Дорога охотника (СИ) - Ли Ян

Руки болели уже обе— и правая, и левая. Причём левая как бы даже больше. Пальцы стёрлись в кровь. Всё тело ныло от напряжения. Но работа была сделана, а за пару часов мелкие ранки и ссадины зажили.

На следующий день я занялся сборкой.

Для копья нужно было найти прямое древко — длинное, крепкое, удобное. Я потратил полдня на поиски, в итоге нашёл молодое деревце с идеально ровным стволом. Спилил его (точнее, перетер кремневым осколком, потому что пилой это назвать было нельзя, и сломал весом своей похудевшей тушки), очистил от ветвей, обстругал как смог.

Получилось древко метра два длиной, толщиной с черенок от лопаты.

Дальше — крепление наконечника. Самая геморройная часть.

Расщепил конец древка, вставил туда кремневый наконечник, обмотал расщеп сухожилиями. Сухожилия остались ещё от крыс, хорошо, что не выкинул — всегда знал, что привычка хранить всякий хлам, типа зарядки от Nokia 1998 года, — это не шиза в ранней стадии, а запасливость. Потом обмазал место крепления смолой, которую собрал с деревьев. Смола была липкой, вонючей, но держала крепко.

Когда всё высохло, я получил своё первое настоящее копьё.

Не ровное, не красивое, но, вроде бы, функциональное. Острый кремневый наконечник мог пробить шкуру, мясо, может, даже кость, если ударить правильно.

Повертел копьё в руках (вернее, в руке — правая на всякий случай ещё была перевязана, хотя уже не болела), проверил баланс. Тяжеловато, но терпимо.

— Ничего себе, — пробормотал я, ощущая странную гордость. — Я сделал копьё.

Партия гордится мной. Только непонятно, где миска риса и кошкожена. Особенно первое.

Но гордость была заслуженной. Это было не просто копьё. Это было оружие, которое я сделал своими руками, с нуля, без инструментов, в лесу, с одной работающей конечностью.

Мелочь, казалось бы. Но для меня это был прорыв.

[НАВЫК ПОЛУЧЕН: РЕМЕСЛО (УР. 1)]

СОЗДАН ПРЕДМЕТ: примитивное копье с каменным наконечником.

КАЧЕСТВО: низкое

ДОСТИЖЕНИЕ РАЗБЛОКИРОВАНО: «КУСТАРЬ-САМОУЧКА»

НАИБОЛЕЕ ЗАДЕЙСТВОВАННЫЙ НАВЫК ПОВЫШЕН: ВЫЖИВАНИЕ УР. 4 → УР. 5

П оздравляем! Вы перестали быть совершенно беспомощным попаданцем с палкой и стали совершенно беспомощным попаданцем с копьём. Это… прогресс? Наверное.

Гордо проигнорировал очередную тупую подколку. Тем более что за лишнюю единичку «Выживания» готов был стерпеть и не такое. И вообще, спать пора.

Утром я осторожно размотал повязку, осмотрел ладонь.

Ожог затянулся корочкой, под которой виднелась розовая, новая кожа. Порез зажил, превратился в уродливый шрам от большого пальца до запястья. Пальцы двигались. Сжать кулак было чуть больно, но возможно.

Выносливость действительно творила чудеса. Травма, которая в нормальных условиях заживала бы недели три, затянулась за четыре дня.

— Неплохо, — пробормотал я, сгибая и разгибая пальцы. — Хорошо даже.

Я взял копьё в правую руку, проверил хват. Держать можно, хоть и непривычно. Левой рукой поддерживал древко. Сделал пробный выпад.

Резко, прямо, с вложением веса тела.

Копьё свистнуло в воздухе, наконечник мелькнул.

— О да, — выдохнул я, чувствуя, как внутри растёт уверенность. — Да, детка. Теперь у меня есть чем засадить. Было бы кому.

Пришло время проверить засаживатель в деле.

Остаток дня прошёл в разведке и, не побоюсь этого слова, рекогносцировке.

Ходил по лесу, изучал следы, запоминал тропы.

НАВЫК ПОВЫШЕН: ПОИСК СЛЕДА УР. 1 → УР. 2

О. Даже так. Даже без комментариев.

Что-то в лесу сдохло.

Теперь я мог различать не только свежесть следа, но и примерный размер существа, его вес, даже направление движения.

Я нашёл несколько интересных мест:

— Водопой — небольшое озерцо метров десять в диаметре, куда стекался ручей. Вокруг — множество следов разных размеров. Сюда приходили пить и мелкие грызуны, и крупные травоядные. Ставим плюс.

— Звериная тропа — утоптанная дорожка в зарослях, явно используемая постоянно. Вела от озерца вглубь леса.

— Лежка крупного зверя — примятая трава, сломанные ветки, клочья шерсти на кустах. Кто-то большой отдыхал здесь недавно, а значит, мне сюда не надо.

Вечером вернулся в лагерь, сел у костра и начал планировать. Завтра я пойду на настоящую охоту. Завтра я наконец-то нормально пожру. Фиг знает, что это за животное. Фиг знает, опасно ли оно. Но мне нужно было мясо. Много мяса. И шкура. И рога, если они есть — из них можно сделать инструменты.

Лежал, смотрел в темноту, крутил в голове завтрашний план. Подойти к водопою на рассвете. Найти укрытие с подветренной стороны, чтобы добыча не учуяла запах. Ждать. Когда зверь придёт пить, напасть из засады.

Звучало просто. На словах.

В реальности же — куча вопросов. Куда целиться? В шею? В бок? В голову? Как глубоко нужно вонзить копьё, чтобы убить, а не просто разозлить? Что делать, если зверь окажется быстрее, чем я думал? Или если их будет несколько?

— Импровизация, — прошептал я в темноту. — Буду импровизировать. Как всегда.

Это меня не успокаивало, почему-то. Интуиция подсказывала, что если импровизация не сработает, у меня будут проблемы. Возможно даже серьезнее, чем когда мы в детстве насрали учителю музыки в аккордеон.

Я встал, вышел из укрытия. Луны светили ярко — обе были почти полными, заливая лес серебристым светом. Я взял копьё и отошёл на небольшую поляну рядом с лагерем. Если завтра охота, то хоть немного потренироваться надо. Проверить, как копьё ведёт себя в бою, как держать, как колоть.

В качестве мишени выбрал толстое дерево в паре метров. Встал в стойку — ноги на ширине плеч, копьё наперевес, правая рука сзади, левая впереди на древке.

Выпад.

Копьё пошло вперёд, но криво — наконечник ушёл влево. Я поймал баланс слишком поздно.

— Ладно, третий сорт — не брак, — пробормотал я, возвращаясь в стойку.

Ещё раз. Выпад. На этот раз лучше — наконечник попал в ствол, воткнулся на пару сантиметров.

Выдернул. Повторил.

И ещё. И ещё.

Недавно полученный ближний бой начинал давать о себе знать — движения становились чуть плавнее, чуть точнее. Мышечная память формировалась, тело училось. Я тренировался может час, может больше. Колол дерево, пока руки не заболели, пока копьё не начало выскальзывать из вспотевших ладоней.

Выпад снизу вверх — для существ выше меня ростом.

Выпад прямо — для равных по размеру.

Удар сверху вниз — если нападёт какая-то мелочь или если добиваю лежачего.

Блок древком — если зверь прыгнет на меня.

Я не стал мастером. Даже близко, да даже на слабого ученика не тянул. Но я хотя бы начал понимать, как работает это оружие, как его держать, куда направлять силу удара.

Когда вернулся в укрытие, первые проблески рассвета уже окрашивали небо. Я не спал всю ночь и чувствовал себя откровенно разбитым.

Но тренировка того стоила.

НАВЫК ПОВЫШЕН: БЛИЖНИЙ БОЙ УР. 1 → УР. 2

— Во, — как мало нужно для счастья. — Но могли бы и больше, конечно.

Я прилёг на пару часов, больше из необходимости, чем из желания. Организм требовал отдыха, и я не мог отказать.

Сны были беспокойными. Я видел себя на охоте, видел огромного зверя с клыками размером с мою руку. Видел, как копьё ломается при первом же ударе. Видел, как зверь рвёт меня на части.