«Он использует монстров как прикрытие», — произнёс я телепатически.
Моргнув, Скрежет повернул ко мне все глаза.
— Поясни.
«Подумай, город в хаосе, стража занята обороной. В такой ситуации легко избавиться от неугодных. Бандиты, мятежные аристократы, все, кто не вписывается в его идеальный порядок — их можно списать на „трагические жертвы нападения монстров“. Чистка под шумок, тем более что они все действительно ослабли после атаки летающих тварей».
После недолгого раздумья Скрежет вдруг издал протяжный, скрипящий вздох.
— Я был слеп, — медленно произнёс он. — Я думал, Готорн — это про порядок. Пусть жёсткий, но справедливый. Многие верили, что он защитит город, даже если ему придётся пойти на жертвы, но, похоже, никто из нас не понимал, какие на самом деле жертвы он готов преподнести…
Он не закончил свою мысль, но я понял. Скрежет осознал, что в такой ситуации Подполью никак не договориться с властью мэра.
— Все боятся, в итоге все развитие теперь стоит, — продолжил Скрежет, словно подводя итог.
Я посмотрел на разложенные бумаги. Наша модель работы, с моей же подачи, была построена на торговле, а торговля умерла. Сейчас нас душила даже не целенаправленная блокада Готорна, а общий экономический коллапс.
«Значит, нам нужно изменить подход», — сказал я.
— Но как?
Я оглядел квартиру. Девушки всё ещё копошились в углу, разматывая рулоны ткани и пытаясь навести хоть какой-то порядок. Одна из них — худенькая эльфийка с перевязанной рукой — случайно уколола палец иглой и тихо вскрикнула.
— Ты в порядке? — её подруга полуорчиха подскочила к ней.
— Всё нормально, просто… нервы, — эльфийка поспешно засунула палец в рот. — Не могу сосредоточиться.
Они обе были на грани срыва. Я это видел — в их дрожащих руках, в том, как они вздрагивали от каждого звука снаружи.
Напряжение висело в воздухе.
«Скрежет, Готорн нас недооценивает».
«Поясни».
Я подошёл к окну, глядя на пустынную улицу внизу — город замер в тревожном ожидании. Люди прятались по домам, улицы патрулировали редкие отряды стражи. Паника ещё не переросла в хаос, но она была близка.
«Мэр занят. У него две задачи: подготовка к следующей Волне и удержание контроля над городом. Он должен убедить жителей, что всё под контролем, что он их защитит. Это требует времени и ресурсов».
«И?»
«И в этой его занятости — наше преимущество. Пока он латает дыры в обороне и успокаивает толпу, мы можем действовать».
Скрежет задумчиво поскрёб одной из лапок по краю стола.
«Ты предлагаешь и нам тоже использовать этот хаос в наших интересах».
«Именно. Например, у нас есть то, что сейчас ой как нужно гильдиям».
«Деньги из банка Гольдштейна?»
«Не просто деньги. Их деньги, которые торговцы доверили банкиру. Теперь они у нас».
Скрежет замер. Я почти физически ощутил, как его ум просчитывает варианты.
«Ты хочешь шантажировать гильдии».
«Я хочу предложить им сделку».
В этот момент дверь распахнулась с таким грохотом, что девушки вскрикнули и уронили всё на пол.
В проём вошла Лиандри. Точнее, ворвалась.
На ней была новая броня — изящная, пафосная, яркая, грозная. Тёмная кожа, укрепленная металлическими пластинами, облегала всю её фигуру, подчёркивая каждую линию. Наплечники украшали гравированные руны, а на груди красовался стилизованный цветочек.
— Ну как? — она развела руки и медленно покрутилась, демонстрируя обновку. — Впечатляет?
«Лиандри, у нас стратегическое совещание».
— О, я как раз вовремя! — она проигнорировала замечание и продолжила восторженно рассказывать. — Это броня того жирного наркобарона! Ты же видел её, Костяша? Морг не мог её носить из-за своего пуза и та просто пылилась, как дорогая статуя. Ну, я её немного… перекроила.
Она подмигнула мне.
— Отдала в химчистку. Хотя на самом деле ребята из Подполья поработали над ней и использовали несколько редких компонентов из домашней лаборатории Элары, которые она оставила. Теперь это шедевр!
Лиандри с глухим звоном постучала кулаком по нагруднику.
— Лёгкая, прочная, и… — она слегка наклонилась вперёд, понизив голос до заговорщического шёпота, — усиливает мою огненную магию. Круто, да?
«Очень практично», — сухо ответил я.
— Практично⁈ — она фыркнула. — Костяша, это произведение искусства! Ты вообще умеешь ценить красоту?
«Когда красота помогает выжить — да».
Лиандри закатила глаза, но улыбка не сошла с её лица. Она подошла к столу, опёрлась на него руками и посмотрела на меня и Скрежета.
— Ладно, хватит лирики. Что там у вас за совещание? Планируете что-то грандиозное?
Я кивнул.
«Садись. Тебе это понравится».
Лиандри плюхнулась на единственный уцелевший стул, закинув ногу на ногу и я продолжил.
«У нас есть рычаг давления на гильдии — деньги Гольдштейна. Мы можем использовать это».
Лиандри прищурилась.
— Шантаж?
«Да что вы все про шантаж, да шантаж. Всего-лишь деловое предложение».
— Ага, конечно, — она усмехнулась. — Звучит очень… дипломатично.
«Мы не бандиты, Лиандри. Мы предлагаем взаимовыгодное сотрудничество. Они получают свои деньги обратно, мы получаем контакты и поддержку».
— И кто будет доставлять это предложение? — между делом спросил Скрежет.
Я задумался. Нужен был кто-то, кому можно доверять, и кто при этом не будет выглядеть угрожающе для представителей гильдий.
«Думаю, Фенрис подошла бы. У неё уже получилось договориться с Валерианом, она умеет находить общий язык с людьми».
Скрежет помедлил, его многочисленные лапки замерли в раздумье.
«Хорошая мысль. Она не выглядит угрожающей, приятная манера общения. Для гильдий это будет выглядеть как деловое предложение, а не ультиматум от бандитов».
Я подошёл к девушкам и окликнул её.
«Фенрис, у меня есть к тебе вопрос».
Она вздрогнула, но приблизилась.
— Слушаю.
Я провёл её в комнату и коротко объяснил ситуацию. Фенрис молча слушала, её взгляд постепенно становился более сосредоточенным.
— Значит… если я донесу это послание до гильдий, мы сможем получить их поддержку? — медленно произнесла она.
«Возможно. Это наш лучший шанс обеспечить городу ресурсы для обороны».
Она замолчала, обдумывая сказанное. Её уши дёрнулись, хвост чуть приподнялся.
— Я… я сделаю это, — твёрдо сказала она. — Если это поможет спасти город, я не могу просто сидеть сложа руки.
Скрежет одобрительно зашелестел лапками.
«Отличное решение. Я уверен, ты справишься».
Фенрис выпрямилась, наполняясь решимостью.
— Продиктуй текст послания.
Я начал диктовать, а она записывала.
«Господа главы гильдий. Ваши активы, неосмотрительно доверенные покойному банкиру Исааку Гольдштейну, находятся у нас на ответственном хранении. „Подполье“ готово обсудить условия их возврата в обмен на взаимовыгодное сотрудничество в это непростое для города время».
Когда она закончила писать, то посмотрела на меня с лёгкой неуверенностью.
— Это… звучит довольно жёстко.
Скрежет подался вперёд, его множество глаз сфокусировалось на Фенрис.
— От этого зависят жизни многих. Гильдии должны понять, что единственный шанс выжить — это сотрудничество.
Фенрис выпрямилась. Неуверенность в её глазах сменилась решимостью. Она крепко сжала листки в руке.
— Вы правы. Я справлюсь.
Я машинально протянул руку и погладил её по голове.
Фенрис замерла. Её уши дёрнулись, щёки слегка порозовели.
— Костяша…
Лиандри прыснула.
— О-о-о, Костяша, не при всех же!
Я убрал руку, осознав, что сделал это автоматически. Странно, а ведь просто увидел, как она старается быть храброй, и рука сама потянулась. Как будто какой-то забытый рефлекс из прошлой жизни.
«Просто… удачи тебе», — произнёс я, игнорируя насмешку Лиандри.
Смутившись, Фенрис мне кивнула. Она аккуратно сложила листки в кожаную сумку, хвост всё ещё слегка покачивался.
