Алхимик из другого времени. Том 3 (СИ) - Аксёнов Жан

Да и вообще, насколько связано прибытие этой комиссии и сам турнир? Все-таки они оказались тут слишком как-то вовремя. Не очень-то мне верится в подобные совпадения, как и в то, что сама комиссия не знала, что будет происходить турнир. Такие события все же подготавливаются не за полгода, а за гораздо больший срок.

И при этом фон Гаус зачем-то не просто наблюдает за его ходом, но еще и активно принимает участие в организации. Более того, он даже в каком-то смысле уже устроил награждение отметившихся студентов.

Все-таки получение нового ранга — это всегда достаточно сложный процесс, а тут он нам практически в открытую заявил, что мы эти новые ранги сможем получить. По сути, мужчина поставил свою репутацию на это.

Пока размышлял обо всем этом, я глянул на горностая, который сейчас проявлял живой интерес к тому куску мяса, что был у меня в руках.

— Ты хочешь? — спросил я у зверька.

Тот вновь посмотрел на меня, с таким видом, будто бы говоря: «Ты что, совсем? Конечно, хочу». Не в силах отказать столь забавной мордочке, я аккуратно отломил небольшой кусочек мяса и протянул зверьку.

Горностай же, увидев это, быстро подошел поближе. Затем зверек понюхал протянутое мной мясо, будто бы решая, съедобно оно вообще или нет, и только после этого аккуратно подцепил его и съел.

По итогу все мясо, что у меня было с собой, оказалось разделено между мной и горностаем, который умудрился съесть удивительно много для своего веса. Но уж что-что, а кусочек мяса зверек точно заслужил. Без него я это растение искал бы куда дольше, возможно, пройдя мимо всего в паре метров.

Походный тигель, что нам дали, был достаточно хорошего качества. Безусловно, лабораторным он не являлся и температуру держал довольно плохо, однако он был достаточно портативным и не занимал много места, что уже попросту не могло не радовать.

Итак, начну я, пожалуй, с того, что обработаю все материалы, пока обстановка спокойная и мне никто не мешает. Первым шел гриб под названием лесной страж. В целом это была какая-то мутация обычного белого гриба. По крайней мере, с точки зрения алхимических элементов у них было довольно много схожего.

Свое же название, излишне поэтичное, он получил просто из-за того, что рос исключительно на границе леса.

Сам гриб мне нужно было превратить в некоторое подобие пыльцы. Сделать это проще всего в два шага: сначала вытащить из него всю воду, а затем либо вручную, либо при помощи печати растолочь.

На это у меня ушло довольно мало времени. Уже через несколько минут с ним все было готово. Затем шла совершенно обычная кора дуба. Благо что мы находились внутри аномалии, и тут все растения, так или иначе, впитывали магию. Большие деревья в том числе. Так что называть местные растения обычными — весьма забавно.

Поэтому кора эта была не совсем простой, а насыщенной магией. Ее нужно было спалить, превратив в уголь, что я легко и сделал, создав алхимический огонь печатью преобразования, после чего закинул во все еще холодную воду и поставил ее подогреваться.

Следующим шел цветок под названием земляной многолетник. Он был достаточно редким в целом, но тут повезло, так как в этом лесу рос в довольно больших объемах. С ним я провел базовое алхимическое преобразование. Затем добавил все ингредиенты в уже закипевшую воду.

Последним был как раз корень мандрагоры, который мне пришлось при помощи печати несколько раз очищать. Все-таки слишком уж он был насыщен магией.

Добавив последний элемент, я активировал довольно большую и сложную печать и начал ждать, пока выделится необходимая эссенция, а ждать придется минут пять.

Достав блокнот, я быстро начертил в нем только что активированную печать, чтобы проанализировать ее. Честно говоря, я использовал ее, просто взяв из книг, что читал, да по примерному сходству с той, что была в моей прошлой жизни.

А пока создавал, даже не задумался об этом… но ее как минимум можно упростить вдвое, поскольку большинство элементов в ней просто дублировали функционал друг друга, выступая некоторой подстраховкой, которая в случае подобных печатей попросту не нужна. В общем, расчет был на не самых умелых алхимиков, и в какой-то мере это было правильно, но несколько снижало качество итогового продукта.

Одно дело, когда делаешь высшее зелье и там в печатях по три защитных слоя, а тут… откровенно говоря, печать получилась несколько избыточной. Из-за чего и время создания зелья такое долгое.

В теории, если ее упростить, то мало того что зелье будет делаться быстрее, так, в теории, оно еще и может стать лучше.

Естественно, руки тут же зачесались провести эксперимент, но я решил отложить это на будущее, если будет настроение. Все-таки сейчас лучше пойти как можно быстрее сдать задание и поехать домой.

Очень надеюсь, что сегодня нас отпустят сразу же после того, как мы сдадим зелье, и мне не придется торчать на этой полянке ближайшие десять часов. А то еще ждать остальных студентов — то еще удовольствие.

Как только зелье оказалось готово, я напитал его дополнительно собственной магией и направился в сторону, где должна была быть наша точка старта. Хорошо, что шел по лесу я довольно спокойно и вроде бы даже не успел в нем потеряться.

Обратный путь занял у меня больше получаса. Все-таки, как выяснилось, ушел я довольно далеко и немного заблудился в процессе.

Стоило мне показаться из леса, как весь судейский состав с интересом посмотрел на меня. Судя по тому, что других студентов я тут не увидел, возможно, я первый. Ну или нас все-таки отпускают, как только сдашь свое зелье.

Горностай же, видимо, решил из леса не выходить, поскольку стоило мне это сделать, как он тут же пропал из виду. Какой шустрый и сообразительный однако зверек.

— Дмитрий, ты готов? — спросила у меня Ушакова, стоило мне подойти.

— Да, — кивнул я.

— Отлично, — вмешался фон Гаус. — Зелье на стол, я его проверю, а ты отойди к палатке напротив. Нам еще нужно будет обсудить баллы.

— Хорошо, — легко согласился я и, сдав зелье, направился к указанной палатке.

Вернее, палаткой это назвать можно было лишь с большим трудом; скорее, это был некий навес, под которым стоял большой и пустой деревянный стол со скамейкой, на которой я тут же устроился.

Достав блокнот, я как-то автоматически вернулся к той печати, которую буквально недавно применял для зелья, и начал уже подробнее ее разбирать, пытаясь понять, в каких именно местах ее можно сократить и оптимизировать. Все же алхимия — это наука о взаимосвязях и, убрав один элемент, надо не забыть, чтобы остальные были в балансе между собой. В общем, вариаций великое множество.

Не успел я даже как следует начать, как услышал, что меня вызывают к себе судьи.

— Огинский, — услышал я голос Ушаковой, — подойдите, пожалуйста.

Встав со скамейки, я неспешным шагом направился к ним.

— Дмитрий, должен заметить, что сегодня вы меня приятно удивили, — начал говорить фон Гаус. — Видимо, вы довольно серьезно отнеслись к моему замечанию насчет чистоты зелья. В этот раз оно у вас, стоит признать, получилось отменным. Честно скажу, не знай я, что его сделал студент первого курса, то спокойно бы предположил, что это работа уже опытного мастера. Мы всем судейским составом единогласно пришли к решению выставить вам сто баллов.

— Это получается, я уже победил? — удивился я.

— Ну, пока что работ других студентов мы не видели, но предварительно — да, — ответила Ушакова, подойдя ко мне ближе. — Если у кого-то из них зелье будет заметно лучше, то мы ему дадим дополнительные баллы. Но в соревнования факультетов вы уже точно проходите.

— Благодарю, — кивнул я. — Я могу идти? Или нужно ждать завершения этапа?

— Да, к сожалению, вам придется подождать, — ответил фон Гаус.

— Хорошо, — пожал я плечами и направился под свой навес.

Вновь устроившись под ним, я достал блокнот. Итак, на чем я остановился?

Буквально через полчаса я понял, что дальше улучшать печать попросту нет смысла. Я убрал с нее почти половину элементов, поскольку они были либо дублирующими, либо попросту неактивными в том состоянии, к которому я приводил печать.