Дракон в городе - Редж Виола

Маленькое чёрное платье на выход у меня, конечно, было, но для роли не подходило категорически. Я никогда не брала ненужные тряпки, а покупать что-то за свои кровные не торопилась. Так что выбор пал на просторный льняной сарафан. К нему пару аксессуаров – и наряд в стиле бохо-шик готов.

Ева-колокольчик оценила.

– Мне тоже нужно одеться, – сказала она. – Доставка будет в половине седьмого, если через час я не заеду, тебя заберёт Вадим.

И с какого бока тут Вадим? Почему нельзя пойти в ресторан чисто девочками?

Оказалось, что господин Бергоев всегда любил тянуть загребущие лапки ко всему, что ему не принадлежит. И нет повода думать, что теперь он изменился.

– Девушка без спутника для него вызов, – пояснила Ева. – Тем более – две.

– Алису Всеволодовну он тоже хотел… приватизировать? – полюбопытствовала я.

– Верно, – она рассмеялась.

– Какие отношения с ним мне нужно выстроить для продвижения вашего салона?

Кажется, Ева-колокольчик впервые не нашлась с ответом. Смотрела странно. Не с удивлением, нет, скорее оценивающе.

– Я не вполне поняла вопрос, – честно признала она спустя пару секунд зависания.

– Допустим, конкурента нужно отвлечь, – принялась объяснять я. – Для этого есть несколько стратегий. Например, можно выстроить конфликтные отношения. А можно – заморочить голову. Ещё…

– Нет, – перебила нанимательница с непонятной экспрессией. – Ни в коем случае! И вообще, я надеюсь, что ваше знакомство произойдёт не сегодня.

Я пожала плечами. Не сегодня, так завтра. Не завтра, так через неделю. В любой игре есть ключевые фигуры, игнорировать которые не просто глупо – недальновидно. Пока я не знала всех, но Бергоев точно был одной из главных фигур.

– Тогда я буду вести себя в рамках легенды, но с учётом обстоятельств, – предупредила я.

Она кивнула и убежала, ещё раз напомнив про ужин и про то, что пока я могу питаться в её кабинете. Пока мы с Пашкой-обаяшкой ездили за вещами, тут появились новый электрочайник, СВЧ и набор посуды. Вечером доставка местного «Эльдорадо» обещалась привезти холодильник. А к концу недели будет готова новая буфетная на втором этаже.

Такая забота о моём пропитании показалась излишней, но только сначала. Когда я вдоволь нагулялась по первому этажу в ожидании курьера (он опоздал на пять минут!) и снова ощутила, что зверски голодна, то признала: забота не лишняя.

Лишними были голодные приступы, я даже посмотрела в сети, от чего такое бывает. Булимия, диабет, беременность – ну нет, я здорова, себя люблю и всегда предохраняюсь. Может, щитовидка? Надо выяснить, как в этом N с медициной, и провериться.

«Всё в порядке, – авторитетно заявил Глюк. – Хороший аппетит не может навредить. Или тебя тут плохо кормят?»

Кормили хорошо, запечённой с молодой картошечкой форелью, салатом с кальмарами, морским коктейлем и бутербродами с икрой. Прямо по заказу. И наелась я гораздо быстрее, чем бургерами с утра.

Потом проверила эффект автозагара и слегка подправила грим: всё-таки жара в этом N для августа какая-то запредельная. И к половине восьмого, когда приехали наниматели и нордический Вадим, я была готова.

Ресторан назывался «Восточный дворик», и я уже настроилась на плов или лагман с лавашом, но оказалось, что восток в N трактуют широко и разнообразно. Сациви, шашлык, долма, чахохбили, хачапури, чыхыртма и всякое прочее мясное и пряное-острое, вкусное, ароматное, от которого слюни начинали течь непроизвольно. Несмотря на то, что я совсем недавно наелась рыбкой и морепродуктами.

Пока я выбирала, чего бы сейчас зажевать, мои спутники осматривались в поиске знакомых. Первой оказалась Ева.

– Рада встрече! Анжелика, Василий, как поживаете? – мило защебетала она при виде несуразной пары.

Он был среднего роста, немолод, толстоват и скучен. Она – типичная тёлка из тех, что сразу раздражают своей болтливостью. Причём не меня одну.

– Знакомьтесь, это Ольга Дмитриевна, – говорила с трудом втиснувшаяся в крохотную паузу Ева. – Она владелица нового гадального салона, в котором уже заканчивается отделка.

Мужчина протянул мне руку для пожатия и представился:

– Василий Собакин, очень приятно.

– А я его жена, – снова затараторила тёлка, – а вы на картах гадаете или на кофейной гуще? Моя тётя из Сызрани гадает по чайным листьям, представляете? А когда откроется ваш салон?

– В самое ближайшее время, – туманно пообещала я.

– А можно мне прямо сейчас маленькую консультацию? – у мадам Собакиной была железная хватка. – Я просто разрываюсь, не знаю, что мне выбрать, – затрещала она, кидая заинтересованные взгляды куда-то мне за спину.

А, да, там же два харизматичных красавца, которые, кстати, с Василием были знакомы и уже что-то заобсуждали. Я встала, взяла тёлку под руку и развернула её в другую сторону. Чем там ещё занимаются гадалки, помимо считывания тайных посланий Вселенной? Отвороты-привороты, наговоры-заговоры?

– Консультация, дорогуша, это ж не хухры-мухры, – задушевно сообщила я. – Приходите в салон. Пока же я могу сказать только одно: вашего Василия кто-то привораживает.

– Что? – переспросила она и вдруг замолчала. – Точно, Васенька в последние дни почти не слушает, что я говорю… Спасибо, Ольга Дмитриевна!

– Не благодарите, – с серьёзным видом покачала я головой.

Но ответить было уже некому – Анжелика вцепилась в супруга и потащила его в сторону от нашего столика.

– Кто это? – уточнила я у нанимательницы.

Оказалось, что Василий – владелец небольшого регионального банка, а его жена (и как я сама не догадалась?) – бьюти-блогер.

– Первый клиент, да ещё бьюти-блогер, – оценили вклад Евы мы с блондей.

А Бигмен просто смотрел на брюнеточку и улыбался. Улыбался так, что она даже слегка покраснела, но быстро взяла себя в руки и велела:

– Дронов, не улыбайся на меня, а то укушу.

– Да ты всё обещаешь, – ответил тот с тяжким вздохом.

И оба стали ржать.

Чувствую, с ними скучно не будет. И тут Вадюша бесцеремонно ткнул меня в бок и спросил:

– Созданы друг для друга, как считаешь? Когда только сами это поймут…

По мне, такими словами должны разговаривать умудрённые восьмым десятком бабульки, но никак не блондинистый темноглазый красавчик едва за тридцать. Я даже на секунду забыла, что тут делаю, пытаясь его разгадать.

«Тоже мне загадка» – буркнул Глюк.

Но в этот момент нам принесли шашлык (заказали без меня), и я как-то быстро переключилась. Хорошо, что была не голодная, ела медленно, с достоинством. Когда дожевала второй кусок, у Вадимчика что-то звякнуло.

– Соберитесь, – негромко выдал он. – Приехал Бергоев.

Внешне ничего не изменилось, все остались спокойными и продолжили есть, только Ева внезапно переключилась на грядущий театральный сезон и новую постановку местного оперного. Обращалась она явно ко мне, и пришлось вспоминать хоть какие-то подходящие слова: ариозо, Паваротти, увертюра, белиссимо, оркестровая яма, либретто.

Не входит опера в круг моих интересов. И с артистами пока работать не доводилось, так что я ограничилась парой фраз: «Севильский цирюльник» и «белиссимо». Ну, пусть не фраз, но в легенде, на минуточку, ничего не говорилось об особой любви Ольги Дмитриевны к оперным постановкам.

Выручил блондя. Обнял за плечи и сказал по-простецки:

– А что это вы не едите, Оленька? Силы вам понадобятся.

Я намёк поняла, но сыграла по-своему: устала, мол, смертельно, мечтаю только выспаться. Видно, Бергоев был уже в зале, а мне, чтобы увидеть вход, пришлось бы специально голову поворачивать. Хорошо, что есть айфоны – лучшие друзья девушек, и даже не говорите ничего про бриллианты. Я взяла в руки гаджет, чтобы увидеть на его экране ситуацию за спиной, и стала внимательно рассматривать клоуна, которого почему-то сочла ключевым игроком в неясной мне пока игре.

Он приближался к нашему столику уверенной походкой хозяина жизни, распространяя во все стороны тестостерон и феромоны (на дамочек по ходу его движения это действовало убойно). Одет был в джинсы модного бренда и обтягивающую майку красновато-охристого цвета с пейслийским узором, которая отчётливо обрисовывала контуры каждой отдельной мышцы хорошо развитого торса. Массивная серьга в ухе и толстые цепи на шее и на запястьях заставили присмотреться – нет ли где татушек. Но кожа оказалась чистой, прямо слом шаблона. Тёмные очки он слегка приспустил с переносицы, смотрел поверх лениво и одновременно вызывающе.