Изгой рода Орловых. Ликвидатор 3 (СИ) - Коган Данил

Большинство членов рода знали современный корпус Правды, относящийся к актуальным формам управления родом. Но и старые статьи совет не торопился отменять.

— Давненько, — повторил я. — Хочешь сказать, там есть легитимный способ отменить изгнание? Сам факт мне не очень интересен, вот честно, но любопытно, что я упустил? Поединок чести? Ордалии?

— Ордалии отменили в прошлом веке! — с укоризной в голосе ответил Игорь. — Даже я их не застал. А я та еще древность. Нет. Мы же не просто старая семья с дурацкими традициями. У нас глубокие мистические корни. Вы, молодежь, духов-предков упоминаете, как присказку. А ведь они реальные и довольно могущественные сущности. Суд духов. Вот второй вариант. Правда, здесь имеются тонкости. Я дважды был свидетелем суда духов. И оба раза взывающие к предкам родичи были полностью уверены в своей невиновности и правоте. Первый во время ритуала замерз. Просто превратился в кусок льда. А второй… Второй впал в каталепсию. Так что способ весьма сомнительный. Впрочем, в хрониках рода упоминаются и удачные случаи суда духов. — Он замолчал, глядя в одну точку, как бы уйдя в себя. Ох уж эта апелляция к старости. Я на такое не поведусь.

— Хм. Я не настолько доверяю мертвым, чтобы позволять им лезть в дела живых. Если уж для тебя импланты «слишком быстро», то что они-то об этом могут знать? Могущественные сущности, не значит «умные, информированные» или, например, «справедливые».

— Ты прав. Я тоже не считаю этот вариант лучшим. Просто одним из. А третий самый простой. Поручительство. Семья, либо кто-то из родичей, может взять тебя на поруки. Это не полноценное восстановление. Но печать снимут. И в башню вернуться позволят. С той рекламной кампанией, что сейчас развернуло в башне «лобби Алексея» — это практически стопроцентный вариант.

Мы оба немного помолчали. В этот момент Кай сигнализировал мне, что вторженец вошел в систему и получил доступ к серверу. Удачно, кстати. Пусть пока освоится, зайчик.

— Знаешь, Игорь. Если целью твоего присутствия является мое возвращение в башню, то вынужден сказать, справляешься ты пока не очень.

— Твой дед бы этого хотел. И ты все равно вернешься, Алексей, как бы ни хорохорился. А я просто решаю собственные задачи, попутно присматривая за тобой. Всего навсего.

Глава 54

Интерлюдии

Байкит. Поселение в районе Подкаменной Тунгуски.

Остров нависал над головой, подавляя своими размерами. Огромная, неуклюжая, парящая в воздухе махина, которая считалась бесполезной для ведения современной войны. Летающие острова оставались привилегией и игрушкой высших аристократов или использовались закрытыми элитными учебными заведениями как показатель статуса, и потому что с их территории сложно сбежать.

Но заказчик всегда прав. А когда твой заказчик эхлед-хан Орды, один из тринадцати «первых командиров» после Аан-дархана вечного и непобедимого, он не просто прав, а прав на сто тридцать шесть процентов.

Уильям-Эдвард покосился на возвышающуюся над ним трехметровую, закованную в технологичную броню фигуру эхлед. Орхан невозмутимо смотрела в небо, на парящий над ней остров, и по ее искаженному, не человеческому лицу было совершенно невозможно понять, какие чувства она испытывает, глядя на это бестолковое гигантоманское торжество американской маготехники. Ее рост и аура силы подавляли инженера, заставляя чувствовать себя чем-то слабым и незначительным. Впрочем, штурмовики, сопровождавшие командующую, и доставашие ей макушкой едва до плеча, тоже возвышались над американцем, как деревья, ставшей для него уже ненавистной тайги. Все здесь, кроме пилотов истребителей, были выше Уильяма, который у себя дома слыл парнем высоким и атлетично сложенным. Это отравляло ему существование. Как и таежный гнус, комары, размером с голубя, способные утащить корову, отвратительная погода, тупые дикари, похожие не на людей, а на оживший ночной кошмар.

И химеры. Они были повсюду. Помимо их пугающего внешнего вида, техномага ужасно бесил их запах. Тонкий, едва уловимый, сладковатый запах разложения. Эта трупная вонь, казалось, преследовала Уильяма даже во сне.

Мажоритариям «Боинга» хорошо. Они совершили сделку века, и могли почивать на заработанной горе золота и алмазов. Но кто-то должен приглядывать за тем, чтобы дикари ничего не сломали. За переустройством острова, за остойчивостью, работой печатей и прочими чудесами маготехнологии.

И почему этим кем-то оказался Уильям-Эдуард, пусть и носящий фамилию основателя компании? За что такая честь?

Дернул же его гремлин приударить за правнучкой основателя, на спор с пьяной компанией наследников клановых семей. Мало того, что его жестко отшила много о себе мнящая малявка! Так еще и сюда законопатили, в назидание остальным дерзким выскочкам из младших ветвей клана.

Он еще раз покосился на эхлед Орхан и, стараясь чтобы его голос не выдавал истинных чувств, произнес:

— Ваше желание ускорить работы, госпожа, понятно. Но тогда нам требуется увеличить количество грузовых платформ, обслуживающих стройку. Это сейчас самое тонкое место. Мы не можем посадить остров на землю, иначе он больше не взлетит. Печати не выдержат насыщенности тяжелой маны у поверхности. А все собственные платформы острова загружены на пределе мощности. Кроме того, количество тяжелого эфира вокруг снижает работоспособность платформ и увеличивает вероятность поломки. Нашими средствами ускорить работы невозможно, госпожа.

— Ты хочешь сказать, червь, что приказ эхлед-хан Орхан — Зимней Метели, не будет выполнен? — угрожающе шагнул к нему один из штурмовиков, кажется Алтын, а может и Сулим. — Тебе приказали сделать дело, а не ныть и искать оправдания!

Уильям подавил инстинктивное желание съежится и прикрыться рукой. Тем более, если бы он рискнул здесь использовать печати, то мог оставить от этого уродливого громилы мокрое место за полсекунды. Ну, наверное. Он наоборот сделал подшаг навстречу серошкурому монстру из детских страшилок и, глядя ему прямо в глаза, снизу вверх, ответил:

— Твое сраное мнение никому не интересно, бройлер переросток! Я обращался к госпоже. С каких это пор ты стал ее языком и мыслями? Захлопни вонючую пасть! — в конце фразы Уильям оскалил свои аккуратные белоснежные мелкие зубы. — Хотите ускорить строительство — постройте насыпь до острова, по которой будут заезжать грузовики. — закончил он, не скрывая сарказма.

Алтын, наверное, все-таки он, заржал, широко раскрывая пасть и брызгая на Уильяма липкой вонючей слюной.

— Хорошо сказано, малыш, — прогудел еще один великан, кажется как раз Сулим, хлопнув Уильяма по плечу.

«Перелом или смещение», — констатировал про себя техномант. Нет, конечно. Но было близко.

— Вы слышали, что сказал Тутачы. — обрушился на стоящих приказ командующей.

Глубокие инфразвуковые обертона ее голоса заставляли склонять голову даже головорезов из ее гвардии. Уильям поначалу почти терял сознание, когда она начинала говорить. Потом притерпелся.

Тутачы — строитель, это слово стало здесь официальным прозвищем Уильяма. Индивидуального обращения он, по мнению ордынцев, все еще достоин не был.

— Айнур. — обратилась Орхан к одному из бааторов (героев — элитных воинов). Собери всех окрестных тараканов. Послезавтра насыпь должна достичь острова. И на ней должны будут разъехаться три грузовика. — с техномантом напрямую, она не разговаривала еще ни разу. — А переделка должна быть завершена до первого снега.

«Вот это я удачно пошутил», — ошеломленно подумал Уильям.

Великан, в чуть более изукрашенном доспехе, чем остальные, бухнул кулачищем в грудь, и поклонился.