Аспид на крыльях ночи - Корнев Павел Николаевич

– Когда б я это сделал?

– Да хотя бы в пансионе!

Я развёл руками.

– Говорил же: думал, Волот уже рассказал. Он же секундантом был!

– Ой, вот только не надо на меня стрелки переводить! – потребовал тот.

– Ну вы вообще! – возмутился Дарьян.

Мне только и оставалось, что хлопнуть его по плечу.

– Да просто хвастаться не люблю. Всё же от аспиранта отбился.

– Каким образом?

Тут уж я скрытничать не стал.

– Сблизился и порвал.

– Прям порвал? – усомнился в моих словах книжник.

– Ну… Достал разок, – поправился я.

– А говоришь, хвастаться не любишь! – подколол меня Дарьян, и они с Волотом расхохотались.

Отсмеявшись, аспирант спросил:

– А с пепельными всё так или тоже поскромничал?

– Всё так, – уверил я спутников. – И пальцем девицу не тронул, а раздули из мухи слона. Чего пепельные ко мне прицепились – даже не понимаю.

– Прижмут трудника, получат хоть небольшой и даже крохотный, но рычаг влияния на епархию, – предположил Волот и развёл руками. – Политика!

Дальше мы распрощались, но к себе я отправился, лишь убедившись, что никто не сел парням на хвост. Сам выявлением слежки не озаботился. Захотят – найдут.

Чтоб не искали, надо по рукам надавать, но пока никак. Пока – нет.

17-4

Всю дорогу до дома так и размышлял о том, с какой целью подослали брата Тихого. По всему выходило, что монахи намеревались затащить меня к себе в обход епархии, дабы вызнать нечто такое, на чём получится выстроить обвинение, но полной уверенности в этом не было, поэтому разнервничался не на шутку.

Вдруг кто-то связал меня с Серым из Гнилого дома? Вдруг опознал брат Тихий? Вдруг попытаются взять в оборот и выпарить из духа проклятие рода Пурпурного змея?

Черти драные! Проблемы засасывали, будто в трясину провалился! Разбираюсь с одной и взамен получаю парочку новых!

Впору было впасть в глубочайшее уныние, да только ничего подобного: я же на семнадцатую ступень возвышения взобрался! Без пяти минут пиковым аколитом стал, а если всерьёз припрёт, то и в аспиранты прорваться смогу! Пусть дальнейшее возвышение себе этим до крайности и осложню, но – смогу!

Так-то вот!

Увы, надолго моей уверенности в собственных силах разобраться решительно со всеми валящимися на голову бедами не хватило. Нет, до Букварского переулка добрался без приключений, и в доходном доме на меня тоже никто не кинулся, да и бумажный клочок торчал на прежнем месте, а вот табурет оказался отодвинут – чуть-чуть, самую малость, но отодвинут. Открывшаяся внутрь дверь не упёрлась в него, и я беспрепятственно прошёл в комнатушку, где в моё отсутствие определённо кто-то побывал.

Одежда и прочие пожитки лежали на своих местах, но от дурных предчувствий на затылке зашевелились волосы. Захотелось собраться и рвануть отсюда прочь, но вместо этого я отправился на поиски домовладельца.

Встревожился тот, уже просто заметив мою целеустремлённость, а в ответ на вопрос, кто шарил в комнате, начал нести сущую околесицу, пришлось прервать его, выставив перед собой указательный палец.

– Помолчи-ка! – произнёс я негромко и недобро. – Кто-то вломился ко мне и постарался скрыть следы проникновения. Даже если у тебя есть ещё один ключ, уборщице бы и в голову не пришло таиться. Да и сам ты имел полное право проверить жилище постояльца. Пробрались с улицы? Чушь собачья! Нет, ты сам сообщил кому-то о моём возвращении, и я желаю знать кому.

Пузан нервно рассмеялся.

– Да нет же! Это точно был кто-то со стороны!

Невыносимо захотелось сотворить когтистую перчатку и стиснуть жирную шею этого лжеца, насилу сдержался.

Нельзя, нельзя, нельзя…

И я не задействовал магию, вместо этого достал церковную бляху.

– Взгляни-ка сюда! – потребовал у домовладельца. – Я не пойду жаловаться в университет, жалобу я направлю в канцелярию епископа. Так что хорошенько подумай, что ты станешь говорить церковным дознавателям. Им почему-то очень не нравится, когда лезут в наши дела! – После этих слов у пузана задрожала нижняя губа, и я надавил голосом: – Кто это был? Пепельные?

– Нет! Никаких пепельных! Приходил охотник на воров! Я не знал… Да что я вообще мог?! Не пустить? Как?!

– Кто? – коротко выдохнул я. – Кто это был?

– С-седой, – чуть заикаясь, выдавил из себя пузан. – А с ним…

– Людоед, – произнёс я, едва удержавшись от того, чтобы не оскалиться.

– Он, – покаянно кивнул пузан.

Я шумно выдохнул и даже отступил на шаг назад, до того захотелось врезать собеседнику по морде. И врезал бы, наверное, если б уже не сорвался сегодня на брате Тихом. В тот раз никакого облегчения не ощутил – одну лишь досаду на самого себя из-за несдержанности, вот и повременил распускать руки.

– Если из комнаты что-то пропадёт или, того хуже, в ней появится, первым ответить за это придётся тебе, – пригрозил я, развернулся и отправился к себе, не снизойдя до оправданий домовладельца.

Запер дверь, перетряхнул и прощупал одежду. Ничего не нашёл и устроил самый настоящий обыск, но лишь впустую потратил время.

Значит, Седой и Людоед?

Вот какого ляда они ко мне привязались? Зло затаили или кто-то нанял? Держаться за старый заказ Барона им смысла нет, да и не убийцы они, а ищейки – так неужто по собственному почину поквитаться решили? Могли и закусить удила, конечно, только охотники на воров забесплатно даже пальцем не пошевелят. Если суетятся, точно свою выгоду видят.

Какую именно, я не знал, и это заставляло нервничать. Захотелось плюнуть на всё и убраться из города, но переборол панику, встал у окна и погрузился в медитацию.

Чай, не босяк уже, а тайнознатец не из последних с отличными шансами стать сильнее. А побегу и упущу возможность ускоренного развития абриса.

Нельзя. Никак нельзя.

Разобраться с Седым? Тоже идея не из лучших, ведь непонятно, с кем сейчас он и на кого работает. Переговорить бы на его счёт с отцом Бедным, но на глаза священнику в ближайшее время лучше бы не попадаться. С отцом Острым – нет, с ним общаться на сей счёт я не собирался. А то потянется одно за другим, и совершенно непонятно, куда эта ниточка сможет привести.

Лучше выжду время. Ну а если Седой не угомонится, то в Черноводске слишком много возомнивших о себе охотников на воров под пирс спроваживали неоднократно. Уж разберусь как-нибудь!

Спал плохо. Отвратительно спал, чего уж там. Снились кошмары, пробуждался от каждого шороха, ещё и горло из-за выпитого накануне пива пересохло, а воду набрать не удосужился.

Встал нервным и злым на всех и вся, только тронь – искры полетят!

Но трогать меня было некому. Вполне возможно, это всё и усугубило.

С обречённым вздохом заставил себя не думать о Беляне, восстановил заклинание магической брони и предупреждающий атаки аркан, помял в ладонях лицо. Было паршиво, но бывало и паршивей. Много-много паршивей.

Ну и чего тогда раскисать?

Хлопнул себя по одной щеке и по другой, растянул губы в улыбке, поймал состояние гармонии с небом, постоял миг неподвижно, но не уловил никаких магических искажений помимо создаваемых защитной формацией особняка Сурьмы. Тогда оделся, костюму из магазина готового платья предпочтя сюртучную пару, запер комнату и отправился в представительство школы Пылающего чертополоха.

Наверное, мог бы стребовать с хозяина завтрак, но не хотелось ни видеть его, ни слышать. В итоге по пути на Каштановый бульвар купил газету и заглянул в случайную кофейню, заказал чай и сразу несколько десертов, поскольку есть особо не хотелось, зато от одного вида пирожных рот моментально наполнился слюной.

Перекусил, и вроде как чуток полегчало. Будто бы угли пеплом запорошило, вот и перестало жечь, лишь слегка припекает.

Припекает? Неожиданная догадка заставила обратить своё внимание на ядро, и мне даже в состояние внутреннего равновесия погружаться не пришлось, чтобы уловить искажения и подрагивания. Заметил бы их и раньше, если б только не привык, что вместилище небесной силы не доставляет ровным счётом никаких проблем.