Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

Когда ялик закачался у борта Первенеана, Сгэйль втащил весла и встал. С той минуты, как они отчалили от берега, никто не произнес ни слова, да и все три дня обратного пути Магьер и Лиишил были на удивление неразговорчивы. К всеобщему облегчению, Малец полностью оправился. Однако у Сгэйля не выходили из головы дары, которые принес «пылающий»…

Лиишил так ни разу и не прикоснулся к своим новым клинкам. Этот подарок, столь похожий на его прежнее оружие, сам по себе немало тревожил анмаглахка, но он был пустяком в сравнении с тем, что получила Магьер — боевой кинжал из металла хейнасов и странный массивный обруч.

Выводя Лиишила и Магьер из гранитных предгорий, Сгэйль постоянно размышлял об этих дарах. Бротандуиве никак не мог предполагать, что Магьер будет участвовать в этом походе, ведь указания греймасги касались только Лиишила. И все же каким-то образом хейнасы знали, что Магьер к ним придет.

Какой тайный смысл содержится в этих странных дарах и почему посланец хейнасов смотрел на Магьер с такой мукой? Это напомнило Сгэйлю о сейильф, которая явилась на Суд старейшин и — немыслимое дело — объявила Магьер своей кровной родней.

Как-то ночью, еще в предгорьях, Сгэйль услышал, как Магьер что-то беспокойно забормотала во сне, а потом резко села, тяжело дыша. Он тогда не шелохнулся и следил за ней из-под почти сомкнутых век, пока Магьер наконец не устроилась под одеялом рядом с Лиишилом.

Все они направляются на юг, чтобы отыскать некий артефакт для пресловутых Хранителей, однако Магьер явно связана с этим делом куда теснее, чем признаёт. Теперь Сгэйль чувствовал себя так, словно это его ведут по неведомому пути с завязанными глазами.

— Вернулись! — послышался сверху ликующий голос. — Оша, скорей сюда… помоги мне!

Сгэйль поднял взгляд и увидел, что через фальшборт перегнулась сияющая Винн. Секунду спустя рядом с ней появился Оша.

— Держите! — крикнул он, и один из матросов сбросил канаты.

Сгэйль пробрался мимо Мальца, чтобы закрепить канат на носу ялика. Когда он повернулся, Магьер уже проделала то же самое на корме. Он протянул было руку к своему дорожному мешку и холщовому свертку с дарами хейнасов, но увидел, что его уже взял Лиишил.

Впервые с тех пор, как они вышли из подземных туннелей, Лиишил прикоснулся к этому свертку. Сгэйль никак не мог понять, почему он так неприязненно относится к дарам.

Лиишил передал сверток Магьер, затем пригнулся, и Малец двинулся к нему.

— Я сам его подниму, — быстро сказал Сгэйль.

Лиишил нахмурился, но согласился.

— Тогда я полезу первым и помогу втащить его на борт. Магьер, поднимайся.

Магьер забралась на борт корабля, за ней последовал Лиишил, а Сгэйль пригнулся, подставляя свою спину Мальцу.

— Позволь помочь тебе, — прошептал он.

Негромко заворчав, Малец обхватил передними лапами плечи Сгэйля, а задними уперся в его пояс. Весил пес немало, и подъем по веревочной лестнице оказался рискованным. Когда они добрались до самого верха, к Сгэйлю протиснулась Винн.

— Я его подхвачу, — бодро заверила она, протягивая руки.

При виде нее Малец прыгнул.

Толчок был так силен, что Сгэйль распластался на краю палубы. Освободившись от тяжести пса, он пробрался в проем фальшборта — и застыл.

Винн, которую Малец сбил с ног, так и сидела на палубе, обвив руками шею маджай-хи. Пес вылизывал ее лицо, а она от души хохотала.

— Как же я по тебе соскучилась! — воскликнула Винн, обхватив ладонями морду Мальца.

Сгэйль покачал головой. Что ж, по крайней мере этот древний Дух на мгновение забыл о своих тяготах.

— Привет тебе, Сгэйльшеллеахэ, — сказал Оша. — С возвращением.

— Оша! — цыкнула на него Винн.

Молодой эльф страдальчески вздохнул, закатил глаза и повторил свое приветствие по-белашкийски.

К ним подошел хкомас, как обычно с недовольным видом, и Сгэйль приготовился держаться учтиво, несмотря ни на что. Корабль и его шкипер праздно торчали на одном месте целых шесть дней — и это при налаженном торговом пути между прибрежными общинами.

— Мы поднимаем якорь, — бросил хкомас. — Мы и так уже изрядно запоздали к очередной стоянке.

— Разумеется, — ответил Сгэйль. — Если я могу чем-то помочь…

Хкомас развернулся к нему спиной и принялся зычным голосом отдавать приказы экипажу.

Порыв холодного ветра пролетел над палубой, и Винн, поднявшись на ноги, вздрогнула и зябко обхватила себя руками. Тотчас же Оша распахнул свой плащ, шагнул ближе, и Винн доверчиво прильнула к нему, а он укутал ее.

Сгэйль, Магьер и Лиишил с недоумением смотрели на юную пару, но ни Винн, ни Оша не замечали, что привлекли всеобщее внимание.

— Проголодались? — спросила девушка, выглядывая из серо-зеленого плаща Оши. — Вы хотя бы ужинали?

Ответом было долгое молчание, и лишь тогда эти двое сообразили, что что-то не так.

— Нам надо спуститься в каюту, — сказала Магьер, которая по-прежнему держала в руках сверток с подарками хейнасов. — Пойдем, Винн.

Кое-кто из матросов, отвлекаясь от своих дел, бросал на вернувшихся чужеземцев неприязненные и встревоженные взгляды. Девушка с толстой косой и вовсе застыла, глядя на них во все глаза. Сгэйль давно уже заметил, что стюард хкомаса проявляет стойкий интерес к его подопечным.

Оша распахнул плащ, и Винн торопливо засеменила за Магьер. За ними последовали Лиишил и Малец. Сгэйль смотрел, как все четверо идут к кормовому люку, и его обуревали смешанные чувства. Только бы Малец сдержал клятву!..

Неуверенность всегда была для Сгэйля совершенно чуждым состоянием духа, но в последнее время он пребывал в нем постоянно. Он был уверен в миссии, которую сам избрал, — защищать Лиишила, но ему не давало покоя то, что рядом с Лиишилом всегда находится Магьер. Вспоминая, как на суде сейильф объявила Магьер своей кровной родней и как вел себя в раскаленной пещере посланец хейнасов, Сгэйль осталось только гадать о том, какая роль предназначена этой женщине в будущем Лиишила.

Магьер — чудовище. Она временами неразумна и всегда груба, но вместе с тем в ней есть то, что восхищает Сгэйля, — сила духа, смелость и несокрушимая преданность тем, кто ей дорог. Он как-то раз попросил Магьер присмотреть за юной Леанальхам, и она согласилась без малейших колебаний. И два представителя древних рас проявили к ней поистине загадочный интерес.

Сгэйль устал от размышлений.

— Что произошло, когда ты привел их к хейнасам? — спросил Оша.

Наверное, Оша слишком много времени провел с чужаками. У этого юноши есть немало недостатков, которые заставляют Сгэйля усомниться в том, что он способен быть анмаглахком. Негоже, чтобы он вдобавок проникся благожелательностью к людям.

— Винн здорова и благополучна, — промолвил Сгэйль. — Ты хорошо исполнил свою миссию.

— Миссию? — Оша моргнул, и взгляд его как бы невзначай устремился к кормовому люку. — О да, Сгэйльшеллеахэ… это была приятная обязанность.

Сгэйль застыл.

— Для анмаглахка, — холодно сказал он, — не существует приятных или неприятных обязанностей. Есть только миссия, которую он исполняет во имя своего народа. Тому, кто не способен ставить эту мысль превыше всего, не место в нашей касте.

У Оши слегка отвисла челюсть, как у зеленого юнца, который вдруг со стыдом осознал, что по неведению совершил промах.

— П-прости, — запинаясь, пробормотал он. — Я не хотел сказать… Я живу во тьме и безмолвии. Я — анмаглахк.

Сгэйль не стал его ободрять.

— Займись нашими подопечными, — сказал он. — Отнеси им ужин.

— Хорошо, Сгэйльшеллеахэ.

Когда Оша направился к кормовому люку, Сгэйль повернулся к борту и устремил взгляд на берег, вновь размышляя о Магьер. Быть может, ему стоило бы устроить нагоняй и себе самому.

Вельмидревний Отче пребывал в древесной келье своего великого дуба. Ненадолго оставшись один, он тщетно пытался обрести мир в своих смятенных мыслях.

Отче?