Убийца легенд (СИ) - Каменистый Артем

Солнце, что повисло над их головами, с освещением не помогло.

Потому что цвет его чернее самой чёрной ночи.

Врезали первые кривые молнии, сотканные из того же непроглядного мрака, покатились по земле кони и всадники. Кто-то закричал перепугано; кто-то взвыл от нестерпимой боли; разгоняя тьму, засверкали там и сям разряжающиеся амулеты и защитные навыки. В их отблесках меня разглядели многие, и реакция врагов оказалась ненормальной.

Южане, избиваемые смертоносной чернотой, уставились потрясённо, будто привидение увидели. Многие при этом выкрикивали что-то удивлённо-бессвязно, и этот потрясённый ропот оказался столь громогласным, что заглушил вопли тех, кого убивала и калечила боевая магия.

Но долго выслушивать их не пришлось, потому что мой самый мощный магический навык децибелами на порядки превосходил Чёрное солнце юга. Да и оптические эффекты несравнимы. Засверкало, загремело, заплясали настоящие молнии, пропитывая округу жестоким электричеством. Несмотря на то, что земля давно ссохлась без дождей, тела людей и туши лошадей содрогались, будто неудачные умертвия, что пытаются подняться по воле некроманта-неумёхи.

Из потока перепуганных всадников вырвался одинокий всадник, вскидывая над головой жезл. Маги — это прекрасно, но Рунный мародёр ещё не перезарядился, потому церемониться нет смысла. Швырнул Сгусток липкого пламени и следом отправил Лезвие. Мог бы и привычными навыками обойтись, но захотелось узнать, как новые приобретения работают против волшебников.

То ли маг был совсем так себе, то ли оба приобретения диво как хороши, но результат оказался идеальным. Сгусток ударил по сработавшему Воздушному щиту, брызнул искрами, теряя часть заряда и прошёл дальше, через защиту ударив с такой дурью, что верхнюю половину тела южанина разорвало в горящие клочья. Конь, испуганно заржав, помчался прочь, унося в седле нижнюю часть бедолаги-волшебника, но далеко не убежал.

Лезвие, срезав животному голову, притормозило, и тут же рвануло в сторону основной массы всадников. Рубануло одного, и, замедляясь, задело ещё двоих, после чего замелькало туда-сюда, будто взбесившийся бумеранг. И каждое изменение траектории порождало всё новые и новые трупы.

Гнев грозовых небес отгремел и, похоже, второй не потребуется. Южане, только что считавшие себя хозяевами степи и направлявшиеся карать слабаков-кочевников, удирали в ночь поодиночке, позабыв про всякое подобие управления. Каждый сам по себе, ни один офицер даже не дёрнулся остановить панику. А ведь их всё ещё много оставалось, уж точно не меньше половины. Однако нет — пара массовых ударов и продолжавшее порхать Лезвие чуть ли не мгновенно довели врагов до позорного состояния.

А ведь сбылась моя давняя мечта. Я действительно стал магом.

Опасным боевым магом, способным в одиночку запросто разгонять толпы врагов.

Теперь надо как-то вторую мечту до ума доводить.

Куда более сокровенную мечту.

Пора становиться рунным мастером.

Опасным рунным мастером.

Глава 14

Скопившиеся дела

Столица Мудавии меня встретила тем, чем и должна была встретить столица Мудавии — тотальным бардаком. Разве что на этот раз в посаде не пришлось схлестнуться с бунтовщиками (как произошло после первого долгого вынужденного отсутствия), а в остальном разница почти не ощущалась.

Какие-то оборванцы с вороватыми рожами на пути к стене оценивающими взглядами изучали окта и бесхитростно предлагали бесплатно выпить и заодно сыграть в кости с порядочными людьми. Барышни наперебой предлагали услуги интимного характера, причём некоторые из них годились мне в бабушки и все поголовно не дружили с гигиеной. С одной стороны долго преследовал настойчивый уличный торговец, похожий на головореза. Он всеми способами уговаривал меня купить изгвазданную в крови рубаху, «достойную такого богатого молодого человека». С другой стороны за ногу цеплялись попрошайки, норовя добраться до кошелька и настойчиво требуя дать им денег в долг под хороший процент.

Я, как бы, личность популярная, но сходу меня почему-то не узнали.

Более того, меня не узнали даже на воротах. Солдаты, дежурившие на них, оказались незнакомыми, причём на мудавийцев не походили. Да и по говору явные равийцы. Скорее всего — очередное подразделение из давно обещанного пополнения прибыло в моё отсутствие.

По-идее, имперские войска — эталон дисциплины и порядка. На деле охранники полностью игнорировали пешеходов, зато вовсю шерстили подводы с грузами, требуя с возниц свою долю товарами или деньгами. Те, кого к взяточничеству не привлекли, расположились в тени от башни, где устроили массовую игру в азартные игры.

Одинокий богато одетый всадник некоторых заинтересовал. Один даже спросил, кто я такой и что здесь делаю, на что я высокомерно предложил ему захлопнуть пасть и никогда её не раскрывать в присутствии благородных особ.

Как ни странно, заяви я такое мудавийцам, и результат предсказать сложно. У местных жителей аристократии, как таковой, давным-давно нет, эта особенность государственного строя своеобразно сказывается на общественном сознании. Говоря проще, большинству не то, чтобы плевать на мой статус, они просто никогда не сталкивались с благородными привилегиями. Однако в Раве у простолюдина-солдата в такой ситуации лишь два варианта: позвать офицера или молча проглотить оскорбительные слова и почтительно склониться.

Что рядовой и сделал.

Мысленно сделал заметку, что надо приготовить трёхведёрную клизму со скипидаром и для офицера, которого я здесь не наблюдаю и для тех, кто обязаны следить за состоянием охраны городских ворот. Пока я тут самолично всем распоряжался, ни для кого исключения не делали, и в обязательном порядке ставили грамотных стражников. Те каверзными вопросами проверяли всех входящих, благодаря этому удалось разоблачить несколько агентов Тхата и опасных преступников.

На улицах тоже хватало беспорядка. Район, прилегающий к южной стене, всегда отличался повышенной антисанитарией, но то, что здесь творилось сейчас, даже канализационных крыс в уныние приводило. Улицы превращены в лагеря беженцев, люди местами располагались прямо на земле, без намёка на укрытие. Дети босиком носились по нечистотам, от них с кудахтаньем разбегались мелкие мудавийские куры. Еду готовили на самых примитивных очагах, устроенных возле сливных канав, а где брали воду, даже не хочется знать. Также здесь повсюду, где можно и нельзя располагался рогатый скот, меж коровами и баранами бродили пастушьи псы, частенько отмеченные язвами кожных болячек. Что это бесчисленное стадо делает в городе — непонятно. Бойни располагаются в другой стороне, у северных ворот, и пропускная способность их такова, что столь безумное количество животины через мясников и за две недели не провести.

Да и где хранить столько мяса? Ледников раз-два и обчёлся, коптить и солить — трудоёмкие и длительные процессы.

Ещё одна мысленная заметка.

Пока добрался до миссии, от подобных наблюдений голова распухла. Начал понимать, почему меня так упорно отговаривали от похода. Война войной, но упускать из виду ситуацию в столице нельзя, здесь явно не хватает единоначалия.

Хотя бы изредка следует устраивать некоторым подчинённым «скипидарную клизмотерапию». Как показывает практика, на короткий срок этой процедуры хватает. Да, идеальный порядок в Мудавии невозможен, но что-то на него похожее местные (при должном и регулярном насильственном стимулировании) изобразить способны.

Охрана имперской миссии бдела и меня, наконец, заметили. Причём встретили, как полагается, сразу не пропустили. Сочли одинокого десницу в изгвазданной одежде слишком подозрительным явлением. Как и предписывали правила, привели одного из наших немногих магов. Волшебник он так себе, почти бесполезный, с единственным навыком, причём не боевым. Достался он ему случайно вместе с набором стартовых атрибутов, за какое-то неожиданное достижение, повторять которое бессмысленно — бонус одноразовый. Умение позволяло определять истинную внешность тех, кто скрываются под иллюзиями и обнаруживать невидимок. Естественно, разоблачает не всех и не всегда, но большую часть низовых противников, в теории, выявлять должно.