Эволюция целителя 2 (СИ) - Харченко Сергей

— Как прошли? И кто пустил? — нахмурился старик. — Стёпа, у вас охранники там ведь есть. Не проходной двор вроде бы. Ну ладно, раз уже ушли, то всё нормально.

Пожилой лекарь тяжело вздохнул, сбрасывая звонок и поймал наши вопросительные взгляды.

— Недавно в палату к нашему мальцу прошли его отец и та темноволосая барышня, — объяснил старик.

— К Роме? — удивилась Настя.

— У нас один малец, Анастасия, — пробурчал Захарыч. — Конечно, к Роме. Оказывается, он пришёл в себя и пообщался с ними. Его даже отец забрать хотел, но медбрат не дал это сделать.

— Ну и правильно, — заметил я. — Анализы ведь завтра придут.

— Вот именно, — подчеркнул Захарыч. — Да тем более после такой тяжёлой операции… Слишком рано отпускать. Нужно в динамике посмотреть за его состоянием.

— Кстати, кто хочет прогуляться в магазин? Нужны специи и чеснок для утки, — оглядела нас Настя.

— Я схожу, — поднялся я из-за стола. — Сколько брать и чего?

— Я напишу, — Настя схватила пачку стикеров с холодильника, начеркала несколько строк. Ну а я быстро собрался и выскочил из квартиры.

Решил проветриться, а то после такого приключения все мысли в кучу. Да ещё и лёгкая слабость после такой растраты энергии давала о себе знать. Хоть Карыч и молодец, и подпитал меня неплохо, его энергия почти вся израсходовалась.

Я решил пройти через парк. Сразу же за ним и «Семёрочка». Не успел преодолеть и половину зелёнки, как услышал позади себя нарастающий цокот каблучков.

— Алексей! Постойте! — раздался приятный женский голос.

Я обернулся, заметив брюнетку, сопровождавшую мальчика.

— Елизавета, какими судьбами? — поприветствовал я шатенку.

— Да вот, решила немного за вами проследить, — она кокетливо поправила локон за ухо, тепло улыбнулась. — Вас хочет отблагодарить отец Ромы. Только прошу, не отказывайте. Борис Петрович всё равно не отстанет. А то, что вы сделали, это… это просто удивительно.

— Хорошо, — кивнул я. — Я готов с ним встретиться. Когда?

— Сейчас, если вы не против, — потянула меня за руку Елизавета, очаровательно улыбнувшись. — Здесь недалеко есть кафе. Им владее мой босс.

Ну как я могу отказать такой красавице. Её улыбка была обезоруживающей, а пахло от неё чем-то вроде лаванды. Да какого чёрта? До ужина всё равно ещё далеко. Настя может и подождать.

— Мы можем на «ты»? — игриво взглянула на меня Елизавета.

— Вполне, — кивнул я.

— Алексей, ты совершил чудо, знаешь?.. Я просто дар речи потеряла там, на вокзале, — печально улыбнулась Елизавета. — Так всё быстро произошло. Мы спокойно идём к выходу из вокзала. А затем грохот, экран падает, стекло вокруг. И вот уже Рома умирает на моих глазах…

— Никто не умирает, — поспешил я поправить собеседницу. — И не умрёт, пока я рядом. Ты могла убедиться в этом сегодня.

— Да, мы были в твоей клинике, — смутилась Елизавета. — И я увидела Ромку. Он улыбался, и когда я это увидела, у меня отлегло от сердца.

— Хорошо, что я оказался рядом, — произнёс я. — Иначе бы тот лекарь угробил бы Рому.

— Да, это точно… Ты уникален, Алексей, как и твоя клиника, — с плохо скрываемым любопытством всмотрелась в меня Елизавета. — Если ты не против, я ведь… я могу написать статью про тебя и «Возрождение»?

— Это личная инициатива? — прищурился я.

Девушка явно профессионал своего дела. Хватка журналистская чувствуется. Она точно своего не упустит. Но это в ней и привлекало. Энтузиазм, харизма и, разумеется, сексуальная энергия, которая притягивает как магнит.

— Скажем так — личная инициатива, которая переросла в предложение директора редакции «Вестник эпохи», — улыбнулась краешком губ Елизавета.

Мы перебрались за это время через проезжую часть по зебре, затем прошли мимо «Семёрочки» и ещё пары домов, заходя в стеклянную дверь. «Колокольчик» — успел я прочесть над входом.

В зале всего половина столиков были заняты. Но мы не задерживались, прошли дальше.

— Даже стесняюсь спросить, куда мы идём, — обратился я к Елизавете.

— В приватную кабинку, — объяснила мне Елизавета. — Борис Петрович предпочитает разговаривать с глазу на глаз.

Мы прошли до первой куполообразной кабинки. Елизавета приложила к приёмному экрану пластиковый ключ и дверь передо мной бесшумно отошла в сторону.

Ни хрена себе приватные кабинки в обычно кафе, да ещё и со звучным названием «Колокольчик». Будто на каком-то космическом корабле оказался.

— Прошу, — пригласила меня Елизавета, и я шагнул в комнатку.

Впереди добротный стол с диваном и тремя креслами. На диване сидел усатый щеголеватого вида мужчина в чёрном костюме с бабочкой. Увидев меня, он улыбнулся, поднялся и протянул руку.

— Очень приятно познакомиться, Алексей, — широко улыбнулся он в усы. — Мне Елизавета о вас уже столько всего нарассказывала, и я ей охотно верю. Вы ведь спасли моего сына. Прошу, — он указал в кресло.

Дверь отворилась, и внутрь зашёл официант, расставляя с подноса закуски и поставив бутылку шампанского.

— Вы ведь не за рулём, верно? — улыбнулся Борис Петрович.

— Нет, я как раз шёл в магазин, когда встретил Елизавету, — сообщил я.

— Я надолго вас не задержу, — всмотрелся в меня отец Ромы. — Почему я только сейчас узнал о вашей клинике?

— Мы открылись недавно, — объяснил я. — До этого работали… в другом месте.

— И много у вас клиентов? — продолжал интересоваться Борис Петрович, пока официант открывал шампанское и разливал его по бокалам.

— Хватает, в основном народ из клуба пятисот, — улыбнулся я, поднимая бокал с игристым, вслед за Елизаветой и её боссом.

— О, знаю это заведение. Там обитает довольно обеспеченный контингент. Хороший выбор, — заметил он, затем поднял бокал чуть выше. — Я предлагаю пригубить этот славный напиток за таких талантливых лекарей, как вы. Чтобы у вас всё получилось, и ваша клиника процветала.

Я чокнулся с Борисом Петровичем, затем с Елизаветой, привлекательно улыбающейся.

— Угощайтесь, что-то, а закуску в моём кафе делают отменную, — показал на три блюда с тарталетками, увенчанными укропом и кинзой.

Что ж, очень недурно. Одна закуска с креветками, вторая — с икрой, третья с салатом вроде оливье. И, что самое главное, всё действительно вкусно.

— Расскажите ещё раз, как это было, — обратился ко мне Борис Петрович. — Я доверяю Елизавете, просто хочется услышать всё из ваших уст.

Я вкратце поведал как увидел Рому на полу, истекающего кровью, и как начал спорить с подскочившим к мальчику лекарем.

— Ох уж эти коновалы, — выдавил босс Елизаветы. — Даже страшно подумать, что бы случилось, не окажись вы рядом.

— Мы как раз об этом и говорили недавно, — улыбнулась Елизавета. — Борис Петрович, дайте мне в газете первую полосу. Вы ведь понимаете, что об Алексее должны узнать как можно больше людей.

— Разумеется, Лиза, ну о чём ты говоришь, — запыхтел усач. — Страна должна знать своих героев в лицо. И Фёдора возьми, он самый лучший фотограф в нашем «Вестнике».

— Ой, спасибо, — Елизавета сложила ладони лодочкой перед собой.

— Но только не на завтрашний выпуск, — заметил Борис Петрович. — Там уже всё свёрстано.

— Хорошо, — довольно улыбнулась Елизавета.

Мы посидели ещё минут десять, выпили по бокалу шампанского за здоровье Ромы. Босс Елизаветы был потрясён, когда я рассказывал в общих чертах о том, как вытаскивал кусочек стекла из вены мальчика.

А затем телефон Бориса Петровича затрезвонил.

— Ох, мне пора, — подскочил он с дивана, и подошёл ко мне, вновь пожимая мне руку. — Ещё раз огромное спасибо за то, что спасли моего сына, Алексей. А это примите в качестве благодарности.

Он вручил мне конверт. Понятно, что там.

— Я не бедствую, Борис Петрович, — не спешил я принимать от него подарок.

— Но я ведь могу вас отблагодарить, верно? — настойчиво протягивал мне конверт босс Елизаветы.

— Хорошо, — вздохнул я. — Только из уважения к вам.

— А это деньги за проведённую операцию, — Борис Петрович положил на стол ещё один конверт. — Не переживайте, я уже в курсе ваших тарифов.