Тренер Гильдии Фамильяров 6 (СИ) - Харченко Сергей

Прошли через пропахший канифолью и шаурмой радиорынок «Юнона», сквозь лабиринты торговых рядов, заваленных старым железом, платами и мотками кабелей. Викентий отделился от нас, переговорил с колоритным мужиком в кепке, надвинутой на лоб.

После небольшого торга тот вынес из неприметного ларька нужный преобразователь и дроссель. Детали были бэушными, но Викентий обнадёжил. Они в рабочем состоянии. Лучшее, что мы могли бы найти в Питере и его окрестностях.

Вернувшись на базу, Викентий принялся за работу. А ещё через минут двадцать станок снова натужно завыл. Токарь радостно крякнул и продолжил работу.

Нас же с Искоркой ждало своё, и очень неотложное дело. Настала пора выполнять обязательства перед нашим спонсором.

Я разложил на верстаке мастерской партию дефектной брони. Искорка расположилась напротив, на нагромождении ящиков. Оглянулась на меня, моргнула. Тем самым кроха подтвердила, что она готова.

«Сплавление. Категория Б», — задал я ей чёткие рамки по каналу Сопряжения.

На этот раз никаких сюрпризов не последовало. Кроха уверенно прошлась по фрагментам брони от нагрудника до наручей. Периодически выдыхая тонкую, слегка потрескивающую струйку зелёного кузнечного пламени.

На глазах трещины на повреждённой стали сплавлялись, а сам металл приобретал тёмно-синий оттенок.

Искорка справилась со всей партией всего за полчаса.

Убедившись, что спонсорский заказ готов, я задумался. Завтрашний матч против «Лютых» не обещал быть лёгким. Нам нужен был козырь.

Я выбрал из сложенной амуниции композитный щит Дэнни, положил его перед саламандрой.

— А теперь, красотка, покажи, на что ты действительно способна, — я приладил её нагретое тельце.

«Категория А», — подкрепил я ментальной командой, отходя чуть дальше обычного.

Видел в прошлой жизни, как куют предметы. Попал однажды в цех перековки. Огромный с несколькими помещениями. И в каждом трудились вот такие эфирные существа.

И видел как усиливали броню до такого уровня прочности. Тогда прораб настоятельно рекомендовал отдалиться на пару метров. Жар был невыносимым.

И хорошо, что я так сделал.

Живчик попытался подскочить, но я отогнал его. Вовремя.

Искорка встрепенулась. Её кузнечные узлы вдоль позвоночника увеличились. Пространство вспыхнуло от жара. Питомица глубоко вдохнула и выпустила струю ослепительно-яркого изумрудного пламени, врезаясь им в поверхность щита.

Пламя лизнуло металл, который аж завибрировал от резкого повышения температуры. Воздух в кабинете наполнился резким запахом перегретой стали.

Когда Искорка закончила, композитный щит Ветрова приобрёл характерный, едва уловимый зеленоватый отблеск. Верный признак брони отличного качества. Теперь она способна выдержать прямой удар таранного секача.

Я довольно кивнул. Результат был превосходным.

Но остальные щиты Искорка закалить не смогла. Она истощилась. Выдала на сегодня свой максимум. Кроха тихо пискнула, добралась до моего плеча, и свернулась калачиком.

— Отдыхай, умничка. Ты и так потрудилась на славу, — прошептал я, массируя её натруженные энергоузлы.

Интересно, завтра она сможет усилить не только щиты, но и броню фамильяров? Это было бы здорово. Но я не обольщался. Понимал, что огненные саламандры долго набирают силу после эфирного истощения.

Сейчас главное, массаж и хороший корм. И то, и другое я мог ей предоставить. Поэтому всё же внутри теплилась надежда, что хотя бы на броню Бублика её энергии хватит.

Ровно в четырнадцать ноль-ноль я передал готовую спонсорскую продукцию подъехавшим грузчикам Зайцева. Забрав подписанные накладные, наконец-то, смог вернуться в кабинет и открыть письмо Серёги.

Отчёт хакера заставил меня крепко задуматься.

Официальная версия о неполадках в энергосетях Петровской арены, как я и предполагал, оказалась наглой ложью. Перенос боёв был всего лишь ширмой для подготовки грязной уловки.

Всё как я и предполагал.

«Нео-Синтез» решил сыграть краплёными картами. И против гильдии «Южные волки». Синдикат хочет протащить на вершину рейтинга свою карманную гильдию, «Карателей».

Серёга взломал переписку технического персонала Арены, выудил все схемы. Корпораты подкупили рабочих, чтобы те спрятали в песчаном газоне на половине поля «Волков» скрытые баллончики с «Тормозом». Так называлась химоза от Синдикатов, специальный крио-спрей, который впитывался в кровь эфирных существ и замедлял их как минимум в полтора раза.

Технология, знакомая по Аренам будущего. Удивительно, но её решили испытать раньше обычного.

И что будет я представлял в голове довольно чётко. В нужный момент баллончики дистанционно активируются, выплёскивая мелкодисперсный спрей. Питомцы вдыхают, и…

Самое подлое заключалось в том, что после активации химии пластиковые контейнеры саморастворялись в песке. Никаких улик для судейской комиссии. Идеальное преступление.

Я пригладил подбородок, глядя на прикреплённые чертежи с точными координатами ловушек.

«Южные волки» были чистой гильдией. Они не сидели на стимуляторах, не играли в грязные игры. В Бронзовой лиге таких команд было половина. Остальные либо под плотным контролем Синдикатов, либо тихо применяют запрещённые стимуляторы, в умеренных дозах.

Я откинулся на спинку кресла, взглянул на Живчика, который пристально смотрел на меня, застывая у ног.

Терьер почувствовал волнение, и теперь ожидал команды.

Я взял его на руки, под пристальным взглядом ревнующей Искорки, замершей у ноутбука.

— Ну что, дружок. Как там говорят? — потрепал я за ухом заурчавшего щенка. — Враг моего врага — мой друг? Почему бы и не помочь ребятам?

Именно. Я прислан сюда Вэллором, чтобы бороться с Синдикатами. И чем больше проблем мы им создадим, тем легче будет добивать эту гидру.

Так что я сразу приступил к делу. Создал анонимный почтовый ящик, прикрепил к письму чертежи Серёги с подробным описанием принципа действия ловушек. Отправил сообщение напрямую наставнику «Южных волков», Павлу Березину.

Письмо ушло. А я закрыл вкладку.

И довольно улыбнулся. Представил, как корпораты «Нео-Синтеза» кусают локти, наблюдая как их «Каратели» проигрывают «Южным волкам».

Решив вернуться на плац и проверить команду, я покинул кабинет.

Тандемы под надзором Белова продолжали шлифовать тактические связки.

Погода стояла отличная, и на деревянной лавочке у кромки площадки я заметил Наташу. Племянница Леры с явным удовольствием уплетала эскимо, болтая ногами. А рядом с ней сидела Полина. Док улыбнулась, замечая меня, я кивнул в ответ.

Не буду им мешать, просто посижу рядом.

Посматривая за работой команды, я ненароком слышал их разговор.

— … А потом мы с Бубликом как побежали! — увлечённо щебетала девочка, размахивая недоеденным мороженым. — А он такой: хррр! И все голуби сразу разлетелись! Тётя Поля, а вы знаете, что у него язык шершавый, как наждачка?

— Знаю, милая, — Полина мягко улыбнулась, аккуратно вытирая салфеткой испачканную в шоколаде щёку Наташи. — Я же ему зубы осматривала. Но ты всё равно будь с ним осторожнее, хорошо? И на голубей его больше не натравливай. Они тоже живые существа. Ты лучше скажи, как твоё здоровье? Дышишь сейчас ровно? Грудь не сжимает?

— Не-а, всё супер! Эвкалипт помог! — радостно ответила Наташа, откусывая от эскимо ещё кусочек.

Всё же Поля должна быть хорошей мамой. За её внешним холодом и профессиональным цинизмом скрывалась женщина, которая искренне любит детей, а главное умеет находить к ним подход.

Я улыбнулся своим мыслям, перевёл взгляд на тренирующуюся команду.

Улыбка тут же погасла. Я вновь увидел, как движется Желешка.

Вчера я списал медлительность питомицы Кости на процесс адаптации. Но сегодня… Картина повторялась.

Желешка откровенно тормозила. Она не успевала формировать щупальца, чтобы обволакивать воображаемые ноги вражеского секача в виде шины. И постоянно дёргалась, путалась под лапами у Бублика.