Между добром и злом. Том 8 (СИ) - Кири Кирико

— Не, что верно, то верно, — вздохнул принц, не став отрицать. — А моя сестра?

— А если она хочет, чтобы вы не умерли случайно, ей придётся пойти на уступки.

— М-м-м… понятно. Ну раз меня поймали, схватили за руки и за ноги, не оставили никаких шансов, и у вас тут всё схвачено, я могу кое-что прояснить для всех? Что вам будет с того, что выслушаете меня перед моим заточением?

И все нахмурились. Потому что Агарций выглядел слишком хитрожопо и уверенно для того, кто был загнан в угол. Они пытались понять, что упустили, но не могли. Не могли ухватиться, где именно прокололись. А всё потому, что здесь, в этом зале, который так невзначай все выбрали был важный подвох, о котором, судя по всему, не знали ни директор секретной службы, ни советник императора.

— Вы же знаете моего отца, да? Великого Натариана Барактерианда. Подозрительного и недоверчивого, особенно в последние дни его жизни? Вы думаете, он стал таким в последние дни только? Я вас умоляю… — рассмеялся Агарций опустив руки и направившись к шторам на стене.

Эти собранные шторы укрывали почти все стены, и по факту были декоративные, но…

— Он сразу никому не доверял. Всю свою жизнь он смотрел с подозрением и на вас, директор, и на вас, советник, прекрасно понимая, что выдайся возможность, и вы ударите в спину. Как и случилось, собственно. Такой вот он человек. Весь в отца, который тоже никому не доверял. И его отец. И отец его отца. Короче, это у нас семейное, да, сестрёнка? — по пути взъерошил он волосы сидящей рядом Льен.

Она молча кивнула.

— А ещё именно моя семья делала этот дворец, ­— продолжил он. — Крепость, чтобы никто из врагов не добрался сюда. Настоящее произведение искусства, признанное лишь для того, чтобы раскрывать любой обман и заговор в его стенах. Здесь построили очень много секретных ходов на любой случай: если надо будет бежать или если надо быстро добраться из одного места в другое. А ещё много всяких комнат, откуда можно подслушивать других. Да, настолько вот они, моя любимая родня, не доверяли людям. И так совпало…

Агарций подошёл к одной из штор, после чего отодвинул её в сторону. За ней были ничем не примечательные обои. На первый взгляд. И лишь присмотревшись, можно было понять, что они были все буквально изрезаны очень тонкими линиями, которых не заметишь, если не приглядываться случайно

— Так совпало, что такое место есть и здесь, в главном зале для совещаний, господа, — улыбнулся он широко, после чего схватился за край обоев и резко дёрнул вниз, срывая. — Так что прошу вас, не стесняйтесь и помашите им ручкой.

За обоями было вместо стены стояло большое, чуть ли не в полный рост стекло, за которым находилась тёмная комната. Но сейчас, когда свет из зала попадал внутрь, все присутствующие могли без проблем разглядеть стоящую за ним толпу людей. Кондрат узнал почти всех министров империи, генералов, высшие посты, и некоторых высокопоставленных личностей.

— Вы слышали, что они говорили? — спросил Агарций их через стекло, и те кивнули. — Думаю, что не надо объяснять никому о том, что это измена, и, боги мне свидетели, что я пытался их остановить.

Все как замерли в зале, так и оставались стоять на местах в тех же позах. Сколько мыслей было у них сейчас в голове? О чём они думали? Что чувствовали, поняв, что из заговор стал достоянием общественности?

— Ну что? Что скажете? Как вам мой сюрприз? — поинтересовался Агарций с улыбкой. — Понравилось?

— Это ничего не меняет, — слегка хрипло произнёс Тонгастер, словно его схватили за горло. — Здесь почти повсюду мои люди, и группка сыщиков ничего не исправит. Никто не покинет этого замка, а значит никто не узнает.

— У-у-у… как страшно… — потряс Агарций руками. — Я прямо весь боюсь. Кто там подкуплен? Стража? Ну гвардия частично, скорее всего, а ещё часть магов из военной академии. М-м-м… ах да, личная гвардия вашего рода ещё. Но к этому мы обязательно вернёмся. Но знаете, что самое забавное? Директор, хотите услышать одну очень смешную вещь?

— И какую же? — прищурился тот.

Но вместо принца ответил Кондрат.

— Вот эту, — он вытащил конверт и бросил его так, что тот плавно проскользил через весь стол прямо в руки директору. — Откройте.

Тот открыл. Вытащил лист бумаги. Прочитал. Помрачнел.

— Это ваш почерк, не так ли?

Тут уже и тяжёлый взгляд директора перекочевал на герцога. И он был куда выразительнее тысячи слов, складывая всю мозаику вместе, окончательно раскрывая всю подноготную происходящего.

— Все карты на стол, господин Тонгастер, — произнёс Кондрат. — Не имеет смысла упираться или лгать, когда всем всё ясно. То, из-за чего вся эта каша заварилась, тем самым прервав расследование убийства императора, и спровоцировало войну между секретной службой и специальной службой расследований — всё это было рук не директора. Это было инициировано вами, так? Господин Тонгастер — это вы похитили мою жену.

Глава 28

Кое-кто только что понял, что его подставили и предали. Подставили очень крупно в самом начале, буквально развязав ту войну, которая привела его в столь шаткое положение, и предали, вынудив пойти на мир с одним и на измену империи против другого. Взгляд директора был красноречивее тысячи слова.

А Кондрат и не собирался останавливаться.

— Это вы похитили Зей, вы попросили Атерию прибежать и описать людей, которые так похожи на людей директора, и вы же взяли бумагу с символом секретной службы, на которой написали требование вернуть компромат на вас.

Кондрат медленно, вальяжно встал и начал обходить стол по кругу в сторону принца и принцессы.

— Вы сделали всё, чтобы я подумал на секретную службу. И если бы я его отдал, вы бы вернули Зей и сделали бы вид, что ни при чём, став самой большой силой, которую бы уже ничего не сдерживало. Почти прямой путь к трону, когда он свободен. А если нет… второй вариант вас тоже устраивал. Мы перебьём друг друга, а вы добьёте оставшегося и заберёте то, что может отправить на плаху всю вашу грязную семейку. И опять же останетесь самой большой силой. Оба вариант хороши, верно?

— Это ничего не меняет, — хрипло пробормотал Тонгастер, взглянув на директора, который был готов удушить его здесь и сейчас. — Ничего. Сначала Брилль, потом все вопросы.

— Да-да, сначала Брилль, потом все вопросы, ­— закивал принц. — Раз уж всё это начали, идите вместе до конца, всё равно вы оба обвиняетесь в измене.

— Это мы ещё увидим, Агарций. Долго я терпел вас…

— И будете терпеть дальше, у вас это хорошо получается. Походу, у вас терпеть семейная черта, — оскалился он и обернулся к стеклу, за котором продолжали стоять званные гости. — А что касается вас, господа, теперь вы можете идти и спасибо за службу империи. Даю торжественную клятву, что я этого не забуду никогда.

Кондрат не был удивлён тому, что происходило.

У него возникла мысль, что в этом могут быть замешаны Тонгастеры, ещё в самом начале, когда глава рода в первый раз пришёл с предложением помощи. Это было так удобно, решить проблему, которую создал сам, в обмен на компромат. А улики, что это секретная служба… А какие? Слова Атерии, да лист бумаги? Но, как он и сказал тогда, проверить её у него возможности. К сожалению, не было.

В тот момент, секретная служба, которая тоже набирала силу, выглядела в разы вероятнее, а ситуация требовала немедленных действий. Да, они сместили главу специальной службы и обыскали все места секретной службы, где могли прятать Зей, не зная, что её там и не будет. А секретна служба подумала, что от них решили избавиться и ответила единственным, чем могла — террором. Но даже так ни под каким соусом это не было поводом вырезать не просто сыщиков, а целых семьи.

А Тонгастер тем временем просто наблюдал за тем, как они убивают друг друга, попивая у себя чай.

Тишина продолжала висеть даже когда комнату наблюдения все покинули свидетели измены, закрыв за собой дверь.

— Не думаю, что это последняя новость за сегодня, — произнёс Кондрат, решив расставить все точки над «и». — Честно признаюсь, мне было интересно, кто вы, директор. Что вы за человек, которому так безоговорочно доверяет император? И насколько было удивительно, что вашу всю историю подтёрли.