Не подведи меня, Ким Тэ Хо 4 (СИ) - Яловецкий Ярослав

– Вам нужна моя помощь? – спросил я.

– Я бы соврал, сказав, что нет. Но дальше мы как-нибудь сами разберемся. Ну, конечно, если ты не собираешься оставаться тут надолго, потому что быстро в этом случае точно не будет. Да и незачем чужаку, как ты, влезать в наши дела, – сказал он, отчего я удивился. Но настаивать на помощи не стал.

Уже остановившись у отеля, где я остановился, Александр сказал:

– Я распорядился выделить пару ребят на охрану Смирнова, так что можешь идти отдыхать. В больничку тебя все равно до утра не пустят. Да и врачи сказали, что до завтра он точно не придет в себя.

Попрощавшись с Пушкиным, который глубоко вдохнул перед тем как нажать на газ и поехать, я все же отправился в номер, рассудив, что сегодня уже и правда поздно.

– Говори, – сказал я Габу, когда шел по коридору отеля в сторону номера.

– Тот человек, как вы и предполагали, отправил своих людей за Смирновым, – ответил мне мой слуга.

– И что?

– Габу все сделал, как вы приказали, но… – замер он, явно боясь что-то сказать.

– Что еще?

– Те люди погибли, – виновато ответил мой слуга.

– А невинные? – спросил я.

Да, я приказал Габу устроить небольшую диверсию если кабанов не угомонится.

– Нет, хозяин, только те четверо, которых тот человек послал за тем человеком.

– Молодец. А теперь отправляйся в больницу и защищай его, – сказал я, уже подойдя к двери в номер отеля и собираясь открыть ее.

– Стойте, хозяин, – сказал Габу, и моя рука отпустила ручку уже почти открытого номера.

– Что?

– Там кто-то есть, – сказал Габу, – кто-то сильный.

– Ладно, иди, тут я сам, – сказал я, уже предполагая, кто решил навестить меня.

– Хорошо, хозяин, – сказал Габу и растворился в воздухе, а я вернул руку на дверную ручку и, замерев на секунду, все же открыл ее.

Девушка, молодая, но, как бы сказать, потрепанная. Худощавое тело, немного впавшие глаза на болезненно бледном, отдающем серым лице. Одета в потертые джинсы и кофту с длинным рукавом.

– Я ждала тебя, – сказала девушка, слегка улыбнувшись.

– Это ты? – спросил я.

– Я.

– Говори, что тебе от меня надо, – сказал я спокойно, садясь на стул рядом с кроватью, на которой и сидела девушка. Вот только разговаривал я сейчас не с ней, а с той старухой, и что-то мне подсказывало, что тут сила моя спасует, как и в тот раз, когда она взяла под контроль тело Макса.

– Я хочу забрать долг: жизнь за жизнь, как обещал мне твой сын, – сказала она, отчего я, думающий, что меня ничем не удивить, застыл. И как она смогла это узнать? Притом что даже такие великие существа, как тот же Пе Мучжин или Хозяин острова Чеджу, не могли это увидеть.

– Что значит жизнь за жизнь? Если ты хочешь мою жизнь за уплату его долга, то я согласен, а если ты хочешь, чтобы я отнял чью-то жизнь, то с этим тоже не будет проблем, – сказал я, прекрасно понимая, к чему все шло, когда еще отправился сюда. Долги в этом мире принято было отдавать.

– А вы точно отец и сын? И думаете одинаково, и ошибаетесь тоже, – сказала девушка.

– Так говори, что тебе надо, или мы продолжим в шарады играть?

– Не знаю, что значит «играть в шарады», но нет, не будем. Нет, мне не нужна ни твоя жизнь, ни жизнь твоего сына, ни жизнь другого живущего сейчас человека: мне нужна жизнь ребенка. Неродившегося ребенка. Девочки – твоей или его дочки. Мне просто надо передать свою силу той, в ком течет твоя кровь, кровь того, кто неподвластен посмертию. Хотя причину этого я тебе сказать не могу, но я просто вижу это и в тебе, и в твоем сыне, хотя в тебе ее несомненно больше.

– Прости, но у меня нет дочки. Но даже если бы была, то мой ответ – нет. Так что можешь проваливать, забрать мою жизнь. А если ты решишь навредить моему сыну, то я тебя с того света достану, обещаю. И та агония, о которой ты говорила, покажется тебе раем, – сказал я.

– Может, и достанешь, тут я верю, но сначала выслушай меня, – сказала она.

– Говори.

– Я не желаю смерти твоему неродившемуся и даже не зачатому чаду. Я не желаю смерть ребенку, поэтому я не передала ее вот этой девчонке, в чьих жилах течет моя кровь. Она просто не выдержит ее, она сгорит, не выдержав жар смерти, что зародился в ней, когда меня убили. А вот твоя душа и душа твоих потомков – другое дело.

И что все это значит? А может, это как-то связано с тем, что я могу попадать в то место? В памяти сразу всплыла сцена с Су Юн. Да, это была не просто некая способность. Я будто перемещался в другой мир, и, судя по всему, мир, куда живым ходу нет, но я каким-то способом туда попадал. И, судя по всему, это даже не связано с тем, что живу уже вторую жизнь.

– Тебе нужно право передать силу, – предположил я, уже сталкиваясь с таким. Тот же Пе Мучжин купил такое право на тело, которое я занимаю. Вот только одна лиса нарушила его планы.

– А ты догадливый. И да, мне нужно твое дозволение, без него я не смогу это сделать.

– И что будет с ребенком?

– Ничего. Не надо делать из меня зло, как сделали те, кто жили в этих местах века назад. Можешь мне не верить, но я не сделала ни одного дурного дела, в отличие от тех людей, которые сожгли мое дитя, а после и расправились со мной. Но давай, я просто покажу, – сказала девушка и посмотрела мне в глаза.

И я увидел, увидел, как старуха рыдает над сожженным домом, где в глубине виднелся черный остов тела. Боль, гнев, неверие заполнили мою рвущуюся на части душу. А следом ритуал: страшный, болезненный. Я чувствовал, как в мою плоть забивают гвозди. Я чувствовал, как мои губы стягивает толстая тугая нить, а дальше – чернота.

Хах, – сделал я глубокий вдох, когда все закончилось, и понял, что все мое тело покрывал липкий холодный пот и этот жар, жар, который я лишь краем ощутил в последний момент. А после перевел взгляд на девушку, которая спокойно сидела передо мной. Вот только я знал: тот огонь пытает ее прямо сейчас.

– Ну что, убедился? – спросила она, а потом просто подошла ко мне и села мне на колени.

Глава 6

– Здесь есть карточка. Я перевел на нее уже достаточную сумму – этого тебе с лихвой хватит, чтобы ни о чем не беспокоиться до рождения ребенка, – положил я конверт на стол в небольшой квартире в хрущевке еще с советским ремонтом, где отчетливо ощущался запах плесени.

– Спасибо, – еле слышно произнесла девушка.

– Не благодари меня, я это делаю не чтобы помочь тебе, а для своего будущего ребенка, – жестко сказал я. – Уже сегодня ты переедешь в новую квартиру, которую я оплатил на год вперед. Адрес и ключи вместе с договором аренды тоже в конверте. Еще там договор с лучшей клиникой в городе, где ты будешь проходить обследование каждые две недели, и если ребенок родится здоровым, то я сделаю так, что до конца дней тебе не придется ни о чем беспокоиться.

– А... – начала было она, но, встретившись со мной взглядом, опустила его вниз.

– Дочку я заберу с собой, и у тебя будет два варианта: либо ты отправишься в Сеул вместе с ней, либо останешься здесь и сделаешь вид, что ничего не было. Этот выбор за тобой, но скажу сразу: дочка моя, а не твоя, – еще более жестко продолжил я.

Да, я согласился на предложение старухи. Все это мне не нравилось, но долг, взятый на себя сыном, я мог отдать только так или своей жизнью. Но оставлять ребенка здесь, где я даже при желании не мог бы защитить, я не собирался.

Для ее силы ей, возможно, лучше было бы остаться на родной земле, но и то, что девочка получит от меня в этих краях, будет чужеродным. А она получит, в этом я был уверен. Кровь не водица, как любил говорить тот старик, и таких, как я, это касалось куда больше.

На самом деле я бы забрал эту девушку уже сейчас, но, по словам старухи, ребенок должен быть выношен здесь и родиться здесь, так что я потратил день на подготовку, чтобы, даже когда я уеду, все прошло хорошо. Впрочем, сама старуха тоже позаботится об этом, так как она заинтересована в рождении здоровой девочки не меньше меня.