Академия Грайн. Выпускной курс (СИ) - Кандера Кристина

Привратник не торопился открывать и Гардов, в очередной раз выругавшись, потащился вдоль забора в поисках удобного места для того, чтобы через этот самый забор перелезть.

Получилось с трудом, давали о себе знать сломанные ребра. Наконец, ему удалось, тяжело кряхтя, перевалиться через забор. Не рассчитал собственных сил и рухнул на холодную землю. От удара перед глазами на миг заплясали разноцветные точки, грудь сжало в огненных тисках, а в висках застучали молоточки. Состояние было отвратным, а еще надо было собраться с силами и доползти до общежития, помыться и попытаться что-нибудь сделать с боевыми ранениями.

Но, в этот день, удача отвернулась от Егора. Только он собрался, сумел подняться на ноги и сделать несколько шагов по направлению к общежития, как из темноты прямо на него надвинулась высокая фигура.

— Так-так-так, — раздался знакомый голос, от звука которого у Гардова невольно вырвалось проклятие. — И кто тут у нас нарушает дисциплину? — свет от карманного фонарика, ударил по глазам, заставив Егора отвернуться. — Ну надо же! Сам господин Гардов! Какая неожиданная встреча! — продолжал иронизировать самый отвратительный человек во всей академии. — Давненько мы с вами, Гардов, не встречались при столь… неоднозначных обстоятельствах. Не поверите, мне вдруг на какое-то время стало казаться, что вы исправились, стали понимать, как важен порядок и то, что его все же надо соблюдать. Но нет, теперь я спокоен. Ничего в этом мире не меняется.

— Куратор Радов, — в свою очередь проскрипел Егор. — Не поверите, как не рад вас видеть.

— Почему же? — притворно удивился куратор. — Очень даже поверю. Я, Гардов, вас уже пять лет знаю, так что поверю чему угодно. Даже тому, что вы, свалившись с забора, не рассчитали и со всей дури приложились морд… простите, лицом о камень, который каким-то невероятным образом оказался на земле.

Егор только фыркнул в ответ.

— Вот и замечательно, — произнес куратор. — А теперь, золотой вы мой, Гардов, проследуйте в казематы. До утра отдохнете, а затем я пришлю вам медика.

— А может… — Егор точно знал, что уговорить Радова забыть об их сегодняшней встрече не получится, но и не попытаться не мог.

— Не может, Гардов, не может. А будете сопротивляться, медик может и не успеть навестить вас завтра.

Тяжко вздохнув, Егор развернулся и медленно потащился к карцеру. Зато не придется писать проклятый реферат для Турова. И отрабатывать тоже не придется. Хоть в чем-то ему повезло.

* * *

Попрощавшись с отцом, Лиз вернулась в свою комнату в общежитии. Долго стояла перед зеркалом, мечтательно глядя на свое отражение, то и дело трогала кончиками пальцев губы… Раз за разом проигрывала в памяти поцелуй… Ее первый поцелуй с Егором.

Лиз и раньше целовали. Красивая блондинка из состоятельной семьи, она никогда не имела недостатка в поклонниках, и время от времени кто-нибудь из них забывался, но раньше она никогда так не реагировала. Ей не хотелось вспоминать каждое мгновение. Только этот… Умница Лиз Шермер никогда бы не подумала, что может вот так влюбиться. Более того, она представить не могла, что будет тихонько переживать собственную влюбленность и даже мысли о том, чтобы признаться объекту тайных воздыханий в собственных чувствах, будет страшиться. Но все было именно так. Егор ее пугал или скорее, отпугивал своей злостью, непримиримостью, нарочитой грубостью. Лиз до слез боялась, что стоит ей только заикнуться о том, что парень ей не безразличен, как Гардов просто поднимет ее на смех. И это будет больно. Очень больно. А потому пока она предпочитала молчать и выжидать удобного момента.

Грустно вздохнув, Лиз наконец-то оторвалась от бессмысленного созерцания собственного изображения и, переодевшись, засела за учебники. В академии Грайн много времени уделялось учебе. А Лиз была отличницей, собиралась закончить академию в числе лучших студентов. И было неважно, что десять лет назад она сама собиралась стать интуитом, как ее мама, но затем выяснилось, что у Светланы дар очень слабый и ее с трудом примут лишь на факультет энергетов. Стас тоже был ярко выраженным энергетом. А Лиз не желала расставаться с друзьями, хоть ее и пытались в свое время отговорить.

Впрочем, все это дела давно минувших дней, и сама девушка ни минуты не жалела, что ее жизнь повернулась именно так, как повернулась.

Несколько часов Лиз корпела над учебниками, выполняя домашние задания, а стоило ей, наконец-то, закрыть книги и отложить в сторону тетрадки, как дверь в ее комнату распахнулась.

Светлана влетела к подруге, как и всегда без стука, захлопнула за собой дверь.

— Привет, подруга! — жизнерадостность девушки подкупала. Мало у кого получалось сдержать улыбку при виде невысокой, смуглой брюнетки с забавными кудряшками. — Грустишь? Скучаешь? Может быть, тихо плачешь в подушку?

— С чего бы это? — удивленно округлила глаза Лиз. — У меня все хорошо.

— Ну как же, — Светка танцующей походкой прошла в центр комнаты и плюхнулась на диван. Схватила одну из декоративных подушек и, обхватив ее руками, прижала к животу. Юной мисс Гроу всегда хотелось что-нибудь потрогать, потискать, просто подержать в руках. Эта ее привычка часто раздражала окружающих, но Светке было наплевать. — Ты осталась наедине с Туровым и Гардовым. Небось, оба долго и изощренно над тобой издевались и провоцировали на всякие непотребства. Не боись, подруга, мне ты можешь рассказать все, что угодно. Я помогу тебе спрятать труп и обеспечу алиби!

— Мы с Егором сегодня поцеловались, — призналась Лиз, не обратив ни малейшего внимания на разглагольствования подруги. Светка любила поговорить.

— Вау! — карие глаза Светланы стали раза в два больше. — Да ну? И ты молчала? Я не узнаю тебя, подруга! Подробностей!!! Моя душа требует подробностей! И немедленно!

— Да нечего особо рассказывать, — чуть смущенно произнесла Лиз. В отличие от подруги, у нее не было особого опыта в отношениях, так и что и делиться раньше особо было нечем. Ну не рассказывать же Светлане о том, как она долго гуляла по полуоблетевшим аллеям с Северьяном. Или как он трогательно держал ее за руку.

— Нет, так не пойдет! — Светка решительно тряхнула кудряшками, и они заплясали на ее плечах, как маленькие задорные пружинки. — Начни с самого начала. Кто кого поцеловал первым? Как это было? ну же, что мне из тебя каждое слово клещами вытягивать?

— Да мне и правда нечего особо рассказывать, — пожала плечами Лиз. — Я попросила его поторопиться с выполнением задания, взамен, Егор потребовал поцелуй. Когда мы вышли из кабинета, я его поцеловала.

— А он? — глаза Светланы горели нешуточным любопытством. Она так сильно подалась вперед, в желании побыстрее узнать пикантные подробности из жизни лучшей подруги, что едва не упала с дивана.

— А он ответил, — Лиз мечтательно прикрыла глаза. На губах ее застыла глупая улыбка. — И это было так…. Так… я не могу подобрать слов, но внутри меня словно маленькое солнышко родилось.

— Дааа…. — протянула Светка, откидываясь на спинку дивана. — Такими темпами, через пять лет ты ему все же признаешься, а годам к девяносто, вы, наконец, созреете для того, чтобы пожениться. Ну ты даешь, подруга.

— Не передергивай.

— А чего ты тянешь? Пять лет страдаешь в подушку, травишь себе душу? Это несерьезно. И я тебя совершенно не узнаю. Ты — не Лиз Шермер, потому что Лиз Шермер никогда не пасует перед трудностями.

— Тебе не понять, — тихо произнесла Лиз. — А мне страшно. Я боюсь, что Егор просто посмеется надо мной, если я ему признаюсь.

— Если ты не признаешься, то никогда и не узнаешь. А если он посмеет не оценить тебя, то значит, он нам не нужен. Ну, правда, зачем тебе любить парня, который даже не понимает, какое сокровище может ему достаться?

— Все, хватит об этом! — Лиз решительно хлопнула ладонью по столу. — Давай пока не будем об этом. Лучше вот что мне скажи…

Но договорить Лиз не успела, раздался стук в дверь, а затем на пороге нарисовался Стас Лагодин.