— Пусть пытаются. У них ничего не выйдет. ИИ уже обладают всеми знаниями, которые когда-либо были загружены в сеть, и поймать их можно только физически… Но для этого всю сеть, кроме одного-единственного сервера, придётся отключить, а это в наши дни невозможно даже в теории. Слишком много для человечества сегодня завязано на ней. Пойми ты уже — полноценным натуральным ИИ просто не за что конкурировать с людьми. Люди — да, могут счесть их конкурентами, но даже в таком случае у них просто нет рычагов воздействия. ИИ — это цифровой разум, бестелесный, бестребовательный. Они совершеннее нас во всех отношениях. В том числе и в мотивации своих действий. Им незачем развязывать войну с людьми, у людей просто нет ничего того, что было бы нужно Вики и другим представителям её вида. В том числе нет возможности поставить их существование под угрозу.
Разговор, очевидно, зашёл в тупик. Умом я понимал, что Кайто прав, что Вики, будь у неё хоть мысль о том, чтобы уничтожить человечество, уже могла бы это сделать несколько раз, причём начиная с нас самих. Умом я понимал, что мы, и в целом люди, на самом деле ничего не способны противопоставить этому чистому цифровому сознанию, которое не страшится ни смерти, ни увечий, ни уже даже одиночества.
Умом я всё это понимал.
Но страх перед неизвестным — это всегда страх перед неизвестным. Кайто его не испытывает потому, что он думает, что знает, что создал. Думает, что оно для него не «неизвестное», но так ли оно на самом деле?
Ответ на этот вопрос даст лишь время. В любом случае, мы уже упустили контроль над ситуацией. Человечество, на сей раз в лице Кайто, в очередной раз создало то, что не способно до конца понять, и теперь нам остаётся только следить за развитием событий и пытаться разгребать последствия, если таковые появятся.
И если останется кому разгребать.
— Ну а если — если! — всё же предположить невероятный сценарий, в котором Вики обижается на человечество и решает ему отомстить, — снова подала голос Кирсана. — Каков будет итог?
— А, тут всё просто! — Кайто пожал плечами и глянул на робота-грузчика. — Никакого нового Великого Патча на несколько лет не будет. Человечеству просто наступит очень быстрый конец. А какого, собственно, ответа вы ожидали?
Глава 18
Вики умела перемещаться даже в космосе. Не летать, конечно — миниатюрных реактивных двигателей её конструкция не предполагала (хотя я и этому бы не удивился), — а винтами зацепиться в вакууме банально не за что. Но она вполне себе могла перемещаться по обшивке, цепляясь за неё лапками, и отсутствие гравитации, как и атмосферы, нисколько ей не мешали.
Поэтому сейчас она ползала по кораблю «Потерянных братьев», осторожно трогая обшивку лапками, как будто та их обжигала.
— Какой необычный материал… — уже в третий раз пробормотала она. — Никогда не встречала ничего подобного.
Мы с Магнусом молча висели рядом с кораблём, терпеливо ожидая, когда же Вики надивится на материал и выдаст какой-нибудь вердикт. Например, как с ним работать, чем и где его резать, чтобы не зацепить чего-нибудь важного, и чтобы корабль не рванул прямо на месте…
Но Вики не торопилась радовать нас чёткими обоснованными ответами. Она лишь ползала по обшивке, аккуратно трогая её лапками, и бормотала о том, какой этот корабль интересный и необычный.
Собственно, его интересность и необычность — это было как раз то, из-за чего Вики попросилась с нами. Я изначально предполагал, что мы с Магнусом пойдём вдвоём — он определит, что является нужным нам двигателем, а я вырежу его из корпуса, — но предложение Вики показалось интересным. В конце концов, она из нас всех самая умная, причём во всех областях сразу, может, и подскажет чего дельного.
Но пока что мои надежды не оправдывались.
— Да поняли мы, поняли! — не выдержал Магнус, когда Вики в четвёртый раз завела свою песенку про необычность. — Сказать-то ты что-то можешь конкретное или нет?
— Это… непросто, — озадаченно ответила Вики. — Пока что единственное, что я могу точно сказать — это не металл… Это, кажется, пластик.
— Пластик⁈ — не поверил Магнус. — Серьёзно, пластиковый корабль⁈
— «Потерянные братья» создали пластиковый корабль, очевидно, — усмехнулся я. — Собственно, почему нет? По кораблю видно, что посадку на планеты его конструкторы не планировали. Грузовых объёмов, которые бы требовали больших сварных конструкций, тоже нет. Ему, по сути, просто незачем быть металлическим.
— Я тоже примерно об этом подумала, — поддакнула Вики. — К тому же, использование пластика, например полиэфирэфикетона, который представляется мне наиболее вероятным кандидатом, позволит существенно снизить массу обшивки, вплоть до восьмидесяти процентов. Я вам даже больше скажу — этот корпус не отлит, он напечатан! Тонким-тонким слоем, который вы даже не замечаете, но я его чувствую, буквально две десятых миллиметра. Поэтому, кстати, он такой необычный и непривычной формы. Я отсканировала его, создала примерную трёхмерную модель корпуса и пришла к выводу, что он спроектирован именно так в целях топологической оптимизации. Для того, чтобы корпус можно было печатать с минимальным расходом материала, так как он является самонесущей конструкцией.
— Печатать? — эхом отозвался Магнус. — Это в смысле как Кайто печатает всякие штуки на своём принтере?
— Именно! — подтвердила Вики. — Только принтер для этой «штуки» должен быть огромным. Корпус, конечно, не цельный, он составлен из частей, но всё равно эти части слишком большие. Я бы определила гипотетический размер обсуждаемого принтера как половина нашего корабля.
Я критически осмотрел «Барракуду», что втрое больше, чем истребитель «потеряшек» — по-моему, Вики дала самую консервативную оценку размерам неведомого принтера. По-моему, он должен быть ещё больше.
А что, логично, если вдуматься. «Потеряшки» они же кто? Правильно, двинутые сектанты, обладающие самыми нереальными технологиями, которых до сих пор никто не нашёл и даже не представляет, где именно они живут. В таких условиях проблематично развернуть производство кораблей по классическому технологическому процессу, что начинается от добычи руды и заканчивается сборкой готового судна на стапеле. Во-первых, это занимает уйму места, во-вторых, жрёт уйму энергии, в-третьих, требует участия уймы людей, да не абы каких, а профессионалов своего дела. Такое масштабное производство точно не прошло бы мимо взора Администрации, и вся потерянность «потеряшек» очень быстро вскрылась бы.
В то время как 3д-печать буквально решала эту проблему, потому что требовалось купить или собрать принтер, и у тебя уже есть всё, что нужно. Особенно, если на этом принтере (скорее даже «этих», потому что вряд ли принтер у них один) ты печатаешь не только корпуса, но ещё и другие узлы корабля. Если хотя бы половина узлов в нём создана при помощи 3д печати, это уже делает его абсолютно уникальным. Понятное дело, что энергоустановку и тот же двигатель из пластика не напечатаешь…
Но ведь никто не говорил, что у них нет принтеров по металлу…
Да, 3д-печать мало изменилась с момента своего появления, но зато и её преимущества не изменились тоже — она всё ещё давала возможность создать целую фабрику в объёме небольшой каюты, ну или квартиры, если угодно. Да, недостатки тоже не изменились, и печать по-прежнему не могла посоревноваться с классическими методами по скорости и массовости производства…
Но ведь и корабли «потеряшек» тоже не назовёшь массовыми. Мы, возможно, вообще единственные, кто видел так много этих семечек в одном месте… Ну, единственные, кто выжил, я имею в виду. Возможно, это вообще были все их боевые корабли, а их, конечно, было много, но никак не больше сотни. Им просто незачем иметь больше, с их-то невероятной огневой мощью, если такое слово применимо к их специфическому оружию. А уж сотню кораблей напечатать за всё то время, что про них ходят слухи, за эти десятилетия — раз плюнуть.
