– Ну что опять?! Да, Саймон ночевал у меня, в гостевой комнате, если это важно, потому что оставаться в одиночестве в доме, где в кладовках обнаруживаются трупы, я не собиралась. А ни тебя, ни Алекса в городе не было. И что мне было делать?
– Я вообще ничего не говорил! – Джастин слегка отодвинулся от меня вместе с креслом.
– Ты очень выразительно молчал, – сказала я, – поехали уже, а то курьер от мистера Ву не застанет никого дома, и мы умрём с голоду.
– Аргумент, – согласился сержант и вслед за мной вышел из библиотеки.
Тёмно‑красный кабриолет, наверное, роскошно смотрелся на городских улицах, но сейчас, покрытый слоем пыли, он выглядел совершенно непрезентабельно.
– Наверное, если бы я не мчался, как сумасшедший, последствия были бы не столь трагичны, – задумчиво проговорил Джастин, вытаскивая из багажника плед и расстилая его на пассажирском сидении, – к тому же на выезде из Хоуптона я попал под короткий, но сильный дождь, а потом на мокрой машине понёсся по пыльной дороге. Ну и вот результат…
– А крыши у него нет? Такой, знаешь, из ткани… – спросила я и тут же поняла всю нелепость вопроса. Уж, наверное, Джастин не стал бы мучиться и глотать пыль, если бы была возможность этого избежать. – Прости, не подумав, ляпнула. Ладно, поехали…
Через десять минут мы остановились возле моего дома, и я подумала, что надо будет заранее всё – ну или почти всё – рассказать Алексу, пока доброжелатели не доложили ему, что у меня что ни вечер – так посторонние мужчины в гостях. И это они ещё не знают, что Саймон у меня ночевал! Про мужика в сарае я вообще молчу…
– Джастин, а ты можешь определить, пытались вскрыть замок или нет?
– Ну в принципе могу попробовать, конечно, – сержант задумчиво потёр подбородок, – у меня, кажется, даже лупа в кармане была маленькая. Ага, точно, вот она… Надо же, думал, что никогда не пригодится, а оно вон как.
С этими словами он вышел из машины и, подойдя к двери, присел на корточки, внимательно изучая замок.
Естественно, это никак не могло пройти мимо внимания миссис Пауэр, которая не замедлила появиться.
– Здравствуй, Мэгги, – поздоровалась она, вытягивая шею, чтобы рассмотреть, чем там занят Джастин, – доброго дня, сержант Холмс!
– Доброго, – согласился тот, выпрямляясь, – это очень хорошо, что вы подошли, миссис Пауэр.
– Да? – изумилась соседка, привыкшая к тому, что люди обычно не слишком радовались её появлению.
– Конечно, – Джастин извлёк из кармана блокнот и ручку, – скажите, пожалуйста, не заметили ли вы, совершенно случайно, разумеется, посторонних людей, которые проявляли бы интерес к дому мисс Стюарт. Я бы сказал – нездоровый интерес.
– А что случилось?
– Открывая дверь вчера вечером, я неожиданно заметила, что ключ поворачивается с большим трудом, – объяснила я, – и я испугалась, что кто‑то мог пытаться проникнуть в дом, пока я на работе.
Миссис Пауэр задумалась, но потом с сожалением покачала головой.
– Увы, сержант Холмс, я никого не видела. Разве что вчера приходил мистер Миллз, но он пришёл вместе с Мэгги и ушёл поздно вечером. Да и какой смысл ему ковыряться в замке, если его и так впускают в любое время суток.
Тут миссис Пауэр посмотрела на меня с неприкрытым осуждением, мол, мало того, что отхватила лучшего жениха во всей округе, так ещё и других молодых людей приваживает!
– Мистер Миллз, как и сержант Холмс, входит в организационный комитет карнавала, – спокойно проговорила я, мысленно пожалев в очередной раз, что нельзя было подкинуть труп вредной соседке, – днём мы все работаем, так что обсуждать вопросы, связанные с праздником, можем только вечером. Или вы предлагаете мне самой наносить визиты одиноким мужчинам?
– Нет, Мэгги, что ты, – тут же пошла на попятный миссис Пауэр, – конечно, более прилично принимать их у себя.
– А вы, кстати, не планируете принять участие? – внезапно поинтересовался Джастин у неё.
– Ах, ну что вы, мистер Холмс! Нет, конечно! – воскликнула миссис Пауэр, посмотрев на сержанта с праведным возмущением.
– Жаль! Ведь участвуют почти все жители Блайзбери, имеющие вес в обществе, – с сожалением отозвался Джастин, незаметно подмигивая мне, – даже старший констебль Коннорс, представляете?
– Да‑да, – поддержала его я, – и мистер Керк, и миссис Киппи…
– Джейн Киппи?! – изумилась соседка. – И старик Керк?! Ну надо же! И кем же они будут?
– Это секрет, – улыбнулась я, – никто, даже организаторы карнавала, не знают, какой образ выбрал тот или иной участник. И я, хоть и помогала некоторым с выбором, тоже пообещала хранить информацию в тайне даже от других членов организационного комитета. Поэтому я уверена, что нас ждёт множество сюрпризов!
– Надо же… Джейн Киппи и Джереми Керк!
Миссис Пауэр была настолько потрясена новостями, что забыла и обо мне, и о Джастине, и направилась в сторону своей двери, удивлённо покачивая головой. Надеюсь, теперь ей станет не до того, что происходит в доме напротив. Рассчитывать на это, конечно, не стоит, но помечтать‑то можно.
– Мэгги, замок цел и невредим, – сказал мне сержант, убирая лупу в карман, – мы можем быть уверены, что они проникли в дом не через эту дверь.
– Значит, через террасу, – вздохнула я, – посмотришь?
– Конечно, – не стал отказываться Джастин, – только сначала поем и помоюсь, хорошо? Точнее, наоборот: помоюсь, а потом поем.
Не успели мы договорить, как из‑за поворота показался велосипед с прицепленной на багажник здоровенной корзиной. И как только она не перевешивала и не опрокидывала неустойчивый транспорт? Это бы курьер от мистера Ву, который привычно отстегнул корзину, прошёл за нами в дом и выгрузил на стол кучу свёртков, коробочек и пакетов. Расплатившись, я закрыла за ним дверь и наконец‑то выдохнула.
Маленький сонный провинциальный городок? Конечно‑конечно… Расскажите это кому‑нибудь другому, но не мне…
Когда я рассортировала еду и часть убрала в холодильник для Саймона, а часть оставила на столе, вернулся Джастин, стряхнувший пыль с брюк и держащий в руках китель. Влажные темные волосы, обтягивающая широкие плечи футболка… Не знаю, как там другие бандиты, но тот, что достался нам, был по‑настоящему хорош! Ну просто молодой Марлон Брандо, не больше и не меньше!
– Поешь или подождёшь Саймона?
– А он когда придёт? – не отрывая голодного взгляда от разложенной на тарелках еды, уточнил сержант.
– Думаю, что скоро, – я выглянула в окно, но улица была пустынна, – если его ничто не задержит.
– Подожду, – мужественно решил Джастин, – давай я пока замок на второй двери гляну.
Я кивнула, и мы с ним отправились к выходу на террасу, где сержант снова принялся изучать замочную скважину через лупу.
– А вот тут кто‑то поковырялся, – почему‑то очень довольно сообщил он, – работали отмычкой, тут есть характерные царапины.
– Слушай, а может, ты настоящий полицейский, который прикидывается неблагополучным гражданином? – задумчиво спросила я. – Во всяком случае ведёшь ты себя, как самый настоящий полицейский сержант.
– Много будешь знать – плохо будешь спать, – нравоучительно сообщил мне Джастин, выпрямляясь, – ну давай, показывай, где тут у тебя труп припрятан.
– Вон там, – я махнула рукой, – в сарайчике. Знаешь, как вспомню, как мы вчера его волокли, так вздрогну. Может, лучше подождём Саймона?
– Ладно, – легко согласился сержант, – тогда я пошёл есть, потому что больше терпеть не могу. Если Саймон не успеет, то сам виноват, вот.
С этими словами сержант направился в сторону дома, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Есть и вправду хотелось ужасно, а труп – он же никуда не денется, верно?
Как только мы вошли в дом, раздался стук дверного молотка, и я отправила Джастина открывать дверь, так как была уверена, что это Саймон, забывший, что должен явиться через изгородь. Каково же было моё изумление, когда вместо нашего друга‑репортёра я увидела соседку, миссис Натали Линдман.
