— Бартва'на! — рявкнул Сгэйль на Энниш и вцепился в мешок, висевший на спине Магьер. — Прекрати сейчас же! Он не знает нашего языка!
Энниш резко отбила руку Уркара, который пытался ее удержать, и ударила, метя лезвием Лисилу в лицо. Полуэльф отпрянул, развернулся на одном колене, взмахнув стилетом. Энниш выгнулась назад, точно гибкая ивовая ветка, и кончик лезвия только чиркнул ее по животу. Она опять двинулась к Лисилу.
Тут в дело вступил Малец. Подскочив сзади, он вцепился зубами в плащ Энниш и метнулся вперед, запутывая ее ноги в полах плаща. В тот же миг Винн вырвалась из рук Оши. Энниш, вконец разъяренная, потрясенная тем, что маджай-хи чинит ей помехи, даже не заметила Хранительницу.
Винн размахнулась и влепила Энниш оглушительную затрещину.
— Это и есть ваша клятва?! — крикнула она по-эльфийски и тут же схватилась за руку, которую пронзила боль.
Вся ярость Энниш теперь обратилась на Хранительницу. Беловолосая женщина взмахнула стилетом, но в тот же миг Уркар жестко перехватил ее запястье. Она так и замерла, не став сопротивляться.
Винн внезапно затрясло от испуга. Обернувшись, она увидела, что Сгэйль принял боевую стойку, а Магьер направила на него саблю.
— Значит, вот чего стоит у вас обет защиты? — осведомилась Винн.
— Нет! — отрезал он и устремил жесткий взгляд на Энниш. — Мы приносим свои искренние извинения за этот постыдный случай… Больше такого не повторится.
Оша все еще стоял с оскорбленным видом, но, когда Винн гневно глянула на него, это выражение сменилось неподдельным стыдом.
— Лисил не знает, что сказал, — пояснила она. — Это была ошибка, а не оскорбление.
Оша кивнул и убрал стилет. Лисил сделал то же самое.
— Прошу тебя… убери оружие, — проговорил Сгэйль. Ладонью он осторожно отвел в сторону саблю Магьер, а затем развернулся к Энниш. — Аджайхва аг'ус айхева!
Энниш круто развернулась и размашистыми шагами пошла вперед. Оша последовал за ней. Проходя мимо Сгэйля, он опустил глаза. Лисил стоял, совершенно сбитый с толку.
— Что, собственно, произошло? — спросила Магьер.
Винн словно и не услышала ее, обратив весь свой порожденный испугом гнев на Лисила:
— Я тебе что говорила, а?..
— Но я только спросил, далеко ли…
— Вовсе нет! — Винн сжала кулачки. — Ты сказал Оше, что его мать «нигде» и что он это знает… Да и это сказал неправильно! Ты назвал его мать отверженной!
Магьер шумно выдохнула.
— Погоди… — начал было Лисил. — Я же не хотел…
— Заткнись! — гаркнула Винн. — И никогда, никогда больше не говори по-эльфийски с эльфами!
Лисил заморгал. Затем в поисках поддержки глянул на Мальца, но пес только фыркнул и облизал нос.
— Так будет лучше всего, — негромко добавил Сгэйль.
— Не вздумай его обвинять, — предостерегла Магьер. — Как бы он ни запутался в словах, Энниш это ничуть не касалось.
— Да… и нет, — отозвался Сгэйль. — Энниш — дочь сестры матери Оши по обету… это сходно с тем, что вы называете «браком».
— Значит, она считает своим долгом вмешиваться в его дела? — спросила Магьер. — Только потому, что он сын ее золовки?
— Это не совсем так, — заметила Винн. — Эльфы очень серьезно относятся к родственным связям… и связи эти куда сложнее, чем может выразить Сгэйль по-белашкийски.
Магьер перевела взгляд на Сгэйля.
— Родство тут было ни при чем.
— Энниш была… бойт'ана Гройташии, — подчеркнуто проговорил Сгэйль. — Ближайшее по смыслу слово в вашем языке — «нареченная».
Это имя было Винн незнакомо. Она уже хотела спросить, кто такой Гройташиа, но тут Сгэйль резко повернулся и зашагал за Ошей.
Озадаченное выражение, на миг мелькнувшее на лице Магьер, исчезло. Черноволосая женщина опустила голову и медленно закрыла темные глаза. Винн услышала явственный скрип кожи — это Магьер с силой стиснула рукоять сабли.
— Кто такой Гройташиа? — спросила Винн.
Не получив ответа, она глянула на Мальца, но пес не сводил глаз с Лисила. А затем без единого знака побежал рысцой за Сгэйлем.
Магьер так и не подняла головы. Сунула саблю в ножны и двинулась вслед за остальными.
Лисил все еще стоял в оцепенении и молчал.
— Что же ты натворил? — спросила Винн, хоть и не была уверена, что ей хочется это узнать.
* * *
Гройт… Гройташиа…
Магьер уже слышала это имя. В ее памяти до сих пор звучал крик Бротана в усыпальнице Дармута. Тогда она обернулась и увидела, как Лисил и молодой приспешник Бротана пытаются убить друг друга. Закончилось это тем, что Лисил — в который раз — оказался залит кровью, кровью, хлынувшей из рассеченного горла Гройташии.
Лисил не был виноват. По крайней мере, в этой смерти. Но Магьер никак не могла отделаться от мысли: сколько женщин или мужчин на жизненном пути Лисила ждали тех, кто уже никогда не вернется?
Он не был виноват. Дармут вынудил его делать все, это, и ради сохранения собственной жизни и жизни родителей Лисил подчинялся — а все из-за Нейны. Она сотворила сына таким. Магьер нагнала Сгэйля.
— Он защищал свою жизнь, — сказала она тихо, чтобы не услышали остальные.
— Мне известно, что там произошло, — отозвался Сгэйль, не сбавляя шаг.
— Ты все знал… и все-таки взял с собой Энниш?
— Это было не мое решение.
— Хватит вилять! — излишне громко рявкнула Магьер и схватила Сгэйля за плечо.
Он тотчас крутнулся, вырвавшись прежде, чем она успела как следует вцепиться.
— Ты ничего не знаешь про обычаи Ан'Кроан, — предостерег он, — и не с твоим примитивным человеческим…
Он осекся, окинув взглядом лицо и волосы Магьер.
Она не знала, что такое «Ан'Кроан», но этот пристальный взгляд вызвал у нее беспокойство.
Может быть, Сгэйлю бросилась в глаза ее внешность, и он заметил, насколько она отличается от обычных людей? Или же Бротан рассказал ему, какой он увидел Магьер во время боя в усыпальнице? Что именно ему известно?
— Ну так расскажи хоть что-нибудь, — предложила она вслух. — Примитивно, чтобы понял и… человек, — если ты, конечно, не против.
— Вам обещали защиту ради Лиишила, — сказал Сгэйль. Он уже взял себя в руки и вернулся к обычной своей отчужденной вежливости. — Это обещание мы исполним любой ценой. Как станут в итоге относиться к событиям в Веньеце, будет зависеть от того, какое положение займет Лисил среди нашего народа… и, быть может, нашей касты. Но об этом говорить не мне. Подожди, покуда Лисил не побеседует с Вельмидревним Отче.
Сгэйль, явно чувствуя себя не в своей тарелке, отвернулся и зашагал вперед.
Магьер хотела спросить еще кое-что, но прикусила язык. Что бы ни думал по этому поводу сам Сгэйль, он, судя по всему, сдержит слово и не отступит от своих странных обычаев, целиком и полностью подчиняясь приказам вышестоящих и делая то, что ему велели.
— А что же такое «Ан'Кроан»? — вместо этого спросила она.
Сгэйль замедлил шаг.
— Это самоназвание нашего народа. Ваша малорослая спутница перевела бы это как… «Наша кровь».
Магьер замутило. Все, что так или иначе касалось Лисила, рано или поздно сводилось к крови.
* * *
Малец шел позади Магьер, спорившей со Сгэйлем. И осторожно касался сознания эльфа, выуживая из него воспоминания.
В памяти Сгэйля мелькали лица людей. Казалось, он ищет среди них подобие бледного лица и черных, с красными искрами, волос Магьер. Ничего подобного не находилось, и Сгэйля это беспокоило. Он не знал, кто такая Магьер на самом деле, и видел в ней только не обычно бледную женщину.
Оставалась еще проблема крови. Крови унаследованной и пролитой.
Это была паутина, в которой запутался даже Малец. Распутается она или же затянется в петлю, которая удушит их всех, — зависело только от того, как отнесутся к Лисилу соплеменники его матери.
Сколько бы обрывков воспоминаний ни выудил Малец из памяти Сгэйля, он так и не смог составить ясное представление об этой проблеме и о том, чем грозит Лисилу убийство анмаглахка. В одном Малец был уверен: Сгэйль приложит все усилия, чтобы соблюсти обычаи своего народа.
