Он осторожно прилег рядом со мной с другой стороны. Я смотрела на этого мужчину с внешностью юноши. Мой взгляд скользил по острым скулам, тонкому носу и потерялся где-то в глазах цвета ртути. Я благодарно улыбнулась ему и смежила тяжелые веки. В сон я провалилась мгновенно.
Следующее пробуждение было не в пример бодрее предыдущих. Я чувствовала себя почти живым человеком. Тело немного ломило, но это и не удивительно, ведь я проспала так долго.
Первым, что я услышала — немного учащённый стук сердца. Я лежала на груди Диана, а он задумчиво перебирал мои волосы.
— Сколько я проспала? — хриплым ото сна голосом спросила я.
— Не знаю, — беззаботно ответила мне моя временная подушка. — Достаточно, чтобы я выспался вместе с тобой.
Я подняла голову и посмотрела на Диана. Синяки прошли, а тревога, сковавшая его лицо, сейчас исчезла.
— Я бы хотел просыпаться рядом с тобой каждое утро, — тонкие аристократичные пальцы слегка поправили выбившуюся прядь за ухо.
От этого интимного жеста и его признания я вспыхнула, как маков цвет. "Мне бы тоже этого хотелось" — мысленно ответила я, но вслух промолчала.
Диан криво улыбнулся и резко опрокинул меня на спину, нависая надо мной.
— Можно? — тихо спросил он, глядя в мои глаза.
Сердце бешено стучало в груди. В голове будто гуляли пузырьки шампанского вместо связных мыслей. Серебристо-серые глаза прожигали меня насквозь, и мне хотелось расплавиться под этим взглядом. Его длинные пальцы невесомо прошлись по моей скуле, скользнули по щеке и вниз, оглаживая контур нижней губы.
— Можно, — выдохнула я, собрав остатки сознания.
И тут же оно разлетелось на тысячи осколков под огненным напором Диана. Он целовал меня, как голодный любовник, что не в силах сдерживать свою страсть. Я отвечала осторожно, будто боясь обжечься о его огонь. Но постепенно распалялась, оживала и принимала его страстную ласку, отдавая взамен столько же своей.
Мы оторвались друг от друга, рвано дыша. Оба пьяные от долгого поцелуя. Диан со смешком плюхнулся рядом и притянул меня в объятия.
— Прости. Я не напугал тебя? Просто я так рад, что мы выбрались, и что ты пришла в себя, — его голос немного дрогнул. — Врач сказал, что ничего серьёзного. Но ты была так слаба...
Он не договорил, но по волнению в его голосе я все поняла. Он боялся, что я не приду в себя.
Я сжала его ладонь и улыбнулась, слегка запрокинув голову, чтобы видеть его лицо.
— Я тоже рада, что мы выбрались. Теперь я очнулась и хочу в душ. И, наверное, поесть.
— В душ я тебя пока не отпущу. Ты еще слишком слаба. А вот поесть я принесу. Жди, моя маленькая нимфа, — он легко подскочил с кровати и скрылся за дверью.
Я счастливо выдохнула и принялась ждать.
В этот раз Диан принёс все тот же бульон и небольшой кусочек оранжевого хлеба. Он потрясающе пахнет пряными травами и пробуждал аппетит одним своим запахом.
Есть с ложечки, да ещё и в кровати, я наотрез отказалась. Никогда не любила еду в постели. Это всегда мне казалось чем-то неправильным.
Немного поспорив, я уговорила Диана поставить тарелку на тумбочку, чтобы я смогла поесть, сидя в кресле.
С удивлением отметила, что одета в белую длинную сорочку с милыми вышитыми птичками на воротнике.
— Это не я. Марисса сама тебя переодевала, — поспешил предупредить меня мужчина.
Ничего не ответила, только хмыкнула на это поспешное заявление. О том, кто меня переодевал, я даже не задумалась. Просто понравилась вышивка. После пережитого я была бы не в обиде, если бы Диан сам меня переодел. Наш совместный вояж сблизил меня с ним так, будто мы знакомы не первый год.
На ногах стояла твердо, слабости не ощущалось. Хотя по солнышку в окне, понимала, что проспала рядом с Дианом от силы пару часов. Но перемены на лицо. Он настойчиво придерживал меня на случай внезапного падения, но все обошлось. До кресла я добралась успешно. Хотя тут всего-то пару шагов.
После обеда настояла на небольшой прогулке по дому. Но уже в коридоре почувствовала слабость. Всё-таки переоценила себя.
— Дарья, я же говорил, что лучше еще немного полежать. Зачем тратить силы, если ты только-только начала их набирать? — недовольно пробурчал мужчина, прежде чем подхватить меня на руки.
— Кататься на тебе уже входит в мою привычку, — ухмыльнулась я.
— Тебя, моя нимфа, я готов носить на руках всю жизнь, — тихо выдохнул он в самое ушко, вызвав табун мурашек.
От его признания почему-то ёкнуло не сердце, а низ живота, кольнув сладкой судорогой. В голове всплыл наш недавний горячий поцелуй, и мне захотелось в душ с удвоенной силой.
________________________________________________
Специально для всех, кто спрашивал про Аластора, я написала маленький кусочек. Чем занят был эти несколько дней и о чем думал.))
Как пел Александр Васильев в своей песне: "Кончился мой энерджайзер, кончился..." Вот и мой муз слегка кончился. Не писалось совсем, поэтому график снова сбился.
