Код личности 1 (СИ) - Кароль Елена

Потому что в сети в свободной продаже я такие ампулы не нашла.

— Я сам, — отмахнулся Тюменцев и глянул на меня по-особому внимательно. — Увлекаться таким не стоит, только если совсем прижмет. Действуют быстро и эффективно, но и побочек хватает.

— Догадываюсь, — кивнула, вспомнив слова завотделением в госпитале. — Что ж… На сегодня всё. До завтра? В это же время?

— Да, подходи к восьми.

В итоге я пробыла у майора часа полтора, не больше, и когда вернулась к себе и вошла в дом, чтобы принять душ и освежиться, то первой мне на глаза попалась зареванная Алеська, а затем сердитый Матвей, что-то вполголоса выговаривающей сестре.

М-м, воспитательная работа во всей красе… Хорошо, хорошо. Не буду мешать.

Но не тут-то было…

— Саша, скажи уже ей! — выпалил Карепанов, устало откидываясь на подушку.

— Что? — поинтересовалась без особой охоты.

— Эта балда мне не верит!

— Про что именно?

— Что вчера её траванули и хотели трахнуть!

— В смысле — не верит? — Я аж притормозила и посмотрела на Алеську с изумлением. — То есть по твоему, твоё состояние было нормальным? Серьезно? И мне не стоило вмешиваться? И на меня ты вешалась и за задницу мацала из большой любви, а не из-за невменяемости?

— Я? — изумилась Алеся, даже перестав реветь, но став ещё пунцовее. — На тебя⁈

Заинтересованно хмыкнув, поинтересовалась:

— Ты вообще хоть что-то помнишь из вчерашнего? На чем день закончился?

— Ну… — Она явно ощущала себя не в своей тарелке, но действительно попыталась сосредоточиться и вспомнить. — Я по бутикам гуляла. Купила там… Ну, всё, что хотела. Было где-то около шести, а ты сам сказал, что встречаемся в семь. Я пошла в кафе. Там сидели… парни…

Она нахмурилась и даже потерла лоб, так смешно его морща, что я отвела взгляд в сторону, чтобы не рассмеяться.

— А потом… потом… — Она наморщила уже нос и вроде как спросила: — Они меня угостили соком?

— Они тебя угостили соком, сыпанув туда женский аналог виагры с компонентом, который попутно туманит разум, — вздохнула я. — Официантка сказала, что ты выпила три коктейля. Когда я пришел, ты выглядела пьяной. Тебе было весело и хотелось целоваться. А теперь посмотри сюда…

Я нашла на своём телефоне один из порносайтов, куда слила информацию с телефона Голубева-младшего, вся прелесть которого была в том, что это был иностранный хостинг и удалить оттуда информацию даже по запросу российских спецслужб было невозможно.

— Узнаешь?

Посмотрев первые несколько фото и став аж свекольного цвета, Алеська зажмурилась, но я качнула головой.

— Нет-нет, Алеся, смотри дальше. Вот ещё видео. Глянь.

Карепанова замотала головой, прикрыв лицо и ладонями, но мне этого было недостаточно и я зло рявкнула:

— Смотри!

Вздрогнув всем телом и уставившись на меня в ужасе, она перевела отчасти заторможенный взгляд на видеоролик, где молодую девушку (на вид лет пятнадцати) имели сразу трое подростков, одним из которых был Голубев. По девушке было видно, что она не в себе — глупая улыбка на лице, рассеянный взгляд, вялые движения.

— Впечатляет? Вот такое тебя ждало продолжение вечера, Алеся. Вот с этим субтильным барончиком в качестве твоего первого мужчины. Ты этого хотела?

Она снова подняла на меня глаза, полные слез, и медленно качнула головой, а потом спрятала лицо в ладонях и разрыдалась так горько, что на миг мне стало даже её жаль. Но только на миг.

По хорошему девчонка не понимала. Что ж… Будем учить по плохому.

Покосилась на Матвея, который морщился, но так и не вмешался, перехватила его осуждающий взгляд, пожала плечами и ушла принимать душ. Если уж сегодня не поймет, то я даже не знаю, что сделать ещё, чтобы она наконец поняла — это мир не добрых фей и розовых пони. Верить людям нельзя. Никому. Особенно если ты молодая девчонка с красивой фигурой и смазливым личиком, а за плечом не стоил амбал-телохранитель с гранатометом.

Понежившись под теплым душем и смыв не только пот, но и раздражение на эту глупую рыбку, которой просто не повезло с окружением, не научившим её базовым вещам, я переоделась в свежие вещи, закинув потные в стирку, пожелала доброго утра проснувшемуся профессору, сообщив, что завтрак на плите, а я буду неподалеку. Понадоблюсь — пусть звонит.

С Матвеем тоже перекинулась парой фраз, сообщив всё, что выяснила по участку, и выдав ему контакты хозяйки. Если ему действительно надо — пусть действует.

Сама же, прихватив косу, лопату и ещё кое-какие инструменты, проехала на Газели до соседнего участка, уже на правах хозяйки открыла ворота и загнала на территорию автомобиль, выгрузила стройматериалы, заново откопала погреб и занялась его облагораживанием.

Первым делом очистила вход от лишней земли, выкосив вокруг траву, чтобы вообще понимать, что тут и как. Затем сняла старые двери, отложив их пока в сторонку. Проверила дверной проём, который тоже требовал замены — балки были откровенно гнилыми. Простучала все до единой ступени, которые оказались в прекрасном состоянии. Вынесла наружу сгнивший хлам.

И начала потихоньку застилать пол плитами, подгоняя их друг к другу настолько плотно, что зазоры были меньше миллиметра. Как закончу, щели можно будет залить герметиком, чтобы не сифонило, а температурный режим и влажность отрегулирую артефактами. Зря что ли из лавки Селиванова кучу добра вынесла?

Глава 25

С плитами я провозилась до самого вечера, сделав пару перерывов на отдохнуть, а когда вернулась домой, чтобы снова принять душ и поваляться в гамаке, то меня ждали приятные новости: Матвей сумел договориться на просмотр и была заключена предварительная договоренность на продажу в пределах семисот тысяч; Алеся на меня больше не дулась, по совету брата решив снова заняться блогерством и сейчас активно собиралась с мыслями, какой именно контент будет давать зрителю; а Бельков ждал меня на вечернюю проверку активности мозговых волн, прикинув по времени, что должна была восстановиться способность к улавливанию чужих эмоций.

И он оказался прав!

Сама я в течение дня совершенно не уделяла внимания своим магическим способностям, проведя всё это время в одиночестве и физических нагрузках, но стоило лечь на кушетку и расслабиться, затем пройтись по телу внутренним взором, разогнать энергию по каналам и омыть ею ядро, а затем присмотреться к сосредоточенному профессору, как в голове отчетливо «зазвучали» его эмоции.

Причем это были не то, чтобы чистые эмоции, а скорее совокупность неоформленных в слова мыслей, чувств и ощущений, идущих ко мне единым плотным потоком. Отчетливо понятным потоком, словно это чувствовала я сама!

Сосредоточенность на деле, беспокойство за моё поведение и окружение, небольшая ломота в пояснице и боль в суставах, но поверх всего этого — безусловная привязанность и даже любовь ко мне, как к своему сыну.

Настоящему сыну.

На миг мне стало откровенно не по себе, но я приказала себе успокоиться и воспринимать профессора, как прежде. Я тоже привязалась к нему. Недоверчивый ворчун, но уже давно родной и понятный. По своему добрый и ответственный. Капельку сумасшедший, но…

Кто из нас без греха?

В итоге я сосредоточилась на том, чтобы считать все его эмоции и ощущения до последней доступной капли, а когда поток входящей информации иссяк, тут же об этом сообщила.

— Отлично! — обрадовался Назар Демидович. — Я зафиксировал вспышку активности в передней поясной коре головного мозга, усиление работы нейронов в медиальной лобной коре и нестандартно крупные волны мозговой активности в целом. Отлично! Осталось всё это проанализировать…

Сняв с меня датчики и дав понять, что я свободен, профессор пересел за стол с планшетом и начал что-то торопливо выписывать на бумагу, лежащую перед ним, ну а я послушно покинув обитель знаний, охотно развалилась в гамаке — после применения способностей по телу бродила легкая слабость и стоило подпитаться от кристалла.