Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

Но он вернется.

Вельмидревний знал это, верил в это, содрогаясь от ужаса. Он чуял, как Древний Враг, точно червь, прогрызает себе дорогу в недрах земных. Ему осталось только пробудиться и проявить себя так, как он сочтет возможным, — и начать новую войну.

Только на сей раз людские орды не станут, как когда-то, его покорным орудием. Вопреки всем неразумным деяниям Куиринейны и ее сообщников, он, Аойшенис-Ахарэ, позаботится о том, чтобы этого не случилось. Он изничтожит все орудия Древнего Врага, и пускай тот ярится, бессильный, в своем тайном логове. Его мудрость, его воля, его анмаглахки сохранят и защитят их народ.

Вельмидревний Отче медленно погружался в дрему, но, как всегда, неглубокую. И среди его снов был один, который вот уже много столетий приходил к нему каждую ночь.

Повсюду, насколько хватает глаз, окровавленную землю устилают изувеченные трупы. Цепенея душой и разумом, он стоит недвижно до тех пор, пока эту чудовищную картину не укроют сумерки. Лишь тогда оборачивается он — в колчане пусто, рука судорожно сжимает окровавленное копье.

Чудится ему, что где-то в густеющей тьме зашевелилось и подымается нечто…

Винн передергивало всякий раз, когда Лисил прилежно повторял за ней какое-нибудь эльфийское слово.

Он, конечно, нипочем не успел бы освоить разговорную речь, прежде чем они доберутся до эльфов — если вообще доберутся, — но он настоятельно потребовал, чтобы Винн обучала его. И она согласилась. Если хорошенько подумать — зря.

Что ж, на худой конец, было чем заняться, пока они пробирались в недрах горы, бредя неизменно под уклон и неведомо куда. Малец убедил спутников последовать за ним, и на этом пути Винн стоически пыталась обучить Лисила эльфийскому языку. То, что было вначале способом отвлечься от сомнений и страхов, превратилось в наглядный пример пустой траты времени.

— Суб! — в который раз повторил Лисил.

Винн передернуло.

— Нет. — Она постаралась сдержать обреченный вздох. — Конечный звук напоминает белашкийский «в», но при этом надо сжимать губы, как если бы произносил — «б».

— Ну так что это за звук? «В» или «б»?

— Знаешь… — Винн начала терять терпение, — просто слушай внимательно… сув.

— Ты совсем не этим словом называла свою биссельнику, — язвительно заметил Лисил.

Девушка заскрипела зубами.

— Это общий термин для любой разновидности ягод.

На здоровом плече она несла мешок Лисила. Полуэльф, шедший впереди нее, остановился и, не оборачиваясь, принялся подтягивать и дергать ремни, которыми был привязан к его спине сундучок с черепами, — пытался пристроить свой груз поудобнее.

Винн мало радовало то, что этот сундучок постоянно маячит у нее перед глазами.

— В эльфийском языке, — продолжала она, — у всех понятий имеются корневые элементы, которые преобразуются в существительные, глаголы, прилагательные, наречия… и так далее. Но кроме того, существуют общие термины для предметов с одинаковыми или схожими свойствами.

— Значит, «есть ягоду» по-эльфийски будет… — Лисил запнулся, старательно вспоминая, — ла-онг-а-джа-ва… суб?

Винн стиснула зубы.

— Только если ягода ест тебя!

— Хватит! — рявкнула за спиной у Винн Магьер. — Лисил, ради всего святого, уймись! Так тебе язык не выучить. Пускай Винн будет говорить с эльфами, если… когда мы до них доберемся.

Лисил оглянулся через плечо, и свет кристалла, высоко, как факел, поднятого над головой, превратил его искаженное злостью лицо в маску, которой впору пугать ребятишек. Винн на это было наплевать.

Они шли под уклон уже день с лишним, а может, и два. И за все это время только трижды устраивали привал. И все это время Винн донимали голод и холод.

Лисил преодолел причудливый изгиб туннеля и задел плечом зазубренный скальный выступ.

— Валхачкасейя! — буркнул он.

Винн на миг застыла, затем схватила Лисила за наплечник кольчуги и рывком развернула к себе.

— Не вздумай сказать так при эльфах! — рявкнула она. — Или ты только брань и способен верно произносить?

Полуэльф растерянно моргнул.

— Так иногда говорила моя мать. Ты же и раньше слышала, как я употреблял это слово.

— Твоя мать?! — Голос Винн сорвался на визг.

Не хватало еще, чтобы Лисил в своем дремучем невежестве смертельно оскорбил какого-нибудь эльфа, особенно кровожадного анмаглахка!

— Смуан'тий артане! — выкрикнула в лицо ему Винн. И решительно двинулась вперед, оттолкнув озадаченно нахмурившегося полуэльфа.

Малец, ожидавший впереди, уставился на нее во все глаза, уши его встали торчком от удивления. Он наклонил голову к плечу, искоса глянул на Лисила — и утвердительно гавкнул, соглашаясь с выкриком Винн.

Она настолько вышла из себя, что даже не испытывала смущения оттого, что Малец прекрасно понял, как именно она обозвала Лисила… хотя это было и вполовину не так оскорбительно, как его словцо.

— Пора устроить привал, — сказала Магьер.

— Нет! — отрезал Лисил, и лицо его снова стало холодным и безжалостным. — Мы пойдем дальше.

Не обратив на него никакого внимания, Магьер сняла с плеч мешок и вместе с седельными сумками бросила его на землю.

В самом начала знакомства с Лисилом Винн никогда не доводилось видеть на его лице подобное выражение. А вот в последнее время — даже слишком часто. Он точно каменел всякий раз, когда его заставляли сделать что-то помимо его желания. А уж это путешествие он не желал прерывать ни на минуту.

Малец, мягко ступая, вернулся к ним из туннеля и шлепнулся на каменный пол. Поняв, что остался в меньшинстве, Лисил вздохнул и снял со спины сундучок.

От усталости Винн чересчур поспешно плюхнулась на пол, и седалище сразу отозвалось острой болью. Она обессилено уронила свой мешок в общую груду, а Магьер между тем достала остатки припасов. Биссельники почти не осталось, а больше им на пути таких подарков не попадалось. Всю добычу Магьер составили пара чудом не раскрошившихся галет да пригоршня ломтиков вяленого мяса.

— Неужели это все? — пробормотала Винн.

Магьер откупорила флягу с водой и устало опустилась на пол рядом с ней.

— Добудем что-нибудь еще, когда выберемся наружу.

Винн разделила галеты и бросила ломтик мяса Мальцу. Пес поймал его на лету, клацнув челюстями. Лисил что-то бормотал себе под нос, осматривая ремни сундучка. Винн отвела глаза, не желая видеть это жуткое вместилище.

— Что это ты сказала по-эльфийски? — прошептала Магьер.

— Да так, ничего, — так же шепотом ответила Винн. — Просто устала и очень разозлилась.

— Это-то я поняла. — Магьер выразительно завела глаза к потолку и впилась зубами в половинку черствой галеты, явно ожидая более развернутого ответа.

Винн опустила голову, еще больше понизила голос:

— Это означает что-то вроде… «мысли из камня».

Магьер закашлялась, рассыпая крошки, и прикрыла ладонью рот.

— Каменная башка? Ты назвала его — каменная башка?

Винн жарко вспыхнула от стыда, но этот жар тут же охладило изумление, когда она глянула на лицо Магьер. Винн уже достаточно хорошо узнала свою спутницу, чтобы в полной мере оценить ее мрачный и язвительный нрав. Черноволосая женщина зачастую умудрялась говорить колко, даже когда была дружелюбно настроена… Но вот этакое выражение на ее лице оказалось для Винн совершенно ново.

Неужели Магьер изо всех пытается сдержать смех?

— Надо будет это запомнить, — прошептала Магьер.

— Я все слышал, — проворчал Лисил.

Он сидел на сундуке, спиной к ним, точно изваяние горгульи, задом наперед посаженное на парапет замка.

Винн молча съела свою половинку галеты и две ягоды. Потом достала из мешка Магьер жестяную чашку и налила воды для Мальца. Когда она отставила флягу, та закачалась на неровном каменном полу. Винн тотчас схватила ее, попыталась поставить ровнее, но что-то под донышком фляги ей мешало.

Пальцы Винн коснулись холодного камня, а затем наткнулись на нечто мягкое. Кончиками пальцев она ухватила загадочный предмет и подумала, что он легкий как перышко. Винн подняла его поближе к свету…