Но улыбнулась.
И это была уже не защита.
Это была уверенность.
Глава 13.
Глава 13.
Утро началось не с солнца.
С газет.
Клара ворвалась в дом так, будто за ней гналась половина города — с растрёпанными волосами, с сияющими глазами и с пачкой свежих листов, зажатых в руке.
— Она вышла! — крикнула она с порога.
Фиби выронила половник.
— Кто?!
— Статья, кто ещё!
Элеонора вышла из комнаты уже одетая — спокойно, без суеты.
Но внутри всё уже сжалось.
— Дай, — сказала она.
Клара сунула ей лист.
Чернила ещё пахли.
Свежо.
Остро.
Почти вызывающе.
Элеонора провела глазами по строкам.
И замерла.
Заголовок.
Жёсткий.
Громкий.
Без намёков.
«Наследство, которое пытались украсть. История одной женщины, которую недооценили».
Она не улыбнулась.
Но губы чуть дрогнули.
— Ты не пожалела их, — тихо сказала она.
Клара фыркнула.
— Я пожалела читателя. Ему скучно без правды.
— Это не правда.
— Это правда, которую удобно не замечать.
Пауза.
Элеонора перевернула страницу.
И читала.
Строка за строкой.
Как Клара описала дом.
Как показала унижения.
Как аккуратно — но точно — вывела Августу.
Как Генри.
Как попытку лишить наследства.
Как бегство.
Как ферму.
Как начало.
И как…
её.
Не жертву.
Не дурочку.
А женщину, которая встала.
Сама.
Элеонора медленно опустила лист.
— Это…
— Это скандал, — спокойно сказала Клара.
— Это война.
Фиби перекрестилась.
— Господи…
И будто в подтверждение её слов — с улицы раздался грохот.
Стук.
Резкий.
Грубый.
Не как у гостей.
Как у тех, кто считает, что имеет право.
Элеонора даже не обернулась.
— Открывать не будем, — сказала она спокойно.
— Уже поздно, — тихо ответил Том.
И дверь распахнулась.
Августа вошла первой.
Без стука.
Без приглашения.
С лицом, на котором не осталось ни холодного спокойствия, ни маски.
Только злость.
Жёсткая.
Открытая.
— Ты… — начала она.
Но не договорила.
Потому что Элеонора уже смотрела на неё.
Спокойно.
— Доброе утро, — сказала она.
И это было хуже любого крика.
Генри вошёл следом.
Бросил на стол газету.
— Ты понимаешь, что ты сделала?!
Элеонора посмотрела на лист.
Потом на него.
— Да.
— Ты уничтожила репутацию семьи!
— Нет.
Пауза.
— Я показала её.
Он шагнул ближе.
Слишком резко.
— Ты не имела права!
— Имела.
— Ты…
Он поднял руку.
И в этот момент всё изменилось.
Потому что Натаниэль оказался между ними быстрее, чем Элеонора успела моргнуть.
Просто шаг.
И Генри остановился.
— Опустите руку, — сказал Натаниэль тихо.
Но так, что спорить не хотелось.
— Это не ваше дело, — прошипел Генри.
— Ошибаетесь.
Пауза.
— С этого момента — моё.
Августа резко вмешалась.
— Уберите его.
Элеонора не двинулась.
— Нет.
— Ты позволяешь чужому мужчине…
— Я позволяю себе защиту.
Тишина.
Натянутая.
Опасная.
Клара тихо прошептала Фиби:
— Я сейчас заплачу от счастья.
Фиби ткнула её локтем.
— Тихо!
Августа медленно перевела взгляд с Натаниэля на Элеонору.
— Ты думаешь, это конец?
