Мальтрезе даже обеспокоился – не помешают ли народные гуляния его планам, но, к счастью, все обошлось. Головорез с черной птицей на флаге ограничился тем, что приказал избить и посадить под арест всех чиновников из хайсы, которые поддерживали визиря Аль-Сухрана. Взамен из заключения был выпущен начальник хайсы и его подчиненные, отказавшиеся выполнять фирью, после чего в порту наступил относительный покой. Капитаны и команды кораблей, столпившись на палубах, с тревогой следили за тем, что происходит в городе.
Мальтрезе покинул борт «Аль-Сафии» – он предусмотрительно сел на ибелинский корабль, которому никакие аресты не угрожали. Карло пересек порт, непривычно пустой, и вошел в дом, который стоял на прилегающей к набережной улице. Там его встретили адепты, прибывшие ранее – через порталы. Они также доставили пленных – оба человека крепко спали под действием сонного зелья.
– Синьор, – сказал Иньиго Ибарра, – может, лучше взять только их головы? Эта баба уже пыталась взломать замок шпилькой для волос, пока ее мужик изображал сердечный приступ!
Мальтрезе только улыбнулся. Он даже не сомневался, что женщина, воспитавшая такую юную леди, как мисс Уикхем, крайне далека от христианского идеала смирения и покорности. Да и профессор тоже был не промах, несмотря на годы и хромоту.
– Не стоит. Эти люди имеют ценность, только пока они живы. Что от нашего агента в Рександретте?
– Они заняли дом некоего мистера Фогга. Это торговый представитель мистера Скотта, миллионера из Риады. Ума не приложу, почему они потащились именно туда. Но вместе с Фоггом они посетили дворец, а затем вчера вечером приволокли к нему в дом еще каких-то людей.
Мальтрезе побарабанил пальцами по подоконнику. Экселенс, конечно, будет не очень доволен его замыслом – он жаждал поквитаться с Уикхемами лично, но Карло предпочитал закидывать сети подальше. Уикхемы утащили у него из-под носа ценного мальчишку в Сен-Маре, и нет никакого смысла брать их в плен сейчас. Гораздо разумнее заставить их вернуть украденное, а для этого брат с сестрой должны оставаться на свободе.
Другое дело – юный джилах, о встрече с которым Мальтрезе грезил уже который день. В конце концов, справедливо же, если экселенс и Орден получат одного мальчика, а он, Карло – второго, не так ли? Вопрос лишь в том, как бы его изловить…
– Что сейчас с Рександреттой?
– Ворота заперты, стража несет круглосуточный караул, не войти и не выйти… ну кроме как нашим способом, синьор. Но ничего хорошего они там внутри не ждут. Говорят, визирь окончательно свихнулся и намерен сжечь всех неверных.
– Гм… неблагоприятно. Но подождем еще – может, эта свора дикарей из пустыни как-то повлияет на ход событий. Скажи агенту, чтоб он глаз не спускал с дома Фогга.
– Хорошо, синьор. А корабль?
– За ним будем следить мы. Если яхта снимется с якоря – значит, агенты все же рискнули и открыли на нее портал. Тогда последуем за ней.
– И этих с собой возьмем?
Мальтрезе пощипал бородку. Заложники – вещь ценная, но следует еще хорошенько подумать, как им распорядиться.
– Пока оставим этот вопрос. Посмотрим по обстановке. Идите, проверьте, как там они.
– Слушаюсь, синьор.
Карло подошел к другому окну и с некоторой досадой поднес к глазам бинокль. По какой-то загадочной причине его попытки проследить за «Рианнон» магически постоянно проваливались, словно на корабле был еще один агент Бюро, сводящий на нет все усилия Карло. В бинокль же было хорошо видно, но ничего не слышно – а капитан Бреннон все время о чем-то переговаривался то со своей командой, то с несколькими другими капитанами, которые поднимались на борт яхты. Ах, как бы теперь узнать – о чем! Может, планировали прорваться мимо фортов Арбеллы, а это грозило потерей добычи, которая уже была почти на расстоянии вытянутой руки.
«Ну да ладно, – подумал Мальтрезе и поставил на жаровню кофейник, – еще одна бессонная ночь. Но, надеюсь, завтра все это кончится. По крайней мере, если местные дикари начнут резню, то мы сможем провести нашу операцию незаметно для всех».
17 июля 1866 года,
Арбелла, порт и столица эмирата Таназар
Они снова прибыли в эмирский дворец, но в этот раз их встретили совершенно по-другому. В зале аудиенций по-прежнему тянулась синяя полоса у трона, которую нельзя пересекать, но перед этой полосой пол был устлан мягкими коврами, на которых стояли низкие кушетки, усыпанные вышитыми подушками, а слуги торопливо вносили в зал столики, уставленные блюдами с фруктами, ягодами, сладостями и кувшинами с напитками.
Диего принюхался и сглотнул слюну. Ароматы были просто божественные. Он бы съел все до крошки, хотя мистер Фогг накормил их превосходным завтраком – правда, его пришлось заказать в таверне, поскольку кухарка, едва ступив в дом негоцианта, упала в обморок.
Первым в зал для аудиенций вошел Арье Агьеррин – в длинных темных одеждах и маленькой расшитой золотом шапочке. Он поклонился мистеру Фоггу, агентам и секретарю Бюро и пригласил их садиться и отведать кушаний, приготовленных по приказу эмира.
– Его величество несколько задерживается в детской, – с улыбкой пояснил врач.
– Как здоровье ее величества и принца с принцессой? – спросил мистер Фогг.
– Превосходно, благодарю вас, – Арье разлил по крошечным металлическим пиалкам холодный красный чай и подал его гостям. – Но если бы не вы, ничего не кончилось бы так благополучно и быстро.
– А как вы догадались, что можете обратиться к нам за помощью? – полюбопытствовала Диана. – Откуда вы знали, что у нас есть… гм… способности?
– О, – Агьеррин вздохнул, – я должен просить у вас прощения.
– За что? – воскликнул Элио, не забывая, однако, протянуть оборотню полную тарелку сладостей.
– Я видел вас в море, когда на вашу яхту напали пираты, и вам пришлось защищаться. Но я слишком спешил вернуться в Арбеллу и даже так едва не опоздал. Поэтому я не мог остановиться, чтобы оказать вам помощь.
– Но как вы могли нас видеть, если… – мисс Уикхем нахмурилась и замолчала.
– Я укрыл мой корабль пеленой невидимости, чтобы избежать встреч с пиратами или судами халифатского флота, буде они вдруг доберутся до наших вод.
– Так это были вы! – вскричал Диего. – Это ваш корабль заметил наш капитан, а мы еще гадали, что это за штука такая!
– Да, – печально ответил Агьеррин. – Я прошел мимо и оставил вас в беде. Но до меня уже дошли сведения о том, что Аль-Сухран злоумышляет против эмира, и я поспешил вернуться. Эмир отправил меня к соседним правителям, чтобы заключить союзы или хотя бы разведать остановку. Однако как только я узнал о заговоре Аль-Сухрана, как сразу же вернулся домой.
– Это ваш дом? – с интересом спросила мисс Уикхем. – Вы родились здесь? Мы думали, вы из Мейстрии.
– Это так, дитя, – кивнул доктор, – но теперь мой дом – здесь.
– Но почему?
– Это слишком долгая история. Вы заскучаете, слушая ее.
Диего тут же возразил бы, если бы его зубы не увязли в пирожном с восхитительной, но тягучей и липкой начинкой из меда, орехов и специй. А потом уже не успел бы – потому что двери в зал распахнулись, и в него поспешно вошел Анир дан-Улудж.
Мистер Фогг поднялся и поклонился; агенты последовали его примеру, а Элио еще и сердито обшипел оборотня:
– Да жуй ты быстрее! Вечно ешь все подряд!
Диего чуть не подавился. Эмир же остановился перед ними, застенчиво улыбнулся в круглую пышную бороду и протянул руку мистеру Фоггу:
– Я даже не знаю, как вас отблагодарить. Если бы не вы – никто из моей семьи не выжил бы.
– О, что вы, ваше величество, – почтительно ответил мистер Фогг. – Вам достаточно было позвать, чтобы мы сделали для вас все возможное.
«Не больно-то ему и хотелось», – одними губами произнес Элио.
Уикхем хмыкнул. Ну зато теперь и представитель мистера Скотта, и сам мистер Скотт будут пожинать плоды своего благородного поступка.
