Мисс Мэгги Стюарт. Трилогия (СИ) - Шервинская Александра Юрьевна "Алекс"

А вдруг тот, кто охотился за ключом, ещё в доме и только и ждёт, пока я отойду подальше от спасительной двери? Нет, я не буду повторять ошибки героинь фильмов ужасов и самостоятельно искать взломщика не полезу. Вдвоём будет намного спокойнее…

Приняв решение, я выскользнула из дома, закрыла дверь и решительно зашагала в сторону уличной телефонной будки, которая, к счастью, располагалась совсем рядом. Какое счастье, что я заставила себя выучить наизусть несколько телефонных номеров, в том числе и номер Саймона. Только бы он оказался дома, потому что редакционный телефон в список заученных мною не входил. К счастью, приятель оказался на месте и даже соизволил взять трубку.

– Алло, Саймон? Господи, какое счастье, что ты дома!

– Мэгги, это ты?

– Да, я, Саймон, у меня проблема, – быстро проговорила я, сообразив, что от нервов даже не представилась. – Джастина нет, Алекса тоже, только ты и остался.

– Не тарахти, – остановил меня он, точнее, попытался это сделать, – скажи внятно, что случилось.

– У меня дома кто‑то был, – выдохнула я, – цветок сдвинут, пахнет чужим одеколоном. Мужским. Я побоялась проходить в дом одна. Ты можешь пойти со мной?

– Ты где сейчас?

– В телефонной будке неподалёку от дома, – сказала я, чувствуя просто невероятное облегчение от того, что мне есть с кем разделить проблему, – я буду тебя ждать…

– Буду минут через пятнадцать, никуда не уходи, – велел Саймон и положил трубку.

Он появился даже быстрее, так как жил недалеко от моста, и я впервые видела, как Саймон передвигается на велосипеде. Вообще в Блайзбери многие пользовались велосипедами, поэтому возле популярных мест типа администрации, клиники, библиотеки и более или менее крупных магазинов правого берега были даже официальные велосипедные парковки.

– А теперь рассказывай очень подробно, – распорядился Саймон, прислоняя велосипед к будке, – постарайся не упускать ни одной детали.

– Я после работы вернулась домой и сразу почувствовала непонятную тревогу, – послушно начала рассказывать я, – потом поняла, что среди привычных запахов появился новый. Затем сообразила, что это запах мужского парфюма, причём не того, которым пользуется кто‑то из вас, а совершенно незнакомого. Стала оглядываться и заметила, что цветочный горшок, в котором растёт филодендрон, повёрнут. Просто там у него один лист вырос кривой, и я развернула цветок так, чтобы этот лист смотрел в стену. Понимаешь? А тут он вдруг оказался на самом виду. Не мог же филодендрон самостоятельно изменить своё положение, правда? И я поняла, что в доме кто‑то побывал, пока меня не было… и испугалась, что он может быть ещё там. Ну вот… а так как ни Алекса, ни Джастина, как специально, в Блайзбери нет, то мне пришлось побеспокоить тебя. Прости, пожалуйста!

– Нормально всё, – отмахнулся от моих извинений Саймон, – ты правильно сделала, что позвонила мне. Сейчас мы спокойно отправимся к тебе, но до этого ты мне объяснишь, при чём тут цветок и какого лысого демона этому незнакомцу от тебя надо. Просто у тебя настолько насыщенная жизнь в последнее время, что я уже не знаю, что и думать, честное слово.

– Это не только моя тайна, Саймон, – вздохнула я, с тоской понимая, что придётся или врать, или … я даже не знаю.

– А чья? Гилмера?

– Нет, Джастина. Точнее, она и моя, и Джастина, и ещё кучи народу, судя по всему.

– Чем дальше, тем интереснее, – взлохматил и без того не безупречную шевелюру приятель, – значит, Джастин… Тогда отложим имеющиеся у меня вопросы на потом, а сначала выясним, кто там настолько любознательный, что рискнул залезть в твой дом.

– А у тебя есть оружие? – нервно поинтересовалась я. – У меня только сумочка…

– Знаешь, Мэгги, иногда дамская сумочка тоже становится страшным оружием, куда там пистолету, – хихикнул Саймон, – ладно, идём. Может, тебе всё показалось и там никого нет.

– Я согласна выглядеть трусихой и паникёршей, – тут же заявила я, – лишь бы там никто не прятался.

– Сейчас посмотрим, – бодро проговорил приятель, – ты не обратила внимание, замок открылся как обычно? Или как‑то по‑другому?

– Да нет, – я постаралась вспомнить, – не думаю, потому что тогда я насторожилась бы раньше. Нет, совершенно точно, всё было как всегда.

С этими словами я повернула в замке ключ, который совершенно спокойно негромко щёлкнул: видимо, в замке никто не ковырялся. Дверь открылась, не издав зловещего скрипа и вообще никак не намекнув, что дело неладно. Я зашла в холл и сразу посмотрела на филодендрон: вдруг мне всё привиделось, и он преспокойно стоит кривым листом к стене. Но увы – несимпатичный листок смотрел прямо на меня, словно говоря: ну и что ты теперь будешь делать?

– Отойди, Маргарет, – строго велел Саймон и, отодвинув меня в сторону, прошёл в дом. Прислушался, огляделся по сторонам, посмотрел на цветок и зачем‑то потыкал пальцем в горшок.

– Это он?

– Ага, видишь, лист такой кривой? Я его отрезать не стала, а просто развернула филодендрон так, чтобы некрасивый лист бы не виден. А теперь он сюда смотрит. Как так получилось?

– Зачем кому‑то трогать твой цветок, Мэгги? – удивился Саймон. – Или у тебя в нём клад закопан?

– Ну… как тебе сказать, – промямлила я, старательно не глядя на приятеля.

– Вообще‑то я хотел пошутить, – растерянно откликнулся он, – но, видимо, не получилось. Знаешь, Мэгги, давай‑ка я быстро пробегусь по дому, чтобы окончательно убедиться, что тут никого нет, а потом определимся с дальнейшими действиями.

– А мне что делать?

Мой голос прозвучал неожиданно жалобно, но Саймон на это не купился и строго приказал:

– А ты сидишь тут и никуда без меня не лезешь, понятно? Дом у тебя, слава Богу, не так чтобы очень большой, так что я быстро. Надеюсь, у тебя в спальне не разбросано нижнее бельё? Впрочем, это было бы даже интересно, а Гилмеру мы не расскажем, да?

– Иди уже, болтун! – прикрикнула я, вспоминая, что вроде бы всё убрала утром. А то ведь с Саймона станется в каком‑нибудь разговоре в шутку сказать что‑нибудь о симпатичных кружевных трусиках. Пошутит он, а объясняться с Алексом мне…

Вернулся Саймон буквально через пять минут и сообщил, что наверху никого нет, везде царит скучный порядок, так что нам осталось проверить первый этаж. Вместе мы заглянули на кухню, где, к счастью, тоже не обнаружили никаких следов постороннего присутствия, хотя вряд ли грабители стали бы пить кофе или чай и оставили бы грязную посуду. В ванной тоже было пусто, и мы уже почти спокойно вошли в гостиную.

– Ну вот видишь, Мэгги, всё в порядке, – довольно сказал Саймон, – даже если кто‑то к тебе и забрался, то он давно уже ушёл, что не может не радовать. Осталось посмотреть в кладовке, если ты, конечно, не прячешь там любовника. Прости, но эти слова просто напрашивались, согласись?

С этими словами Саймон подошёл к той самой каморке под лестницей и распахнул её, а я отвернулась и только головой покачала: вроде взрослый человек, а ведёт себя иногда просто как ребёнок.

– Кхм… Мэгги… – голос Саймона был настолько странным, что я обернулась и увидела, что он стоит и молча смотрит в кладовку. – Кто это?

– Саймон, уже не смешно, – рассердилась я, – надо уметь вовремя остановиться.

– Сюда иди, – севшим голосом велел приятель, и я вдруг поняла, кто категорически не хочу смотреть на то, на что он таращится.

– Не хочу, – я помотала головой, – я боюсь, Саймон.

– Придётся, потому как нам надо думать, что делать дальше.

Саймон посмотрел на меня, а я подумала, что никогда раньше не видела его таким растерянным и даже, пожалуй, испуганным, хотя до этого момента мне казалось, что слова «Саймон» и «испуганный» категорически не совместимы.

Поняв, что идти придётся, я нерешительно двинулась в сторону приятеля, который по‑прежнему стоял возле распахнутой дверью в «комнату под лестницей». Приблизившись настолько, что можно было заглянуть в кладовку, я глубоко вздохнула, отчаянно надеясь, что это всё – просто дурацкий розыгрыш. Может, там волшебным образом появился Гарри Поттер, про которого в этом мире пока ещё не знают?