- Останься, малышка Саманта! Поговори со мной. Возможно последний раз.
Желтые загрубевшие пальцы ловко вытащили толстую сигарету из пачки. Пламя зажигалки озарило усеянное капиллярами лицо. Крепкий вдох, и горький голубой дым растёкся по сторонам.
- Помнишь наши походы? - Санни глядел в стену перед собой и улыбался. - Поездки в Рочестер на Лейк-Онтарио? Ох, как ты визжала, когда мы тащили окуней!
Он засмеялся, вздрогнув всем телом, но резкий сухой кашель оборвал его.
- Я и сейчас не в восторге от вида живой рыбы.
Стена напротив ожила, обвилась плющом и заросла мхом, по бокам проросли ветви вязов, послышался запах уютной заводи у травянистого озерного берега, а в волосах запутался теплый летний ветер. Перед глазами возродились те самые дни, те места, которые остались в далеком прошлом. Скользкая большущая рыба у папы в руках бьет хвостом и хватает страшным зубастым ртом воздух. На голове Санни бейсболка «Нетс», я в лёгких розовых шортах и желтом топе, а на зубах брекеты. Вода в озере — чистый изумруд — прозрачная, свежая, а противоположный берег окаймляют белые скалы, бережно сточенные за тысячу лет ветром и дождями.
Санни сделал ещё пару глотков и глубоко затянулся.
- Мы были совсем сопляками, когда правительство потеряло фарватер и хоть какой-то план «куда же двигаться дальше». Молодые, смелые, амбициозные. Разумеется, дико осознавать, что твоя жизнь пройдёт под эгидой нищеты, в то время, когда ты готов свернуть горы лишь бы жить получше, чем остальные. А хаос, будь то природный катаклизм или смена режима — это всегда способ показать себя молодым и инициативным, возможность выделиться, взять штурвал в свои руки. Так мы и поступили, малышка Саманта.
Санни стряхнул пепел в одну из коробок, что валялись вокруг, нежно провёл рукой вдоль ружейного ствола.
- И вот, хаос вернулся. Только теперь охотник и жертва поменялись местами. Понимаешь? Я, Джонсон, Мёрдок, Болл и твой папаша на этот раз не молодые и амбициозные. Теперь наша очередь подвинуться и расплачиваться за свои ошибки.
Я решительно не понимала о чем речь, но посмела предположить, что от ядовитого перегара Санни можно запросто захмелеть.
- Что произошло то? Ты можешь внятно объясниться?
- Предыдущая зона турбулентности, в которую мир попал в конце пятидесятых оказалась настоящим потрясением для всего мира. Мы пахали, что волы на каменоломне — пачками ловили мошенников, воров, убийц, но их с каждым днем становилось все больше и больше. - Санни рассказывал, словно в забытье, иногда взмахивая руками. - Будто пытаешься избавиться от гангрены, а она только расползается по телу. Понимаешь, малышка Саманта?! Работали месяцами без передыху, без жалованья. Думаешь твой папашка или Мёрдок, или я лучшие из копов?
Санни сделал паузу и сквозь смех выдавил изо рта дым:
- Лучшие из лучших в то время поспешили со службы. Кому охота вкалывать за копейки и рисковать жизнью ради разлагающегося государства и мира? Остались такие как мы — второй сорт. Тогда-то Джейсон — твой славный папашка и связался с НИМБом.
Я сидела среди мусора на грязной кухне и молча внимала.
- Пятидесятые. - Санни отхлебнул из бутылки, посмаковал пойло во рту и причмокнул обветренными губами. - Расцвет корпораций, новых мировых движений и конечно же нейро имплантатов в том виде, каком мы их сейчас знаем. Конечно, много воды утекло и прогресс не стоит на месте, но именно в то время был сделан огромный рывок в имплантации.
- Ты решил провести экскурс в историю страны? - мое терпение было на исходе.
- Малышка Саманта, не торопись! - Санни заулыбался, обнажив желтые истончившиеся зубы. - Имплантаты пихали куда только могли; они вызывали безумный ажиотаж; производство поставили на конвейер, а главное — возникновение колоссальных преимуществ, которыми имплантат наделяет носителя. Что касается обратной стороны — с имплантатами и сейчас связано много чернухи, что говорить о тех временах . Вот и мы попались на этот крючок.
Санни внезапно умолк, понурив голову, и я подумала «уснул», но он тут же встрепенулся, огляделся, будто не понимая где находится, и продолжил:
- Я бы даже сказал — попались в сеть! НИМБ тогда только становился; как раз с целью борьбы с движениями всех типов — криминальными, террористическими, региональными и международными, военными или же гражданскими. Они создавали свою базу — настоящую псарню! Взращивали агентов с детства, натаскивали, словно щенков. - Санни добил остатки бурбона несколькими крупными глотками. - Да только делалось это все совершенно секретно, в неведении был и президент, и парламент. Так вот, мальчишек и девчонок, но в основном ребят, попросту хватали с улицы и сдавали агентству. За душу — так называли приведённых детей, платили баснословные по тем временам деньги. О дальнейшей их судьбе мы не знали, да и не важно было нам. Ходили слухи, что натерпелись детки. Их использовали в качестве первопроходцев; им вживляли новейшие разработки имплантации без веских причин на то. Удаляли необходимую часть тела и заменяли на нейропротез.
Словно виноградина, усеянная иголками прокатилась вниз по глотке. Но я должна была спросить:
- Вы продавали детей в рабство для опытов?
- Не то, чтобы в рабство. - Санни сделал глубокий глоток из бутылки. - Понимаешь, малышка Саманта, казалось, мы оказываем услугу государству. Решаем кадровый вопрос. Но с годами многое в голове, конечно, перевернулось с ног на голову. Видишь, что стало со старым добрым дядей Санни?
