"Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Багнюк Ольга Юрьевна

– Кериэль… – позвал меня Оскарби.

И за яркими золотыми искрами в его глазах я увидел боль от потери, которая никуда не делась и гнала служителя прочь из родного города. Освин желал сражаться, преодолевать трудности и забывать в них о своей первой значительной утрате.

– Я прослежу за розами, – пообещал служителю, – даже не сомневайся – они будут самыми прекрасными и счастливыми розами во всем городе!

– И за домом присмотри, пожалуйста, – тихо попросил служитель.

– Конечно, – кивнул я, – когда бы ты ни вернулся сюда, дом всегда будет готов встретить тебя теплом и уютом.

Но что-то подсказывало мне, что завтра мы последний раз увидимся на церемонии прощания с Гентой и больше служитель Оскарби Освин не вернется к этим берегам.

Такие, как он, – чистые и невинные души – слишком легко ломаются.

Это монстры, как я, переступают и живут дальше. Хотя ведь и во мне что-то надломилось и заболело на встрече крадушей. И если это была не душа, то даже и не знаю что. Может, эхо – затерявшийся отголосок прежних перворожденных эльфов.

– Если я сейчас свяжусь с Лавеной – она меня убьет, – печально заявил Карел. – И будет права. Ей сегодня уже пришлось заметать следы в храме после сумасшедшего инквизитора, а теперь мы разгромили дом недалеко от центрального рынка. Странно, что сюда не сбежалась вся гвардия.

– Так защитная магия же, – напомнила Келебриэль, – заклинания только со смертью Хвэста развеялись, но тогда мы уже перестали шуметь.

– Будет обидно, если после пережитого тебя убьет журналистка! – рассмеялся я. – Может, сами приберемся? Или божественные силы не для такого созданы?

Я сидел на балконе дома Карела, любовался ярким закатом и вышивал. На низком столике стоял горячий кахвейник и блюдце со свежими булочками. То и дело я отвлекался от рядов ровных крестиков, опускал пяльцы и, откидываясь на спинку кресла, наслаждался открывающимся с балкона видом.

Редкие ныне часы спокойствия подходили к концу, острый эльфийский слух уже уловил недовольный писк из детской комнаты. Но я надеялся, что мелкие еще повозятся немного и не сразу потребуют внимания к своим персонам. Нянечку и кормилицу мы конечно же наняли, но юная княжна Бенайл почему-то затихает только на моих руках или Карела. А поскольку лорд Киар сейчас отсутствует из-за важных рабочих вопросов, стоит детям захныкать, няня и Руджеро тут же позовут меня.

Поведя ушами и решив, что пара минут имеется, я впился зубами в последнюю булочку. Одно из главных правил дома, где маленькие дети, – ешь, пока возможно, и делай это быстро.

Старшую девочку, рожденную леди Амизи Мосфен, мне хотелось назвать именем, означающим надежду. На мой взгляд, это идеально подходило эльфийке-полукровке, первой за несколько тысяч лет обладающей собственной душой. Правда, небольшая червоточина пустоты рядом с сердцем у девочки тоже была. Я украдкой подкармливал ее кусочками жизней всяких негодяев, которых в свободное время отлавливал на улицах города. Но этот нюанс, уверен, не имел значения! Наличие души куда важнее!

Имя Эстель, с эльфийского переводящееся как «надежда», Карелу категорически не понравилось. До появления в нашей жизни младенца я, хоть и не сексист, вообще считал, что заморочки с именами – сугубо женская прерогатива. Посмотрел на ребенка и подобрал что-то с приятным звучанием и подходящим значением. Ничего сложного! Но нет, когда дело дошло до регистрации, мы с Карелом – взрослые и адекватные эльф и человек – едва не переругались. Я даже чашку разбил – случайно, конечно, из-за врожденной неуклюжести, но сам факт! Карел настаивал, что раз уж нам повезло с аллитерированными именами – Кериэль Квэлле и Карел Киар, значит, и девочку следует назвать в таком же стиле. Обязательно, чтобы начиналось на «к», и непременно с буквой «р».

Я, конечно, привел доводы о значимости рождения дитя с душой для народа эльфов. Но, учитывая, что по свидетельству в нашем доме появилась леди Клариэль Квэлле, наследная княжна Бенайл, нетрудно догадаться – в споре победил Карел.

На эльфийский слух имя звучало просто – «светлая», но за прошедшее время я смирился и даже находил его милым.

Так что сына Дафны мы, недолго думая, назвали Кирстеном, чтобы не делать ребенка белой вороной в нашей странной семье. Хоть мальчик и числился наследником герцогов Волдет и прилагающихся к титулу богатств и земель (что было заверено подписью самого императора!), фамилию Карел дал ему свою. «Дебро» у всех ассоциировалось с чем-то мерзким и недостойным.

Так мы и жили: эльф с темными душами – Кериэль Квэлле, человек-мертвец – Карел Киар и два стихийных бедствия – Клариэль Квэлле и Кирстен Киар. Если попытаться проговорить это быстро и с прилагающимися родовыми именами и титулами, то язык можно сломать в трех местах.

В доме Карела нам было уже тесновато. Скоро мелких нужно будет расселять по разным комнатам, выделить наконец нянюшкам нормальный угол, не обделив старого и верного Руджеро. Особняк Бенайлов был слишком скромен для такого числа жильцов. Хоть мне самому в комнату Карела переезжай, чтобы место освободить.

Я так-то поднимал тему покупки нового жилья, но пока не определился, чего же больше хотелось: чтобы дом располагался на первой линии и за входной дверью сразу начинался океан или, наоборот, забраться на холм поближе к дворцу наместника и получить лучший в городе вид на бухту.

Или, как вариант, я вообще мог вернуться в родную комнату «Женского дома» – вот мадам Костанцо обрадуется.

Кстати, с моей подачи бордель готовился к кардинальной реорганизации. Я уже помог девочкам оформить нормальные документы взамен прежних билетов. И теперь мы с мадам надеялись превратить «Женский дом» в место, где любая женщина, оказавшаяся в трудных жизненных обстоятельствах, могла найти поддержку и крышу над головой, научиться новому ремеслу, получить рекомендации для трудоустройства, а также юридические или иные консультации и, конечно, посетить кабинет хорошего целителя.

Деньги на первичное финансирование проекта я уже из города выбил, а дальше надеялся привлечь спонсоров из местной аристократии. Один благотворитель у нас уже имелся – леди Амизи Мосфен, баронесса Нейфр с большим энтузиазмом поддержала идею.

Бордели городу, конечно, были нужны – человеческую натуру не переделаешь. Но я надеялся и их со временем изменить – сделать труд девочек безопасным и легальным. Тогда бы город получал стабильный налог и контролировал организацию рабочего процесса… назовем это пока так.

Я вообще размышлял, как бы сделать местную жизнь лучше. А то с таким удовольствием Карел открыл для себя прелести отцовства, что Дуэйну даже пришлось взяться за управление городом. У него, к слову, здорово получалось. И Лука помогал в меру способностей. Наблюдая за стараниями юного наместника, за его искренностью и преданностью городу и жителям, я раздумывал, что не так уж и важно, чья душа живет в теле герцога Кайсара. Даже если и не его собственная – она явно решила использовать второй шанс с толком.

Два дня в неделю я проводил в больнице Святого Николаса, исцеляя людей и проводя плановые операции. От денег за работу отказался. Мне хватало того, что с каждой спасенной жизнью становилось легче дышать, будто исчезала часть неподъемного груза совершенных грехов. Еще день я проводил в обустроенной лаборатории за приготовлением зелий. В том числе и для больницы, но в основном для свободной продажи. Остальные дни скучать тоже не приходилось. В большом густонаселенном городе постоянно что-то происходило, и я с удовольствием брался за любые дела.

Необходимость забирать чужие жизни с появлением темных душ исчезла. Резерв не пустел, замер отсчет оставшихся мне лет, будто я действительно стал бессмертным, как и полагалось прекрасному эльфу из сказки. Но что особенно нравилось – вместе с необходимостью исчезло и желание… Одержимость, которая раньше скручивалась в груди ноющим голодом, больше меня не беспокоила.

От Келебриэль с той стороны океана приходили обнадеживающие новости. Они с Оскарби не спешили и делали все осторожно и грамотно, чтобы Триада, попав в ловушку, уже не выбралась. Но мне казалось, в том, что все шло по плану, была заслуга служителя Освина. У него лучше всех из троицы получалось управлять новыми силами. Уж не знаю, с чем это было связано, но, судя по письмам сестры, – в тренировочных поединках Оскарби теперь выигрывал стабильно половину.