Родиан покачал головой и шагнул ближе:
-Вы, должно быть, сделали что-то — или произошло что-то, связанное с вами — и Совет вызвал меня,- внезапно вся его выдержка дала сбой. - Винн, поговори со мной! Что произошло здесь вчера вечером?
Что она могла сказать ему? Что дампир, бывший убийца-полуэльф и родившийся в теле маджай-хи Стихийный Дух вернулись к ней, до смерти перепугав Совет Преминов? А затем она была вынуждена помочь выбраться отсюда вампиру, который скрывался в ее комнате?
О, да, это бы все исправило.
Даже если Родиан поверит чему-либо из этого — если он не задаст еще сто вопросов — она не думала, что это по-настоящему имело какое-либо отношение к тому, почему она была заперта.
-Я вернулась из долгого путешествия на юг,- наконец ответила она. - Там, в моем исследовании я без разрешения Гильдии зашла дальше, чем мне приказывали. Теперь мне кажется, что они знают больше, чем я думала, и хотят, чтобы я рассказала им всё... а я этого делать не буду.
-Почему нет?
-Из-за темных предзнаменований, которые они не хотят признавать. И чем больше я говорю им, тем больше они стоят на своём. Из всех людей, уж кто-кто, а ты должен понять это.
-Если ты не даёшь им то, чего они хотят, тогда почему они просто не уволят тебя, не исключат из своих рядов?
Винн невесело улыбнулась:
-Поскольку тогда они потеряют контроль надо мной.
Родиан потер лоб и повернулся, будто хотел пройтись по комнате, но она была слишком маленькой.
-Ты собираешься продолжать делать то, что они хотят?- спросила она. – Продолжишь служить им?
Она должна была лучше знать ситуацию, а не пытаться свалить всё это на него. Но теперь он был всего лишь очередным препятствием.
-Они озвучили какие-либо официальные обвинения, которые будут выдвинуты против тебя?- спросил он.
-Мне они ничего не говорили. И я не знаю, что они сказали тебе.
Родиан не ответил:
-Есть нечто большее, чем твоя неудавшаяся миссия,- наконец произнёс он. - Что-то произошло здесь вчера вечером. Даже если события не кажутся важными, ты должна рассказать мне всё, что случилось...
Дверь с грохотом распахнулась. В дверном проёме стояла Высокий Премин Сикойн, ее расширенные глаза немедленно остановились на Родиане.
-Капитан,- сказала она с удивительным спокойствием. - Могу я поговорить с вами... снаружи?
Тщательно выстроенная выдержка Родиана поколебалась.
Винн задалась вопросом, не собирается ли он втянуть Сикойн в комнату и потребовать ответы здесь и сейчас. Но эта вспышка прошла, и его верная выдержка вернулась к нему.
Он вежливо кивнул премину и повернулся к Винн:
-Один из моих людей в любом случае будет дежурить у вашей двери. Если вы обнаружите, что это изменилось, и перед этим не получите известие от меня... приложите все усилия, чтобы как можно скорее сообщить мне.
Глаза Сикойн сузились, ее левое веко дернулось.
Родиан развернулся и встал перед премином, ожидая, пока она не освободит ему проход. Он последовал за ней и закрыл дверь.
Правда поразила Винн. Родиан не испытывал уважения к Совету Преминов, только формальную вежливость и ответственность перед своими обязанностями, Хранители в целом его не заботили. Их пути шли вразрез с его верой и философией, и все же прежде всего он был верен своей присяге.
Она несколько раз видела доказательства этому, хотя не всегда понимала причин. Теперь он снова пошёл на уступки Совету... или, скорее, кое-кому другому, как и два сезона назад, когда она охотилась на призрака.
Это был не первый раз, когда она видела противоречия в поведении Родиана — и не в первый раз, когда вмешался кто-то еще, склонивший чашу весов в пользу Совета Преминов. На это был один ответ.
На капитана Родиана снова оказывали давление члены королевской семьи Малурны, возможно, даже непосредственно герцогиня Рен Файнер-Арескинна. А члены королевской семьи защитят Гильдию... защитят интересы Сикойн любой ценой.
Несмотря на все это, и то, что Родиана, скорее всего, принуждали к действиям, которые кидали тень на его клятвы при вступлении в должность, Винн почувствовала себя странно расстроенной, когда капитан ушёл. Что с ней стало, если она начала думать о капитане, как о потенциальном союзнике? Она теперь совершенно одна?
Она кинулась к двери и прижалась ухом к древесине, чтобы услышать то, что происходит в проходе. Но оказалось, что Сикойн увела капитана слишком далеко к лестнице. Винн уловила только приглушенные звуки коротких, резких реплик Родиана и мягкие ответы Сикойн.
Голос Родиана внезапно повысился, и Винн услышала, как он рявкнул: «Поскольку я считаю это нужным!». За этим последовала тишина, но она в неуверенности осталась на месте.
Капитану, очевидно, не понравились слова премина, независимо от того, что она сказала. Она слишком давила на него, и он дал ей отпор. Но ясно, что на него давила не только Гильдия. Полностью он не подчинится любому приказу Сикойн, но и при этом, пока служит королевской семье, не может проигнорировать его. Пока это не изменится, Винн могла ожидать мало помощи от Родиана.
Она оставила все мысли о нем, как о союзнике, и поспешила к столу. Независимо от того, как она себя ощущала, она не была совершенно одна, пока у нее есть перо, чернила и бумага. Она нацарапала быструю записку и сложила её, но не написала адресата на внешней стороне. Почти тут же в ее дверь снова постучали. Это мог быть или вернувшийся по каким-то причинам капитан, или тот человек, которого она ждала.
Винн быстро пересекла комнату, открыла дверь и обнаружила, что там стоит Николас, держа поднос с её завтраком. Вместо Лукана снаружи стоял другой стражник, и она даже не пыталась закрыть дверь после того, как Николас зашёл внутрь.
-Что сегодня вкусненького?- спросила она.
-Каша и чай,- ответил он. - Но я принёс ещё немного меда.
Когда он поставил поднос на столе, она обошла его, косясь на открытую дверь. Угол с той стороны комнаты подходил лучше всего, поскольку стражник будет не в состоянии увидеть их, если только не наклонился вокруг края дверного проёма.
Винн хотела сделать это сейчас же, а не ждать, когда Николас вернется, чтобы забрать посуду. Она дёрнула его за край одежды, чтобы он полностью повернулся к ней и загородил собой её действия.
Глаза Николаса расширились.
-Спасибо. Каша выглядит еще теплой,- сказала Винн немного слишком громко, и, подержав сложенную бумагу перед его глазами, сунула её ему за пазуху.
Николас напрягся, рефлекторно пытаясь оглянуться на открытую дверь. Винн дернула его за одежду снова, чтобы не дать ему сделать это, хотя сама она смотрела на дверной проем, пока говорила.
-О, когда в следующий раз зайдёшь в «Дом Натье» к своему высокому другу, пожалуйста, передай ему привет от меня.
Николас растерянно моргнул.
Раздосадованная, Винн подняла одну руку высоко над головой, чтобы показать высокий рост, а затем одними губами прошептала: «Мой друг».
Выражение лица Николаса тут же стало нормальным, но немного нервным.
-Я... Я передам,- заикаясь, ответил он.
Она подтолкнула его к двери. В дверном проёме он оглянулся и с трудом сглотнул.
-Я вернусь... забрать... поднос... позже,- добавил он, его голос дрожал. После этого он закрыл дверь.
***
Родиан шагал через внутренний двор, полный решимости не показать своего расстройства и ярости своим людям. Но язвительные реплики Сикойн все-таки ужалили его.
Она вежливо выразила неудовольствие, что он не только заменил ее людей у двери Винн одним из стражников, но и то, что навестил Винн в одиночку, без представителя Гильдии — даже то, что он закрыл дверь. Она даже смела предположить, что последнее может быть истолковано, как нечто неприличное. Она напомнила ему, что он и его люди были здесь, лишь чтобы обеспечить безопасность Гильдии.
Стиснув зубы, Родиан в свою очередь сообщил ей, что, если Винн находился под арестом, то она в его юрисдикции. И что это не продлится долго, если не будут выдвинуты официальные обвинения.
