Моя Академия 11 (СИ) - Син Евгений

«Марина! — говорю в общую сеть. — Давай!»

Девчонка формирует молнию. Та задевает сразу обеих тварей. Они выгибаются от боли и пищат. В атаку тут же идут оставшиеся: справа и сверху. Всё как по нотам: один недочеловек падает прямо на нас, но щиты отлично отрабатывают.

— Гдах! Гдах! — Револьвер выбивает из существ фонтанчики крови — похоже, они всё-таки живые, состоят из плоти. Выстрелы громом разносятся по зданию.

Твари мгновенно умирают — словно они марионетки и у них только что срезали нити управления. Их костлявые высушенные тела складываются на месте и замирают.

Внутри у них определенно что-то есть — отчётливо вижу языки хмари. Осматриваемся.

«Всё, разумных или слегка разумных здесь больше нет», — информирует Аглая внутри сети.

«Отлично, — отвечаю. — Сейчас посмотрим, что интересного нам принесли».

Переламываю револьвер и снова заряжаю.

«Я сам подойду, — предупреждаю ребят. — Пока лучше не дёргаемся, спокойно. Но не расслабляемся. Смотрим по сторонам. Если что — предупреждайте».

Достаю новенький нож. Иду к существу, которое очевидно когда-то было человеком или какой-нибудь человекоподобной обезьяной. Хотя… в наших широтах вряд ли водится кто-то подобный, так что догадка неприятная, но очевидная. Вскрываю грудину, и мои ощущения не обманывают — достаю камень. Точно такой же как у монстров, только насыщенного бордового цвета. Всё-таки перед нами изменённые, но изменённые довольно давно.

— О, а это, похоже, Василич, — слышу комментарий сзади.

Оборачиваюсь. К нашей группе подходит группа Виктора. У всех на лицах мелькают странные эмоции: ребята внимательно смотрят на последнюю убитую тварь, упавшую на нас сверху.

— С чего вы взяли? — задаю вопрос, не уточняя, о ком именно идет речь. Явно их знакомый.

— Да вон, татуировка. — Виктор показывает на предплечье существа. На иссушенной руке с трудом угадывается подстертое изображение якоря.

Пока группа Виктора любуется мертвым телом так называемого Васильича, успеваю достать ещё один камень из второго монстра.

— Значит, люди, — делаю очевидный вывод.

Из бывшего Василича тоже извлекаю камень.

— Что ты делаешь? — удивляется Виктор.

— Забираю то, что можно забрать, — улыбаюсь. — Все равно это уже не люди. А такого на исследование Пилюлькину я пока не приносил. Кроме того, есть у меня предположение, что если этого не сделать — либо усилятся те, кто их сожрут, либо они сами встанут, просто чуть позже. Вы же не собираетесь их хоронить?

— Ты можешь их сжечь… — замечает Виктор. — Все же были людьми…

— Не могу, — качаю головой. — Пока были живыми — не проблема, а сейчас — не могу. Да и вам не позволю подойти ближе. Вы же не одаренные. А перед нами, очевидно, измененные. Вы рядом с ними быстро перескочите свой порог заражения магией. Я уже видел подобное в госпитале. А по поводу людей… Аглая, сможешь объяснить? — обращаюсь к менталистке.

Девчонка стоит возле нас и тоже внимательно наблюдает за тем, как я вытаскиваю камни. Все пять уже лежат у меня в кармане.

— Знаете… я очень плохо чувствую разумы людей и совершенно не могу понять их мыслительные процессы, — говорит девчонка, начиная издалека. — Поэтому меня не взяли в менталисты. А вот с животными у меня получается намного лучше.

— И? — нетерпеливо спрашивает Виктор.

— Я почувствовала этих существ ещё когда мы стояли на улице, — терпеливо объясняет Аглая. — Чем ближе подходили, тем больше возникало ощущений. Вплоть до их ближайших намерений.

Виктор с тяжёлым вздохом смотрит на умерших. Возможно, перед нами кто-то из его бывших соратников.

— Животные, говоришь? — уточняет Виктор с грустью в голосе. — Плохо.

— Скорее, измененные, — поясняю. — Но тут много странного. Ладно, если захотите, обсудим чуть позже. Нам надо двигаться дальше. Желательно как можно быстрее узнать, каким образом они вообще здесь появились.

— Мы теперь хотя бы узнали, что стало с нашими группами… — вздыхает Виктор, перед уходом кидая последний взгляд на бывшего Василича.

Глава 21

Пробираемся к центру склада

— Хорошо бы ещё понять, почему они так быстро превратились, — говорю. — Мария Львовна упоминала, что группы отправляли только в последние дни, — киваю на трупы изменённых. — А выглядит так, будто они перерождались целую неделю, не меньше. Но ведь так не бывает.

Виктор отходит от мёртвого тела на полу.

— Хороший вопрос, — произносит он.

— Старайтесь слишком близко не подходить, — предупреждаю главу группы и всю его команду. — Кто знает, из-за чего так ускорился процесс.

— А как же ты? — задает вопрос Виктор. — Не просто подходишь, ещё и… — смотри на мои руки, которыми я совсем недавно доставал камни из грудных клеток измененных.

— За меня можно не переживать, ко мне зараза не прилипает, — успокаиваю мужика. — И магическую интоксикацию получить тоже не могу. Не знаю, может быть, именно поэтому мои техники и работают таким образом. Да и на магов это всё действует не настолько сокрушающе. Неодарённым всё же стоит быть аккуратнее.

Виктор делает ещё один шаг назад. А вот Михаил с интересом смотрит на изменённых. Замечаю, как целитель с отчётливым профессиональным интересом провожает камни, которые кладу в карман. Не нравится мне это. Но пока он всё-таки условный союзник — правда, точно не мой. Он подчиненный Марии Львовны, и за последний час доверие к нему не прорезалось. Стараюсь этого не показывать, но держусь на расстоянии.

— Нам нужно двигаться к центру склада, — говорю. — Разума здесь нет, животных тоже. Но я плохо представляю, как ведут себя живые мертвецы — есть у них разум или нет. Эти были живы, — киваю на трупы.

— Живых мертвецов не бывает, — высказывается молодая девчонка из группы Виктора. И, кажется, я её узнаю. Голос подает та самая барышня, которая в своё время впала в истерику на тропе. После возвращения трудами Ариадны все об этом забыли.

— Не бывает? — переспрашиваю. — Я с этой небывальщиной совсем недавно встречался нос к носу. Поэтому не был бы так уверен.

Ребята из группы Виктора скептически поглядывают на девчонку.

— И что вы так на меня смотрите? — тут же взрывается она, в очередной раз показывая свою несовместимость с нормальными выходами. — Я уверена, что некроманты на границах делают из людей своих бойцов и они живые. Просто становятся более агрессивными. Никто никогда не видел, чтобы они поднимали кладбище.

После этих слов Михаил слегка усмехается — буквально уголком губ, совсем незаметно, но спорить не собирается.

— Давайте мы лучше не будем это обсуждать, — прерываю ненужную дискуссию. — Если вдруг встретим — будем разбираться, а если не встретим — и славно. Хорошо?

— Вот ещё… — фыркает девушка.

Её одергивает парень, стоящий рядом, но она полностью игнорирует его.

— Ну вот и славно, — ещё раз демонстрирую своё нежелание продолжать разговор. — В общем, время терять не стоит. Внимательно смотрим по сторонам. Если вдруг что, не кричим, но подсказываем. Аглая, ты сможешь их почувствовать заранее? — уточняю.

— Конкретно сейчас ничего не чувствую, — пожимает плечами менталистка.

— Мне тоже кажется, что вблизи пока никого нет, — киваю. — Но мы должны полностью сохранять контроль над ситуацией.

— Нет, ну а что? — тихо продолжает разоряться девчонка из группы Виктора, обращаясь к парню, который пытался её одергивать. — Вот эти когда живые — хорошая машина для работы с пехотой, почти неуязвимая. Прикинь, скольких они смогут уложить? Ты только представь. Здесь, конечно, они погибли очень быстро. Но сам видишь — маги… Может быть, этим монстрам просто нужно больше опыта…

— Ну всё, всё, всё, — снова пытается остановить её парень.

Девчонка никак не прекращает бурчать.

Виктор морщится, но всё равно не останавливает её словесный поток. Помню, что этих двоих ему навязали. Жаль, глава группы не помнит, как они подвели всех на тропе. Ощущение, что нужно их как можно быстрее исключить, у мужика определенно есть, но конкретной причины он пока придумать не может. Что конкретно происходило на том выходе он не помнит. При этом личная неприязнь всё равно прорывается.