Бывает и хуже? Том 4 (СИ) - Алмазов Игорь

Я кивнул. Понял, куда он клонит.

— Хочешь дать ему слабительное, чтобы он просрал весь матч в прямом смысле? — усмехнулся я.

— Да, — зло усмехнулся Щербаков. — Если он провалит это задание, главный редактор его точно уволит. А место вернут Марине.

Я задумался. Неплохой план, но слишком уж рискованный.

— А почему ко мне-то обратился? — спросил я. — Слабительное же без рецепта купить можно.

— Да я не разбираюсь, какое лучше, — признался Даниил. — Вроде гуглил, но там непонятно. Все они начинают через несколько часов действовать, и я могу не рассчитать со временем. А тут тебя увидел и понял, что прям судьба. И решил уточнить.

Хитрый ход.

— Поможешь? — с надеждой спросил Даниил.

Я задумался. Якубов тот ещё гад. Воспалённый аппендикс всей газеты. Но слабительное — это опасно. Можно переборщить, вызвать обезвоживание, электролитный дисбаланс. А вдруг у него вообще кишечная непроходимость?

Тем более есть предпосылки для сахарного диабета, и не хочется дополнительно рисковать его здоровьем.

Зато у меня есть прана. Прана — это безопасно, контролируемо, эффективно. И ко всему прочему, это будет феерично. Бугага.

— Во сколько и где завтра будут соревнования? — спросил я у Щербакова.

Он оживился.

— В два часа дня, — ответил Даниил. — На стадионе «Локомотив». Это недалеко от больницы, между ней и психушкой.

Я кивнул. Проходил это место много раз, да и зимой именно там был залит каток.

— Отлично, — кивнул я. — Тогда слушай. Я всё сделаю сам, чтобы никто тебя не заподозрил. У меня к Якубову тоже есть свои счёты.

Он уставился на меня.

— А как ты это сделаешь? — спросил Щербаков.

— Доверься мне, — усмехнулся я. — У меня есть план. Якубов пожалеет, что вообще на это пошёл. А ты пригласи на матч и Марину.

— Зачем? — удивился Даниил.

Я вздохнул. Всё-то объяснять приходится.

— Марина тоже пусть напишет статью, — ответил я. — Ну, якобы случайно на том матче оказалась. Если главный редактор ко всему прочему увидит, что Марина такой ответственный работник — точно её вернёт на эту колонку.

Даниил хлопнул себя по лбу.

— Это гениально! — воскликнул он. — А ты точно сможешь с Якубовым справиться?

О, ещё как.

— Смогу, — кивнул я. — Не беспокойся.

Даниил широко улыбнулся.

— Спасибо тебе! — обрадовался он. — Я Марине ничего говорить не буду, ну, только попрошу со мной на матч сходить. Сам фотки сделаю, а она потом статью напишет, когда узнает, что произошло. Тогда до завтра!

— До завтра, — кивнул я.

Даниил пожал мне руку и ушёл. Я ещё раз всё обдумал. Моя прана будет действовать гораздо лучше слабительного. Я усилю перистальтику кишечника Якубова, вызову спазмы, разгоню содержимое кишечника. Безопасно, контролируемо и незаметно.

Вышел в холл, Лена уже успела получить наши вещи. Мы оделись, направились к выходу. И меня перехватила ещё одна знакомая фигура.

Коршунова, собственной персоной.

— Александр Александрович, нам нужно поговорить, — недовольно заявила она.

Я вздохнул. Вот не отпускает меня сегодня это место.

— Подожду на улице, мне надо позвонить, — Лена в который раз демонстрировала чудеса тактичности.

— О чём? — спросил я у Светланы Викторовны.

— О лекции, — ответила Коршунова. — Которую мы только что посетили.

— И что с ней? — приподнял я бровь.

Коршунова сердито сжала губы.

— Это полный провал! — ответила она. — Все это поняли. Я слышала разговоры людей, они разочарованы. Назвали это тратой времени. А этот лектор обошёлся нам в копеечку.

А он хороший маркетолог. Ему заплатили за то, чтобы он продавал свои книги. Правда, книги его оказались никому не нужны, но это уже дело десятое.

— А я тут при чём? — спросил я.

— Потому что люди говорили, что ваши лекции в Школе здоровья куда лучше, — объяснила Коршунова. — А это значит, что проект мэра Шмелёва может провалиться.

— Но мои лекции и правда лучше, — развёл я руками. — Я не обманываю людей, не пытаюсь продать им книги. К тому же, читаю я их бесплатно.

Светлана Викторовна поморщилась.

— Александр Александрович, приостановите свои лекции, — заявила она. — Хотя бы на время, чтобы у людей не было другого выбора. И чтобы они ходили на наш проект. Со временем они почувствуют интерес, Шмелёв обещал искать других лекторов, и…

— Вы хотите, чтобы я перестал помогать людям, и помог Шмелёву зарабатывать на том, что я предоставляю бесплатно? — прервал я её.

Коршунова подняла руки.

— Я понимаю, это звучит не очень, — робко заявила она.

— Похоже, вы не понимаете, — ответил я. — Мне не нужна слава. Не нужны деньги. Я просто хочу помогать людям. Мне нравится мой проект, я в него всю душу вкладываю. И не хочу, чтобы люди попадались на удочку шарлатанов вроде Стропова.

Коршунова хотела что-то сказать, но я не дал ей.

— И я не буду ничего останавливать, — твёрдо сказал я. — Мои лекции продолжатся. Как и раньше. А Шмелёв пусть сам разбирается со своими проблемами.

— Вы упрямый, Александр Александрович, — вздохнула Коршунова.

— Я принципиальный, — поправил я её. — Это большая разница.

Она покачала головой.

— Я вас предупредила, — сказала она. — Мэру это не понравится. У вас могут начаться проблемы.

Как же я устал уже от существования этого Шмелёва. Не получилось его засадить, так он теперь ещё и такую фигню творит. И всё явно ради того, чтобы показать всем остальным, как активно он занимается городом. Ага, как же.

Вот где мои лекции о здоровье и где он? Но нет же, обязательно надо было сунуться и отобрать мои четыре тысячи рублей в месяц.

Нет уж, это мой проект, и я не хочу его закрывать.

— Пускай, — пожал я плечами. — Всего доброго. А, и с восьмым марта вас.

Развернулся и вышел из дома культуры. Лена ждала на улице.

— Всё в порядке? — уточнила она.

— Да, — кивнул я. — Идём праздновать восьмое марта.

Она кивнула, взяла меня под руку, и мы направились к «Инь-Яню».

Сегодня ресторан был просто переполнен. Всё-таки чуть ли не единственное приличное место в городе, так что ничего удивительного. Возле него стояло множество машин, и изнутри доносилась музыка.

Невольно вспомнил, как Никифоров рассказывал про их похождения с Коляном. Как Колян «пел караоке без караоке». Усмехнулся.

Мы вошли внутрь, официантка проводила нас к заранее забронированному столику. Успели снять верхнюю одежду, и как раз подошли Гриша и Стася.

— Знакомьтесь, это Лена, моя медсестра, а это мои друзья, Гриша, Стася, — представил я их друг другу.

— Очень приятно, — кивнул Гриша. — Значит, вы та самая медсестра, про которую Саша ничего не рассказывал?

— Гриш, я тебе постоянно рассказывал про неё, чего ты придумываешь? — пихнул я друга. — Слушать меня лучше надо.

— Григорий сегодня у нас в ударе, его несмешные шутки будут радовать вас весь вечер, — проговорила Стася. — Лена, очень приятно познакомиться!

Гриша надулся и схватил меню.

— Я такой голодный! — заявил он. — Саша мне ничего не оставил в холодильнике! Так что готов слона съесть!

— Да ты всегда голодный, — отозвалась Стася. — Я же тебе бутерброды приносила час назад!

— А пока мы шли, они уже переварились, — отозвался мой друг. — Мне же надо было где-то энергию получать! Саш, правильно я говорю?

Я усмехнулся и кивнул. Мы с Леной тоже принялись изучать меню.

Я заказал лосось и овощи, Лена утку терияки, Гриша стейк, а Стася пасту с морепродуктами. Пока ждали заказ, Стася рассказывала про школу. Один мальчик нарисовал её портрет к восьмому марта, и изобразил ей зелёные волосы.

— Зелёные? — удивился я.

— Да, — со смехом кивнула Стася. — Он сказал, что розовый цвет для девчонок, а ему больше нравится зелёный.

— Так перекрасься, — тут же предложил Гриша. — Будешь как Фиона из Шрека.

— Так у Фионы была кожа зелёная, а не волосы, — заметила Стася. — Так что молчи уж, Шрек.