В проём ввалился мужчина лет пятидесяти, грузный, в расстёгнутой рабочей куртке поверх клетчатой рубашки. Лицо красное, лоб в испарине, седоватые волосы прилипли ко лбу. Он тяжело дышал, будто бежал от самого метро.
Левой рукой он прижимал к груди что-то, завёрнутое в шерстяной шарф.
— Работаете⁈ — выдохнул он с порога, озираясь. — Вывеска горит, я думал…
Вывеска. Чёрт. Новая неоновая вывеска с изображением Архимеда, которую Дима с Пашей повесили только вчера. Я забыл её выключить и дверь не запер — не привык, что у меня теперь есть светящаяся реклама на фасаде.
— Работаем, — я убрал полотенце и быстро окинул гостя профессиональным взглядом. Тревога в глазах, потные ладони, расширенные зрачки — явный адреналиновый выброс. Он бережно, но крепко прижимал к себе свёрток. Значит, дело в питомце, и тот жив, но плох.
Активировал «Поверхностную оценку».
Терентьев Павел Семёнович (Ранг F, Уровень 0). Слесарь-сантехник в ЖЭУ. Женат, двое внуков. Из карманов торчат разводной ключ и пакет с кошачьим кормом. Зверей любит больше, чем людей.
— Что случилось? — я обошёл прилавок, жестом приглашая его пройти ближе к свету.
Павел Семёнович нервно покосился на Кошу — мантикор сидел на стойке, растопырив блестящие от бальзама лопасти, и щурил янтарные глаза. Затем перевёл взгляд на Архимеда, склонившего голову набок. Потом на Зефира, с радостным визгом бросившегося обнюхивать его ботинки. И, наконец, на Лиса, бесшумно отступившего под стеллаж.
— Я… мне бы кого постарше, — сказал мужчина, мельком глянув на меня. — Доктора. Или хозяйку. Тут раньше женщина была, Марина…
— Марина Егерева — моя мать. Она умерла, — я произнёс это без паузы. — Я — Денис Егерев, владелец магазина, приручитель С-ранга. Покажите, что у вас.
Он помедлил. Заглянул мне в глаза — и, видимо, нашёл в них то, что искал: уверенность. Плечи мужчины обмякли. Он осторожно развернул шарф.
На ладони лежал зверёк размером с котёнка-подростка. Вытянутое гибкое тельце, покрытое густым пепельно-серым мехом с тонким серебристым подшёрстком. Чёрная маска на острой мордочке, круглые тёмные глаза, полуприкрытые от боли. Короткие лапки с крохотными когтями судорожно сжимались и разжимались.
Хорёк. Но я сразу заметил три детали, от которых по спине пробежал неприятный холодок.
Во-первых, хвост зверька торчал негнущейся палкой. Шерсть на кончике приобрела стеклянный блеск, будто покрылась тонким слоем изморози. Во-вторых, задние лапки двигались рывками, словно суставы заклинивало. И в-третьих, от зверька исходил едва ощутимый минеральный запах. Его трудно описать. Так пахнет спина моего ленивца.
— Что он проглотил?
Ссылка на следующий том: https://author.today/reader/627914
