Системный Рыбак 12 (СИ) - Шиленко Сергей

— Явился, — пророкотал Багрот. — Я уж думал, ты решил отсидеться, человечишка.

— Ты сильно недооцениваешь людей, — отозвался я мысленно.

— Ха-хах, не заливай мне. Я видел миллионы твоих соплеменников, которые жались от страха при одном лишь нашем виде. Трусливая раса.

— Продолжишь в таком духе и останешься без рогов.

— Ладно, не будем попусту сотрясать ментал, — Багрот навис над морем своей тушей и нетерпеливо дёрнул обрубком, тем местом, где раньше торчало его утраченное достоинство. — Ты обещал мне рога. Где они?

— Терпение.

Я открыл глаза, выпустил из ладони Духовную Нить и метнул её к статуе. Молочно-белый хлыст обвил последний рог демона у самого основания, я влил энергию, рванул на себя, и каменный отросток с треском отломился и рухнул в песок. Отломанный рог я тут же подтянул нитью и убрал в перстень. Добру пропадать нечего.

В голове тут же взорвалось рёвом.

— ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ⁈ — Багрот вскинулся так, что вся гладь моря пошла рябью. — Ты оставил меня вовсе безрогим! Вздумал обмануть меня? Я раздавлю твой жалкий разум!

— Рогатый уродец, я тебе сказал ТЕРПЕНИЕ, — поморщился, удерживая бурю, возникшую на поверхности Моря души. — Чтобы поставить новые рога, нужно сперва убрать старый огрызок, иначе как я их закреплю?

Демон притих, переваривая мои слова. Логика, моих слов всё же до него дошла, пусть и с трудом.

— И что ты мне поставишь? — буркнул он уже тише.

Я полез в перстень отца и вытащил наружу то, ради чего тащился сюда среди ночи.

Пара оленьих рогов легла на песок, каждый размахом в добрых два метра, ветвистый, с десятком отростков. Вдобавок я выкрасил их багровой неоновой краской, что светилась на стенах моего ресторана, так что сейчас они тлели в темноте кровавым светом.

Багрот уставился на них и онемел.

— Вот это… вот это рога генерала, — выдохнул он. — Где ты взял такие, человек?

Он издал звук, похожий на демонический восторг, каким я его себе представлял.

Объяснять ему по второму кругу всю их историю я не собирался.

Вытащил из системного слота Тысячелетнюю Удочку, подцепил первый рог Духовной Нитью и забросил его к голове Багрота.

Тяжёлый, зараза. Олений рог тянул нить вниз, баланс гулял, и махина норовила сорваться обратно в песок. Я выругался про себя, влил ещё энергии и расщепил нить на восемь отростков, ухватив каждым по ветви рога. Вес распределился, качка унялась, и рог наконец повис ровно.

Мысленных усилий на контроль восьми нитей с тяжёлым грузом потребовалось немерено, я буквально ощутил, как у меня мозг вспотел от натуги.

Медленно повёл нити вниз, опуская багровую корону на каменный лоб демона.

Первая попытка сорвалась: рог соскользнул с покатой макушки и едва не свалился, я в последний миг подхватил его нитями и вернул обратно.

Со второго захода я приладил основание точно на пенёк и прижал.

«Этот клей из слизи строительной улитки, хозяин, — всплыли в памяти слова Моргана, когда я спрашивал, что у них тут обычно используют для фиксации и склеивания. — Самый крепкий в городе, им даже аристократы свои хоромы скрепляют. Хватает сразу, а за полсуток дозревает и держит словно монолитный камень».

Я убрал нити и присмотрелся. Рог стоял намертво, не качнулся ни на волос.

А старик-то не соврал, держит и вправду как влитой.

Воодушевлённый успехом, я взялся за второй рог. Подцепил, поднял, опустил на свободную сторону лба, прижал и убрал нити, собираясь наконец выдохнуть.

И тут рог покосился и пополз вбок.

— ОН ПАДАЕТ! — взвыл Багрот так, что у меня в черепе зазвенело. — Ты… ты… А-а-а, поправь его сейчас же!

— Тихо ты, паникёр, — я уже метнул нити обратно, оплёл сползающий рог, вернул его в правильное положение и придержал.

А сам быстро прокрутил в голове, в чём загвоздка. Клей на первом роге схватился сразу, а тут засбоил. Вывод напрашивался один: пока я возился с первым, клей на втором слишком долго пробыл на воздухе и начал подсыхать, оттого и хватка ослабла. Об этой мелочи Морган меня предупредить не удосужился.

— И что теперь? — В голосе демона прорезалась почти человеческая тревога. — Если рог не встанет как надо, никакого «Багряного Разлома» ты не получишь.

— Расслабься, у меня есть решение, — сказал я ему невозмутимо.

Решения у меня, разумеется, не было. Нужно было что-то сказать, чтобы демон перестал голосить и не сбивал меня с мысли. Но проблему и вправду следовало закрыть, иначе я не выполню свою часть сделки, и мне очень не хотелось бы остаться без мощной боевой техники.

Удержать бы его в нужном положении, пока клей не схватится как следует. Подпереть чем-нибудь…

И тут пришла идея. Я снова нырнул в перстень и вытащил оттуда весло, которым когда-то правил плотом.

Под недоумевающим взглядом демона создал ещё один хлыст, подхватил им весло, подвёл снизу под корону и упёр лопастью в землю, подперев накренившийся рог.

— Не переживай, — бросил Багроту. — К утру клей дозреет, рог встанет намертво, и я потом заберу весло. А пока пусть постоит подпоркой.

— Сойдёт, — прогудел Багрот, оглядев конструкцию. — Два таких рога стоят того, чтобы не обращать внимания на деревяшку. Я доволен.

Он сложил ладони и выполнил какую-то свою технику. Из его лба в мою сторону протянулся багровый луч и ушёл прямиком в Звёздное Море.

Над серой платформой — зачатком моего защитного тотема — развернулся чёрно-багровый гримуар с тиснёной надписью «Техника Багряный Разлом». От книги тянуло давящей жутью, так что даже спокойная гладь моря под ней поджалась.

— Этой техникой я обрывал миллионы жизней, — пророкотал Багрот не без гордости. — Хватит у тебя таланта постичь её, и среди людишек твоей ступени тебе не сыщется равных. А не хватит, так это уже твоя проблема, не моя. Я свою часть уговора исполнил.

В реальном мире до меня донеслись голоса.

Я оглянулся. Вдалеке по широкой аллее несколько человек шли к скверу, громко переговариваясь и о чём-то споря.

Следов после себя я оставил столько, что любой сыщик расплакался бы от счастья: свежий скол на лбу статуи, весло-подпорку и строительный клей. Но сейчас было уже не до заметания следов. Если кто-то сюда сунется, то пусть гадает о том, что за безумец нарядил демона в оленьи рога, уже без меня.

— Верю тебе на слово, — бросил я демону напоследок. — Но учти: если книжонка окажется пустышкой, я вернусь и снова обломаю тебе рога.

Я убрал удочку в слот, метнул хлысты к ближайшим деревьям и рванул вверх, подтягивая себя от ветки к карнизу, от карниза к стене. Парк проносился внизу, голоса остались позади, а я уходил к тёмному гребню горы, скрываясь в его тенях.

Кто-то настойчиво тыкался мне в лицо и требовал завтрака.

Я разлепил веки. Дина сидела на моей груди и смотрела золотистыми глазами прямо в душу, а её крошечные передние лапки упирались мне в щёки. Весит она всего ничего, но спросонья эти килограммы давят на грудную клетку, словно на меня улёгся откормленный бегемот.

— Слезь, — прохрипел я.

Она не пошевелилась, фыркнула, а потом как чихнула!

К счастью, без сферы, обычный влажный чих мне в лицо.

— Да понял я, понял, — сцапал её поперёк панциря и сел на кровати. — Будет тебе завтрак. Дай хоть штаны надеть.

Дина радостно завозилась, и через ментальную связь прилетела волна предвкушения вперемешку с чем-то ещё. Беспокойство. Она вертела головой и искала кота.

Рид так и не вернулся, а ведь пошли уже вторые сутки.

Я поставил Дину на пол и потянулся за одеждой. Кот где-то гулял, и гадать где именно было пустой тратой времени, потому что он всегда был слишком самостоятельным, чтобы отчитываться передо мной за каждую ночную прогулку. Но Дине этого не объяснишь, для неё отсутствие Рида тянуло на конец света.

— Найдётся, — сказал я ей. — Он большой мальчик, сам разберётся. А если нет, то мы обязательно его найдём.

И всё же зарубку в голове я поставил: гуляет он сам по себе, но проверить, куда именно его носит, не помешает. Нужно поискать для кота какой-нибудь магический аналог отслеживающего устройства.