Аквилон. Маг воды. Том 4 (СИ) - Токсик Саша

Что-то врезалось в щит со свистом, отскочило с громким всплеском, захлюпало, покатившись по лужам. Я даже не успел разглядеть, что это было. Просто тёмное пятно в тумане. Затем ещё удар, с другой стороны. Потом третий, четвёртый. А потом началось настоящее безумие.

Удары посыпались со всех сторон одновременно. Словно попал под каменный град. Что-то билось в щит сверху, снизу, сбоку — отовсюду.

Щит вибрировал от ударов, волны расходились по водяной поверхности, создавая причудливые узоры. Мне приходилось постоянно подпитывать его энергией, восстанавливая целостность. Благо, энергии вокруг хватало с избытком. Я просто открыл себя потоку силы, льющейся из пропитанных водой стен, и направил её в щит.

Забавное ощущение, словно стоишь в воротах, а в тебя летят мячи. Вспомнилась новомодная игра, которую недавно завезли с островов.

«Ножной мяч» кажется? Парни гоняют кожаный мяч ногами, пытаясь забить в ворота противника. А вратарь должен отбивать все удары. Вот и я сейчас чувствовал себя таким вратарём, только мячей было слишком много, и летели они одновременно.

Так не пойдёт. Простая оборона может длиться вечно, но она ничего не решает. Нужно было понять, с чем я имею дело. Изучить противника, найти его слабости. А для этого нужно было поймать хотя бы одного из этих невидимых нападающих.

Не ослабляя концентрацию на поддержании щита, в конце концов, для мага моего уровня удерживать две-три конструкции одновременно не сложнее, чем дышать и идти одновременно, я начал формировать новое оружие. Вода отделилась от внутреннего слоя щита, вытянулась в длинную, гибкую плеть. Три метра чистой воды, сжатой до плотности каната, но сохранившей свою текучесть. Идеальное оружие для ловли чего-то быстрого и увёртливого.

Водяная плеть хлестнула в туман наугад, рассекая серую массу. Естественно, промах, я даже не видел целей. Ещё попытка, в другую сторону, и снова мимо.

Твари были не просто быстрые, они были невероятно быстрые. И явно видели в этом проклятом тумане гораздо лучше меня. Возможно, туман был их естественной средой? Или они сами его создавали для охоты?

Неравные условия требовали нестандартного решения. Если не можешь поймать движущуюся цель, заставь её поймать себя. Я изменил тактику кардинально. Вместо попыток ударить по невидимым атакующим, я стал ждать. Терпение охотника, выжидающего момент.

Вот оно! Что-то летит прямо в лицо. В последний момент, за долю секунды до удара, я изменил структуру щита в точке контакта. Сделал воду мягче, вязче, превратил её из брони в ловушку. Существо влетело в изменённый участок щита и увязло, как муха в свежем мёде.

Водяная плеть среагировала мгновенно, обвилась вокруг пойманной твари, притягиваеё к каменному полу. Существо отчаянно вырывалось, но вода держала крепко, не давая ни малейшего шанса на побег.

Удивительно, но остальные атаки прекратились. Раз, и тишина.

Видимо, поимка одного из их собратьев заставила остальных проявить осторожность. Они всё ещё были там, в тумане, я чувствовал их присутствие. Но они больше не атаковали. Ждали. Наблюдали. Возможно, они изучали меня так же внимательно, как я собирался изучить их пойманного собрата.

Я усилил свечение ближайшего элементаля, заставив его подкатиться ближе. Направил весь его свет на пойманное существо. То, что я увидел, заставило меня присвистнуть от удивления.

Тварь была размером с крупного ежа, может быть, чуть больше, с домашнюю кошку, свернувшуюся клубком. Но на ежа она походила только самым отдалённым образом.

Существо могло сворачиваться в идеальный шар, это я понял по тому, как сомкнуты пластины панциря. Геометрически идеальный шар, без единого выступа или впадины. Но сейчас, придавленная моей водяной плетью, тварь была вынуждена частично развернуться, показав свою истинную природу.

Панцирь, вот что бросалось в глаза в первую очередь. Это был не просто защитный покров, не грубая броня. Это был шедевр природной инженерии. Сотни пластин срослись в единую конструкцию, каждая подогнана к соседней с точностью ювелирного изделия.

Но самое поразительное, что пластины были покрыты острыми гранями, торчащими во все стороны. Каждая грань заточена как бритва цирюльника, каждая блестела в голубом свете моего элементаля как осколок чёрного обсидиана.

Один удар такого «мячика» на полной скорости мог распороть человека на лоскутки. Теперь стало понятно, откуда у рабочих такие страшные, рваные раны. Это было не просто животное. Это было живое оружие.

Существо попыталось вырваться, начало вращаться вокруг своей оси с бешеной скоростью. Из-под панциря показалась… голова?

Нет, это сложно было назвать головой в привычном понимании. Скорее, передняя часть, которая выполняла функцию головы.

Круглая пасть, и больше ничего. Никаких глаз, они были не нужны в темноте. Никакого носа, ориентация по запаху тоже не требовалась. Никаких ушей в привычном понимании. Только рот. Но какой рот!

Пасть была усеяна треугольными зубами в несколько рядов, и, я не поверил своим глазам, эти ряды вращались в разные стороны! Внешний ряд крутился по часовой стрелке, следующий — против, третий — снова по часовой. Настоящая живая камнедробилка.

Органическая дрель для проходки самой твёрдой породы. Существо открыло пасть шире, демонстрируя глотку, уходящую в черноту, и я увидел, что зубы продолжаются и внутри, спиралью уходя в глубину. Это создание могло перемалывать камень в пыль, глотать и переваривать.

Но самое интересное открытие ждало меня при изучении панциря. Он почти полностью состоял из чистейшего русалочьего камня. Плотный как хитин или скорлупа улитки.

Это переворачивало все мои представления о биологии и магии. Эти твари, визгуны, как их назвали братья Жилины, не просто питались русалочьим камнем, поедая его как обычную пищу. Они его переваривали, усваивали и откладывали на себе в качестве живой брони.

Симбиоз? Нет, это было что-то большее. В моей прошлой жизни алхимики убили бы за возможность изучить такое создание.

Существо издало звук, тот самый визг, но тише, жалобнее, с нотками, которые можно было бы назвать мольбой, если бы у этой твари было сознание. Оно словно звало на помощь. Или предупреждало сородичей об опасности.

Из тумана донёсся ответный визг, потом ещё один, и ещё. Целый хор голосов, перекликающихся в серой мгле.

Я ослабил хватку водяной плети и отпустил существо. Оно мгновенно свернулось в идеальный шар и укатилось в туман с невероятной скоростью, оставив только царапины на камне от своих острых граней. Через секунду атаки возобновились, но уже не такие яростные, не такие хаотичные.

Они испугались, или таким образом изучали меня? Проверяли защиту на прочность, искали слабые места, анализировали мои реакции. Инстинкт или разум?

Интересная ситуация сложилась. Очень интересная. Но мне нужно было двигаться дальше, к источнику основного визга, который всё ещё звучал из глубины, манящий и угрожающий одновременно.

Эти существа, визгуны, были только частью загадки. Что-то управляло ими, направляло, использовало как оружие или инструмент. И это что-то ждало меня впереди.

Я двинулся вперёд, поддерживая щит на максимальной мощности. Визгуны продолжали атаковать, но теперь, когда я знал, с чем имею дело, это уже не казалось таким опасным.

Они были смертельной угрозой для обычного человека, даже для группы вооружённых людей. Но для мага воды, стоящего в месте, буквально пропитанном водной энергией, они были просто досадной помехой. Опасной помехой, требующей постоянного внимания, но не более того.

Туман начал редеть. Сначала это было едва заметно, серая пелена стала чуть менее плотной, чуть более прозрачной. Потом изменения стали очевиднее. Я начал различать контуры стен, потолок штольни, даже отдельные камни под ногами. Серая завеса медленно, нехотя расступалась, словно театральный занавес, открывая то, что она так тщательно скрывала.

Зрелище того стоило.

Стены штольни были усеяны визгунами. Сотни, возможно, тысячи существ облепили каждый сантиметр поверхности там, где проходили жилы русалочьего камня. Они висели на стенах, на потолке, копошились на полу.