Наследник для хозяина стаи (СИ) - Мун Эми

Засмеялась, когда он вместе с ней рухнул на диван.

- Цветы тебе. И... - вытащил из кармана бархатную коробочку, – это тоже. Я думал над этой чертовой речью весь последний месяц. И ни слова не придумал. Поэтому... Выходи за меня, Ави. И ты об этом не пожалеешь.

Еще секунду назад мягкая и податливая, девочка окаменела.

- Альфы не могут брать в жены…

Но Давид заткнул любимую поцелуем. Глубоким и жарким. Жаль, что в этот раз его было недостаточно. Ави расслабилась, но совсем чуть. Что ж… Похоже, все-таки придется толкнуть речь.

И Давид мягко отстранился. Заглянул в бархатно-серые омуты и сказал то, что думал. И чувствовал.

- На хер правила. В жены я возьму только тебя. Пусть это будет пока не на бумаге, но завтра сюда приедет батюшка…

- Батюшка?!

- Для венчания.

- Н-но мы… ты… вожак, а я…

Аврора запнулась. Обвела комнату ошалевшим взглядом, глянула на коробочку в его руке и вдруг решительно тряхнула головой. Заколка не выдержала, и светлый водопад рассыпался по девичьим плечам. Просто пир для глаз.

- Я согласна!

- Тогда скрепим наши договорённости…

- А-а-а! - перебил громкий детский вопль.

Аврора засмеялась.

- Кажется, наш сын требует считаться с его мнением.

Давид вздохнул:

- Пойдем спросим. Но когда получим его согласие, предлагаю скрепить договоренность в душе.

Его любимая соблазнительно прикусила губу. А глаза так и сияют. Ярче, чем россыпь брильянтов на колечке.

С огромным удовольствием Давид надел его на подставленный пальчик.

Вот теперь все правильно.

***

(Полгода спустя)

- Эт-т-того не может быть… Ведь не может, правда?!

Аврора поднесла выпачканные трусики ближе к светильнику, но маленькое алое пятно никуда не пропало. Более того, низ живота скрутило лёгкой тянущей судорогой, а между ног стало влажно.

Сомнений не осталось: у нее пошли месячные – предвестник будущей овуляции.

Аврора на негнущийся ногах бросилась в душ. И очень долго смотрела, как вода уносит новые капли крови. А в голову почему-то лезло дурацкое пособие по анатомии, в котором рассказывалось про отличие омег от людей. Критические дни не итог, а начало. Матка обновляется, чтобы вырастить особый слой эндометрия, к которому обязательно прикрепится яйцеклетка. И, судя по обилию крови, обновление проходило более чем успешно.

В мятущиеся мысли врезалась требовательное «мама!» - Алекс проснулся и требовал внимания. Аврора схватила с крючка халат, и накинув его на влажное тело, бросилась обратно.

- Сейчас, маленький, сейчас, - зашептала, подхватывая Александра на руки.

И как только она это сделала, мобильный разразился трелью.

Давид.

Удерживая сына одной рукой, второй она подхватила гаджет. И стоило нажать «ответить», из динамика донеслось обеспокоенное:

- Любимая, все в порядке?

Аврора чуть не расплакалась. Почувствовал ее! А ведь Давид в другой стране, между ними тысячи километров.

- Д-да, в порядке… - шмыгнула носом. – То есть... у меня начались месячные.

На том конце провода повисло молчание. Ненадолго. Наконец, Давид как-то странно кашлянул.

- Я пришлю к тебе Верницую. Сейчас же. А ты пока постарайся не двигаться и не поднимать ничего тяжёлого.

Несколько секунд Аврора пыталась понять, о чем говорит ее муж. А потом дошло.

- Это не кровотечение! Послушай, у меня, конечно, это случается только второй раз, но это они. Я без врача знаю!

Снова молчание. Напряжённое и густое.

- Я уверена, - повторила, изо всех сил стискивая телефон. – Давид, я…

И запнулась, не зная как сказать, что очень хочет видеть его. А вдруг командировка продлится слишком долго? Ох, нет, этого никак нельзя допустить!

- Скоро буду, - тут же откликнулся муж. – Но Верницкая к тебе все-равно заглянет.

- Д-да, хорошо... Люблю тебя.

- И я тебя, Ави.

Звонок отключился. Алекс тут же зарычал «дай!» и попытался отнять телефон. Терпение маленького альфы подошло к концу, он требовал внимания. И Аврора занялась сыном. Правда, долго побыть вдвоем им не дали – через полчаса в комнату ураганом ворвалась Верницкая.

Увидев Аврору, игравшую с ребенком, волчица слегка успокоилась.

- Здравствуйте, госпожа Сабурова. Мне нужно взять у вас анализы.

Конечно, Аврора позволила это сделать. А через два часа слушала восторженный щебет волчицы – да, это предвестник овуляции. Показатели изумительные, все в пределах нормы.

А ночью случилось чудо.

Аврора проснулась от ласковых, но настойчивых поцелуев.

- Любимая моя, - шептал Давид, избавляя ее от белья и ночнушки. – Я соскучился…

Она тоже очень скучала! Настолько, что низ живота сводило от желания. Но у нее же месячные… Никогда прежде Аврора не думала, что будет настолько недовольна этим фактом. Давид бархатно рассмеялся.

А потом продемонстрировал, что это совсем не помеха. Ведь можно изыскать альтернативные способы взаимных ласк, и если аккуратно, то следов не останется совсем.

Но ни потрясающий оргазм, ни трепетное внимание любимого, не могло вытравить из ее головы один-единственный вопрос.

- Что мы будем делать, Давид? – шепнула Аврора, прижимаясь к мужу.

Любимый глубоко вздохнул.

- Думаю, что ничего. Ты выпьешь противозачаточное.

- Но я хочу ребенка! – возразила, приподнимаясь на локте. – И ты это знаешь! Но почему-то беспокоишься!

Муж тоже приподнялся. Нежно погладил по щеке и заправил за ухо выбившийся локон.

- Беспокоюсь. У тебя были тяжёлые роды. Кровотечение. И после них прошел всего год.

- Больше года! Мой организм в норме - спроси Верницую! Давид... – клюнула поцелуем упрямо поджатые губы. – Ты ведь и сам очень хочешь.

И, подхватив ладонь мужа, прижала к своей груди. А потом медленно повела вниз, к животу. Альфа рвано выдохнул и опрокинул Аврору на лопатки. Сжал ее руки над головой.

- Нужно будет хорошо тебя спрятать, любимая, - пробормотал, осыпая ее лицо поцелуями. – Если твой животик заметят…

И, резко подавшись вниз, накрыл губами грудь. Аврора застонала, выгибаясь навстречу.

- У меня был маленький живот… – выдохнула, кусая губы. – Мы… мы справимся…

Любимый был с ней согласен - Аврора знала это. Чувствовала так ярко, как никогда прежде. Они снова станут родителями. И это прекрасно!

***

Давид

Давид залпом опрокинул виски. И снова налил. Но алкоголь никак не мог осадить кипевшую смесь восторга и ужаса.

Двойня!

Когда Верницкая это сказала... нет, прошептала, бледная и с огромными глазищами, Давид на секунду подумал, что сошел с ума.

Одна Аврора, кажется, не понимала серьёзности обстановки.

- Ну и что? Все будет замечательно, я знаю! – Она улыбнулась самой чарующей улыбкой на свете.

Но Давид не разделял ее оптимизма. И как только Аврору доставили обратно в стаю, рванул к Зиминскому.

Тот выслушал новости с абсолютно каменной мордой. И пригласил отметить. Давид не отказался и теперь молча опрокидывал в себя один бокал за другим.

- Вы напрасно переживаете, господин Сабуров, - начал разговор Зиминский, когда в бутылке осталась половина. - Здоровье омеги без труда позволит выносить волчат. Но нужно хорошенько подумать, как это обставить, не вызывая подозрений. Предлагаю организовать мнимую беременность Жаннет. Она справится.

Ну разумеется, эта рыжая бестия справится! Но что делать, если дети родятся блондинами, как Аврора? Однако и это не смутило Зиминского

- Ваша бабка была светловолосой. И отец Жаннет тоже. Но мне кажется, что щенки возьмут темную масть. Так вот, вернёмся к вопросу конспирации. Это будет нелегко...

Нелегко? Да Зиминский оптимист!

- ...к тому же, мы никогда не сталкивались с подобным… – продолжил рассуждать альфа. - Пар слишком мало, и из всех омег повторно, кроме Авроры, смогла забеременеть лишь одна. Все остальные оказались слишком травмированы эмоционально...

Да, Давид хорошо помнил эту особенность омег, которая постепенно развилась у них в качестве защитного механизма.