Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

Его радужки стали прозрачными и бесцветными, как всегда, когда его природа нежити полностью проявлялась.

— Подожди здесь, — сказал он. — Я сейчас вернусь.

Голос Чейна был так же холоден, как и его глаза. Он скользнул внутрь.

Эта резкая смена настроения выбивала Винн из колеи, но она ждала, несколько раз вздрогнув от холодного ночного воздуха. Верный своему слову, Чейн вскоре вернулся, одетый в темно-зеленый плащ с капюшоном. Она никогда не видела его прежде. Шарф такого же цвета был несколько раз обёрнут вокруг его шеи, оставляя открытым только его лицо в тени капюшона. Он носил новые, обтягивающие перчатки из телячьей кожи, предположительно, изготовленные на заказ.

Чейн не нуждался в защите от холода.

— Для чего всё это? — спросила Винн.

Он не ответил. Она заметила стиснутый в пальцах его правой руки кусок кожи. Два шнурка свисли с его кулака, выглядывая из коричневого мешочка.

— Сюда, — сказал он и направился в тоннель, ведущий в проходную. Когда он повернулся, его плащ распахнулся.

Рукоять нового меча виднелась над его бедром, его серое гномское лезвие теперь было в новых ножнах. Он никогда не ходил вооружённым по территории Гильдии, поскольку это считалось дурным тоном.

— Чейн?.. — позвала Винн, но он быстро направился вперёд, да так, что ей пришлось почти бежать, чтобы не отставать.

Он вышел из тоннеля, но не повернул к стене с воротами замка, а направился налево за внутреннюю стену. Они почти достигли голых деревьев сада под южной башней, когда Винн надоело это молчание.

— Чейн, что происходит?

Он повернулся к ней лицом. Не ответив, свободной рукой он сдернул кожаные ножны с ее посоха, выставляя длинную призму солнечного кристалла на обозрение.

Винн в тревоге отстранилась, неловко поймав ножны кристалла, когда он бросил их ей.

— Дай мне свои очки, — сказал он, крутя в руках свой кожаный мешочек.

— Сначала ты скажешь мне, что мы… — она остановилась.

Чейн держал другие очки, такие же, как и её. Они были меньше, с тонкими дужками, изогнутыми на концах.

— Сделаны для тебя, — сказал он. — Надень их и отдай мне свои старые.

Растерянная, но снедаемая любопытством, Винн вытащила очки, сделанные домином Иль'Шанком, и отдала ему. Линзы были чистыми, разработанные таким образом, чтобы темнеть только тогда, когда на них падал яркий свет. Они позволяли ей видеть, когда загорался солнечный кристалл.

Чейн взял их и впихнул ей в руку новые.

Винн зацепила их тонкие дужки вокруг своих ушей. Они были удобными и не сваливались, как старые.

— Лучше, — прокомментировала она, поудобнее устанавливая их на своей маленькой переносице. — Как тебе пришло в голову сделать их?

Но Чейн продолжил движение.

Винн в замешательстве взглянула на кристалл своего посоха, но она должна была спешить. Она догнала его только, когда он обогнул южную башню и остановился. Он осмотрелся, и Винн сделала также. Все окна в башне были темными.

Он указал на пустой угол сада у стены:

— Встань там.

— Чейн, о чем речь?

Спиной к ней, он сделал несколько шагов и опустил голову. Казалось, что он одевал на лицо под капюшоном кожаный предмет, который нёс в руках. Он снова поднял голову, но не повернулся к ней. Он просто стоял, уперев руки в бока.

— Зажги кристалл, — сказал он, и его хриплый голос казался странно приглушённым.

— Что? — выдохнула Винн, не имея понятия о том, что он задумал.

Судя по перчаткам, шарфу и плащу, он запланировал это. Что он пытается доказать?

— Ты не знаешь, будет ли всё это достаточной защитой, — сказала она. — И ты слишком близко.

— Зажги!

— Нет.

Чейн твёрдо придерживался своего решения. Доводов у него было достаточно, но она всё равно его не слушает. Вне всяких сомнений, она должна была увидеть это своими глазами.

— Я не буду играть в эту игру, — сказала она.

Чейн слышал ее шаги по осенним листьям, когда она начала уходить. Он коснулся рукояти своего меча.

— Это не игра.

Одним движением он выхватил клинок из ножен и прочертил им косую черту в воздухе. Кончик серой стали прошёл на расстоянии ладони от горла Винн, и она отпрянула. Ее глаза расширились от внезапного испуга, но Чейн не остановился. Зверь поднялся в нем, и он рванулся в атаку, изменив траекторию движения меча.

— Чейн! — вскрикнула Винн.

Он направил лезвие рядом с её головой, так близко, что она могла услышать свист рассекаемого воздуха. Хрупкие ветви осины, за которые схватилась Винн, согнулись. Она потеряла свою опору и упёрлась спиной в стену замка.

Чейн запнулся на мгновение, но он мог оставить ей только один выбор. Он поднял меч для прямого удара.

— От Духа к Свету! — выкрикнула Винн.

Мир перед глазами Чейна окрасился в ослепительно белый.

Винн вдохнула обжигающе холодный воздух, когда линзы стали черными от яркого света.

Это не было какой-то опрометчивой проверкой Чейна, сможет ли он противостоять свету кристалла. Вот почему он просил, чтобы Тень осталась. Почему он напал на нее после того, как столько боролся за её безопасность?

Линзы очков быстро приспособились, у Винн даже глаза не заслезились. Она стиснула посох обеими руками, когда увидела Чейна. Сначала он был просто черным силуэтом за кругом света от горящего кристалла.

Он просто стоял, опустив кончик меча к земле.

— Чейн? — прошептала она, и её взгляд прояснился.

В капюшоне плаща она видела сверкнувшие стёкла круглых очков с темными линзами, тех, которыми она поменялась с ним. Но она не видела его бледной кожи.

Она видела только чистую черноту, похожую на ту, что была под капюшоном черной одежды Сау'илахка. Не было никакого Чейна, просто невыразительная темнота, разбавленная только тем, что посвёркивала оловянная оправа.

Почему он напал на нее? И почему теперь просто стоял?

— Посмотри на меня! — приказал он. — Ты понимаешь, что это значит?

Винн не отвечала, поскольку не понимала. Она отрицательно покачала головой, держась за посох так сильно, что ее руки начали болеть.

Чейн бросился на нее.

Винн попыталась направить кристалл в его лицо. Он перехватил посох выше ее рук и отклонил его. Она попыталась высвободить его, но все ее усилия были бесполезны, она понимала это.

Он не стал отбирать посох. Он просто стоял на месте, стиснув его, теперь его лицо было намного ближе.

Его полностью скрывала кожаная маска.

Этот вид заставил Винн съежиться. Вдруг она почувствовала кое-что еще. Посох в ее руках дрожал. Она быстро перевела взгляд, боясь отвлекаться надолго.

Рука Чейна дрожала, дрожь передавалась посоху. Она поняла, что дрожат и края его капюшона. Он дрожал всем телом.

— Посмотри на меня, — сказал он. — Если я могу стоять в свете солнечного кристалла… если я могу сопротивляться ему с такой небольшой подготовкой… как ты можешь быть уверена, что Сау'илахк исчез?

Весь её страх и гнев на его предательство застряли в горле.

— Призрак… не может… так легко, — прошептал он. Дрожь перешла и в его голос. — Ты только веришь… хочешь, чтобы это было так.

Винн почувствовала, как что-то сломалось в ней. Её худший, удушающий страх просочился из этой трещины. Она оттолкнула Чейна.

— Нет!

Чейн отшатнулся назад, когда Винн вырвала свой посох, хотя ее небольшая сила ничего не могла сделать ему. Он опустил голову, отворачиваясь от жгучего света… и от страдания на ее лице.

Его кожа покалывала и зудела, и он вспомнил, как однажды обгорел на солнце в детстве, своей утерянной жизни. Это ощущение проникало с каждой минутой глубже и глубже, поглощая его силу, но все же не обжигало.

Если бы он хотел, то смог бы противостоять свету кристалла некоторое время. Но он не мог заставить себя посмотреть в её глаза. Он слышал, что её дыхание стало прерывистым, возможно, от рыданий, но она ничего больше не сказала.