— А вот это пригодится! Я волновалась о том, что ростовщики потребуют за дом Рейгара больше, чем заплатили. Впрочем, всё давай. Пригодится!
И я потёрла ладони. Оракул брал бешеные баллы за доступ к рецептурному справочнику, а тут — живая энциклопедия злодейской алхимии. Глупо отказываться от кэшбэка!
— И это ещё не всё, — добавила Аврора-Гардея и ехидно глянула на мужа. — Мой благоверный тоже отплатит знаниями. У Фенрикса в закромах есть такие секреты, которые он даже от меня утаил. Например, он знает, как активировать «Бездонный погреб» — древнее заклинание, превращающее любую кладовку в склад с идеальным температурным режимом, где продукты не портятся десятилетиями. А ещё умеет призывать магических дождевых червей, которые рыхлят землю лучше любого культиватора и попутно уничтожают личинок майского жука.
Фенрикс аж поперхнулся и, выронив тяпку, вытаращился на жену:
— Ты… откуда ты об этом знаешь? Я об этом только Авроре говорил!
Гардея звонко рассмеялась, отчего её новый бюст опасно колыхнулся.
— Дурачок ты, Фенрикс. Неужели до сих пор не догадался, что я и есть твоя Аврора. Настоящая. Та самая злодейка, которая когда-то женила на себе дракона, заложила его дом и выкрала детей. Когда меня вышибло из родного тела, то изрядно помотало по мирам, а потом втянуло в пустую оболочку Гардеи. Я планировала использовать твою силу, чтобы исполнить мечту и стать стройной красавицей… Но баба Ава оказалась проворнее.
Наступила тишина. Даже русалка перестала жевать попкорн, а Рейгар медленно положил руку на эфес меча, мрачно глядя на нынешнюю «мини-Аврору». Колдун внезапно расплылся в такой блаженной улыбке, что его лицо стало похоже на печёное яблоко. Он подошёл к жене и, не побоявшись получить тяпкой, осторожно взял её за руку.
— Так вот почему я так быстро проникся к тебе симпатией! — нежно выдохнул он. — А я-то думал, дело в каком-нибудь привороте. Ведь настоящую Гардею я ненавидел всеми фибрами души — она была злобной, неуживчивой и воровала парики. А в тебя… в тебя я влюбился с первого взгляда, как только ты попросила обучить тебя истинному злодейству. А ведь я абы кого не беру в ученики. Почувствовал родную кровь!
Злодейка фыркнула, но руку не отняла.
— Влюбился он… Ладно уж, «полумуж», пошли в огород. Будешь показывать бабе Аве своих червей. По счетам надо платить… Ой!
Она вдруг вытаращилась и, зажав рот, испуганно посмотрела на колдуна.
— Если ты о долге за обучение, — великодушно промолвил тот, — то я его тебе прощу!
— Правда? — обрадовалась Аврора-Гардея.
— Да, — часто-часто закивал колдун и мечтательно закатил глаза: — За пять… Нет! За десять брачных ночей.
— Тебе жить надоело? — тут же посуровела злодейка, но всё же неохотно бросила: — Ладно… Будет тебе ночь. В склепе!
Я смотрела на эту идиллию и чувствовала, что жизнь налаживается. Рецепты зелий, магический погреб и автоматическая вспашка — это стоило каждого потраченного балла.
— Дорогой? — я обернулась к Рейгару и ласково улыбнулась. — Видишь, как всё сложилось? Злодеи пристроены, секреты выведаны…
Но договорить не успела. Из густых зарослей шиповника, с треском ломая ветки, вылетело нечто огромное, зелёное и крайне неврастеничное. Огромный орк с вытаращенными, налитыми кровью глазами нёсся прямо на нас. В его лапищах, как боевой топор, опасно свистела моя любимая тяпка с гравировкой на черенке.
Магия сработала раньше, чем я успела осознать, что происходит. Годы работы в медицине приучили: секунды спасают жизни.
— Ко мне! — рявкнула детям. — Быстро!
Мальчишки только охнуть успели, как я сгребла всех троих в охапку. Пальцы машинально сплели в воздухе жест, который я сделала ещё в первый день своего попадания. Вспышка — и нас накрыло полупрозрачным мерцающим куполом. Мощным и плотным, как стерильный бокс в реанимации.
А Рейгар, движимый инстинктом защитника семьи, уже сорвался с места. Сталь его меча с лязгом покинула ножны, и генерал в один прыжок перегородил дорогу незваному гостю, вытянув клинок в сторону зелёного чудища.
— Стой, тварь! — голос Рейгара прозвучал как раскат грома.
Казалось, ещё секунда, и получится крокодилье мясо на шпажке, но орк, проявив чудеса акробатики, кувырнулся в воздухе, чтобы не насадиться на меч. Приземлившись на ноги, он выставил перед собой тяпку. Раздался оглушительный звон — садовый инвентарь, как ни странно, выдержал удар закалённой стали. Может, он был пропитан магией?
— Я свой! — заголосил орк, пятясь и отчаянно махая свободной рукой. — Грок пришёл не убивать! Грок пришёл орать!
— Свой? — холодно хмыкнул Рейгар.
И он замахнулся для смертельного удара, и его лицо превратилось в суровую маску воина, который защищает семью.
— Погоди! — крикнула я из-за купола, не выпуская притихших детей. — Посмотри на орка, он же в ужасе!
Орк действительно выглядел так, будто только что увидел налоговую инспекцию, присланную из самой бездны. Он прижал тяпку к груди, будто в соломинку вцепился, и заверещал, указывая пальцем другой руки куда-то в сторону векового дуба, под которым земля как-то странно почернела:
— Пустота! Она идёт! Слышать? Оракул разбудить Вершителя! Все мы — трупы! И вы, и я, и даже этот крылатый ящер! Если не объединить силы, здесь быть лишь пепел и тишина! Мы все умирать!
Я опасливо посмотрела на дуб. У его корней начал клубиться иссиня-чёрный дым. Он коснулся травы, и та мгновенно обуглилась и рассыпалась в серую пыль. У меня от увиденного по коже пробежал морозец.
— Рейгар, опусти меч, — скомандовала я, медленно гася купол, но не убирая рук с плеч мальчиков. — Кажется, у нас возникла проблема, которую нельзя решить обычной прополкой.
Орк Грок рухнул на колени, всё ещё сжимая тяпку, и посмотрел на меня с такой надеждой, будто я была его единственным шансом на выживание.
— Леди Баба! — пролепетал он. — Умолять… Спасать Грока!
— Ну что, соколики? — вздохнула я, глядя на просыпающееся древнее зло. — Похоже, нам предстоит битва с самым главным боссом этого мира.
Глава 36
Когда пламя бессильно
— В дом! Все в дом, живо! — мой тон, закалённый десятилетиями команд в процедурном кабинете, не терпел возражений.
Я подтолкнула притихших мальчишек к тяжёлым дубовым дверям. Орк Грок, забавно подпрыгивая и прижимая к груди мою любимую тяпку, обогнал нас и просочился внутрь первым. Фенрикс, бледный как больничная простыня, буквально потащил за собой Аврору-Гардею, чьи новые формы сейчас только мешали ей быстро бежать. Грудь постоянно перевешивала!
Я замерла на пороге, вцепившись пальцами в холодную каменную кладку косяка.
Воздух в одно мгновение стал тяжёлым, как мокрое одеяло. Запахло озоном, горелой листвой и чем-то приторно-сладким, напоминающим запах старой аптечки, которую не открывали лет сорок.
Солнечные лучи, ещё минуту назад ласкавшие мою кожу, теперь пробивались сквозь набежавшую хмарь тонкими, болезненно-жёлтыми иглами. В небе истошно закричала одинокая птица — какая-то серая птаха стремительно улетала прочь от чернеющего дуба.
— Рейгар! — с ужасом выдохнула я, и сердце пропустило удар.
Мой генерал остался во дворе. Стоя спиной ко мне, он решительно развёл руки в стороны, и на миг полыхнуло ослепляющей магией. А когда я проморгалась, мужчина исчез. Вместо него, заполняя собой всё пространство перед крыльцом, развернулся дракон.
Золотая чешуя вспыхнула под тусклым солнцем, как тысячи начищенных золотых монет. Громадные крылья подняли вихрь пыли, заставив тяжёлые бархатные портьеры на окнах первого этажа яростно забиться.
Дракон взревел, и звук был такой силы, что в буфете жалобно звякнуло серебро и оловянные кубки.
Чёрный дым у корней дуба оформился в нечто… никакое. Это был не монстр с зубами, вопреки моим ожиданиям. Сама пустота в форме человека. Без лица, без объёма, просто прореха в реальности.
Рейгар выгнул шею. Я увидела, как в его горле зарождается сияние — ярко-оранжевое, переходящее в ослепительно белое.
