знал, что гоблины рукастые ребята. Но эти оказались жутко продуктивными! На берегу озера уже раскинулось целое поселение с хорошими и крепкими деревянными избами. В стороне возделывали поля и ставили вокруг них ограждения. Надо будет, кстати, Пете практику устроить здесь по части огорода. А на озере уже качались рыбацкие лодки. Несколько из них были пришвартованы к небольшой пристани.

— Ничего себе вы тут даёте! — присвистнул я.

— Блублргум! — радостно заявил Бреглин, что бы это ни значило.

А насчёт этого я как раз и прибыл.

Я достал из рюкзака увесистую новенькую книгу и передал вождю.

— Бло блемо? — тут же заинтересовался он.

Затем по моему жесту пролистал первые страницы. К этому времени молодые гоблины уже подошли, и мы с Блумбургрумом обменялись уважительными поклонами.

— Блабльс!!! — чуть не запрыгал Бреглин.

— Ага, вот-вот, — закивал я. — Учите Великий и Могучий, мои зелёные братья!

Эту книгу составили Катя, Стефания, Саня и Драго общими усилиями. Эксипо уже разговаривал на русском на начальном уровне, но этого хватало, чтобы составить русско-брумбульгумский словарь для основных тем. Ну, там «как меня зовут», «откуда я родом», «как пройти к библиотеке» и всё в таком духе.

Всё же не хотел я держать гоблинов запертыми в этом разломе. А значит, нужно иметь возможность выводить их в большой мир. И люди куда дружелюбнее воспримут этих зеленокожих ребят, если те смогут изъясняться по-русски.

Ну, и ещё кое-какие мысли по поводу гоблинов у меня имелись. В образовательном ключе, конечно.

В общем, мы с гоблинами сердечно попрощались, мне всучили плетёную корзину, набитую рыбой, ягодами и прочими съестными припасами, и я отправился домой.

Меня ждал чарующий ужин с Леной и ещё более чарующая ночь, во время которой я отправил Теодрира погулять по ночному академгородку.