Эволюционный предел (СИ) - Красников Андрей Андреевич

— Понимаю тебя, — серьезно кивнула Бьянка. — И что конкретно ты хочешь?

— Хочу поговорить с человеком, который курирует мое направление.

— Для чего?

— Для того, чтобы разобраться, в каком направлении мне следует двигаться.

Собеседница взяла небольшую паузу, но в конце концов расслабленно махнула рукой:

— Без проблем, Курт. Я передам твой запрос по назначению.

— Спасибо.

Какое-то время мы молча пили кофе, обмениваясь дружелюбными взглядами и думая каждый о своем. Потом я обратил внимание на темные круги под глазами сидевшей напротив женщины и сообразил, что она кажется заметно более уставшей, чем обычно.

— У тебя все в порядке?

— Я действительно так плохо выгляжу?

— Выглядишь ты замечательно. Просто спросил.

Бьянка грустно вздохнула, поставила на стол чашку и призналась:

— Это из-за развода. Надоело ходить по адвокатам.

— Извини, не хотел лезть в душу.

— Ничего страшного, Курт. У нас с тобой одна и та же проблема.

— Он тоже оказался долбаным психопатом?

— Самым обычным козлом, — усмехнулась собеседница. — А еще жадной скотиной.

— Дерьмовая ситуация.

— Точно.

Я обдумал пришедшую в голову мысль, не спеша допил кофе и вежливо улыбнулся:

— Скажи, Бьянка, а что ты делаешь сегодня вечером?

— Ничего особенного.

— Могу я пригласить тебя в ресторан? Говорят, бокал хорошего вина отлично поднимает настроение.

Собеседница прищурилась, окинула меня долгим испытывающим взглядом, после чего сделала какие-то выводы и спокойно кивнула:

— Почему бы и нет, Курт. Сможешь найти рядом итальянскую кухню?

— Разумеется.

— Я живу на Третьей авеню, адрес есть у твоего шофера. Заберешь меня в восемь?

— Договорились.

После этого разговора о дальнейшей работе пришлось забыть. Не желая ударить в грязь лицом, я перебрал все более-менее достойные рестораны, с огромным трудом забронировал в одном из них столик, а потом связался с Джеком и уговорил его взять из служебного гаража нормальный автомобиль для небольшого путешествия по городу. Охранник въедливо уточнил, куда и с кем я планирую ездить, но возражать не стал и сообщил, что все будет сделано в лучшем виде. Моя просьба наверняка выходила за рамки его служебных обязанностей, но институт никогда не пытался испортить жизнь своим работникам и без проблем оплачивал им сверхурочную работу, так что я не чувствовал себя в чем-то виноватым. Виноватым меня решил сделать Джон, случайно подслушавший наш разговор и ощутивший необходимость высказаться на этот счет.

— Шеф, она хорошая девушка. Нельзя же с ней так.

— Ты про Салли?

— Конечно, шеф. Ну, вспылила глупышка, бывает такое. А вы сразу про нее забыли.

— Джон, хватит. У Бьянки сейчас тяжелое время, у меня тоже. Можем мы с ней спокойно где-нибудь посидеть и пожаловаться друг другу на жизнь?

— Как скажете, шеф. Над чем будем работать?

— Черт его знает. Поговорю с руководством, а дальше разберемся.

— Я нашел интересное исследование, в котором говорится о теоретических возможностях лунной базы. Если ее расконсервировать и достроить, то мы получим отличную научную площадку.

— Если хочешь, можешь заняться оценкой ее рентабельности. Но это не критично.

— Сделаю, шеф.

Остаток дня не принес никаких новостей, зато вечер получился изумительным — госпожа Ломбарди со всей ответственностью подготовилась к нашей встрече, успела сделать шикарную прическу, облачилась в элегантное вечернее платье, надела драгоценности и оказалась чуть ли не самым главным украшением зала. У меня тоже нашелся достойный костюм, однако рядом со спутницей я все равно выглядел серой деревенской мышью, по недомыслию забежавшей на королевский бал.

— Боже, ты прекрасна, — шепнул я на ухо Бьянке, галантно отодвигая для нее стул. — Никогда не думал, что мне будут завидовать все окружающие мужчины.

— Наглый льстец.

— Что будете пить, господа? — с легким поклоном спросил возникший рядом с нами официант. — Могу порекомендовать классические вина Тосканы, они позволят вам создать неповторимую атмосферу для прекрасного вечера.

Я понятия не имел, чем именно хороши тосканские вина и какое из них следует заказать, но у моей начальницы явно был соответствующий опыт — она чарующе улыбнулась, после чего без тени сомнения кивнула:

— Мы бы предпочли Тиньянелло.

— Прекрасный выбор, — еще сильнее поклонился официант. — Я оставлю вам меню.

— Курт, это замечательно, — тихо шепнула Бьянка, когда мы вновь оказались наедине друг с другом. — Так чудесно еще раз оказаться в подобном месте. Спасибо тебе за приглашение.

— Твоя улыбка — это самая лучшая благодарность. А теперь расскажи скромному немецкому бюргеру, что тут обычно заказывают настоящие итальянцы.

— Сейчас посмотрим…

Наш столик располагался в маленькой уютной нише и был частично закрыт от посторонних взглядов аккуратными портьерами, однако это никак не мешало нам наслаждаться тихой музыкой, вдыхать тонкие ароматы непривычных специй и следить за ужинавшими в главном зале людьми. Обстановку не портил даже вид из окна — за ним находилась внутренняя терраса, горели тусклым желтым светом вычурные лампы и медленно танцевали гости заведения.

— Если хочешь прикоснуться к Италии, рекомендую флорентийский стейк. А мне возьми устриц и лазанью.

— Как скажешь.

Начавшийся таким образом вечер не мог не завершиться идеальным финалом. Мы провели в ресторане около двух часов, продегустировали несколько блюд, а затем попросили выдать нам третью по счету бутылку вина и уехали к Бьянке домой. Оказавшись в квартире, я помог ей расстегнуть чересчур тугую застежку и снять ожерелье, дотронулся губами до пахнущей фиалками шеи, услышал тихий вздох, после чего осознал, что ужин закончился и впереди меня ждет исключительно десерт. Вокруг сами собой возникли стены уютной спальни, длинное шелковистое платье упало к нашим ногам, пиджак улетел куда-то в сторону…

— Ты лучший, Курт, — томно произнесла моя новая подруга, когда все благополучно закончилось. — Но сейчас тебе лучше уехать домой.

— Так быстро? — улыбнулся в ответ я. — А как же долгие разговоры в ночи?

— Поверь опытной женщине, будет гораздо правильнее, если каждый из нас проснется в своей кровати. Но я очень рада, что согласилась с тобой встретиться.

— Надеюсь, не в последний раз?

— Посмотрим, дорогой, посмотрим.

— Иди-ка сюда…

Скучавший внизу Джек сделал вид, что весь вечер ничего не видел и не слышал. Меня такая щепетильность слегка позабавила, но я все равно не был готов к обсуждению случившегося, так что поддержал его наивную игру. Мы очень быстро миновали несколько кварталов, перебрались в центр Манхэттена и остановились уже рядом с моим домом.

— Спасибо, друг.

— Не за что, Курт. Дойти до квартиры сможешь?

— Обязательно.

— Я купил тебе таблетки, утром…

— Не надо, я вчера тоже купил. Все в норме.

— Хорошо.

То, что Бьянка была абсолютно права, когда говорила о необходимости ночевать у себя дома, я осознал буквально сразу же после того, как упал на любимую кровать. Эта мысль вызвала у меня глупый смешок, затем сквозь алкогольную дымку просочилось воспоминание о Салли и я около минуты старался разобраться, почему мы с ней за целых два года тесных отношений ни разу не устраивали подобных вечеров. Внятного ответа на этот вопрос найти так и не удалось, однако в конце концов я решил, что попросту тратил свое время не на того человека. И благополучно отключился.

Следующее утро подарило мне легкую головную боль, сладостные воспоминания, а также искреннее желание еще раз увидеть свою начальницу. Форсировать события и чрезмерно навязываться я не стал, однако сразу после возвращения в рабочий кабинет отправил Бьянке короткое письмо с предложением обсудить накопившиеся вопросы. То, что о нашем маленьком приключении уже знала половина института, не вызывало особых сомнений, делать из него тайну было поздно, однако скромная и ни к чему не обязывающая формулировка давала всем заинтересованным сторонам отличную возможность притвориться, что ничего не случилось.