Последняя битва-2 - Сугралинов Данияр

— Послан сюда. Исследовать мир. Убедиться, что нет Новых богов. Захватить континент для народа. Защищать до прихода мастеров.

Образы хлынули в мой разум — понятные, но нечеткие, искаженные восприятием абсолютно чужеродного существа. Церемония отправки: Ушедшие в мерцающих одеждах стоят у Оси. Их лица — геометрические узоры из света. Один указывает на Абисмикса в защитном коконе. Другой вручает Абисмиксу частичку Древнего бога.

— Тебя отправили в Бездну, и ты попал на этот Меаз? Ты понял, что это копия континента в Дисгардиуме?

— Да. Должен был освободить пространство. Развернуть Покров. Основать Новый Нексус. Активировать Ось. Удержать до прихода мастеров.

Новое видение: Абисмикс, материализовав боевой модуль — функциональный треножник до неба, выжигающий все живое, — планомерно прочесывает континент. Я понимаю, что и это — младенец, которого каждый видит по-своему. Под влиянием материализовавшихся иллюзий-кошмаров гибнут драконы, животные и разумные йожи, населявшие бета-Меаз.

Оставалось загадкой, что произошло с Ушедшими бета-мира, если к приходу Абисмикса их здесь не было. Сгинули вместе со всеми остальными неписями и богами? Или вся фракция была создана как единственная на все версии Дисгардиума? И такое возможно, учитывая, что именно Ушедшие, послав Спутника, пробились в Бездну первыми.

— И ты справился, судя по тому, что я вижу, Абисмикс.

— Да. Священная земля для народа Лобона расчищена. Зерно Нового Нексуса посеяно. Покров поставлен. — В его голосе я уловил оттенок гордости воина, выполнившего приказ.

— А потом?

— Ждал. Мастера должны были прийти через Ось. Заселить Нексус. Дать покровительство разумным Бездны.

Картина ожидания: Абисмикс в компактной форме сидит на вершине холма, глядя в монотонное статичное небо. Дни сменяются годами, годы — веками, века — тысячелетиями. Но Ось, сработавшую однажды, Ушедшим запустить больше не удалось.

— Сколько ждал?

— Тысячи лет. Много тысяч.

Боль в его голосе заставила меня поморщиться. Столько преданности — и все впустую. Интересно, он «ждал» еще до прихода бета-тестеров в мир или явился сюда, когда бета-мир начал вымирать?

— А когда начали приходить чужие? — спросил я. — Может, ты помнишь меня? Или таких, как я?

— Сначала приходили разные. Все слабые. Все чужие. — Абисмикс дернул щупальцем. — Земля для народа Лобона. Священная. Не мог пустить. Потом приходили сильные. Как ты. Но все равно слабые. Прогнал. Предупредил. Пришли снова. Снова прогнал. Больше не приходили, только ты, ты и такая, как ты, и вот снова ты. Один.

Его слова сходились с тем, что рассказывала Макс, а потом, когда он показал образы приходивших чужаков, я окончательно убедился: он и есть ужас бета-Меаза.

Я узнал себя в последних образах, даже в искаженном восприятии Абисмикса. И увидел его глазами себя: вроде бы сильный разумный, но несвободный, заточенный в плен своих страхов.

— Мой страх… Ты его нашел и воплотил. Ты читаешь мысли?

— Мысли лгут. Я сканирую душу. Нахожу страх… Воссоздаю его.

— Иллюзиями?

— Нет. Делаю реальным. Так защищаю землю.

— И никто не прошел сквозь Покров? Смысл? Ведь Покров Лобона непроницаем.

— Без связи со Священной землей. Истончился. Любой чужак был угрозой.

Вздохнув, я покачал головой. Получалось, что пробить магическую пелену бета-Меаза было возможно, но, даже если бы мы с бета-тестерами проникли сюда, это не принесло бы нам никаких плодов.

— У тебя не было права, — прочтя мои мысли, сказал Абисмикс. — Развоплощение было неминуемо. Но теперь право есть.

— И что дальше? — поинтересовался я.

— Теперь служу новому мастеру. Тебе. Ожидание закончено.

Он развернулся ко мне всем телом и протянул щупальца и антенны, касаясь моих рук.

И без системных уведомлений было понятно, что Абисмикс признал меня своим мастером.

— Что прикажете, мастер? Покров снять? Продолжить ждать? Зачистить планету?

— Ждать тебе некого: народ Лобона давно сгинул, — сказал я прямо. — Им так и не удалось запустить Ось. Об Ушедших не осталось даже легенд.

— Сгинули… — В этом слове была вся тяжесть напрасного ожидания.

— Но я их наследник, Абисмикс, так что не вешай нос! — ухмыльнулся я.

Как ни крути, а такой зубодробительный спутник рядом — еще один козырь. Козырище! И сочувствовать ему никак не получалось.

— Покров Лобона в том мире снят, а вассалы и Спутники присягнули мне. И есть новая цель. Знаком ли ты с пророчеством Первого оракула? Пророчеством Лобона?

— Истинный Враг пришел в Дисгардиум? — Абисмикс вздрогнул. Раковина вспыхнула гневным алым светом.

— Да. А та, что когда-то сюда приходила, сейчас стала единственной правящей богиней в Дисгардиуме. Мне нужна твоя помощь, чтобы справиться с ними двумя.

— Да, помогу! — Он выпрямился, антенны напряглись. — Долго ждал настоящего дела. Но энергии мало. Нужны частицы Хаоса.

— Энергию найдем. — Я влил в него преобразованное хао. — А сейчас убери Покров, он мне мешает.

Не возражая, Абисмикс показал мне структуру Покрова Лобона — сложную энергетическую сеть, опутывающую весь континент хаотическими нитями силы. Следом он выпустил из раковины десяток щупалец, и каждое заискрилось багровой энергией.

Я ощутил, как завибрировало пространство, искажаясь и перестраиваясь. Покров Лобона начал рассыпаться слой за слоем, словно лопались мыльные пузыри.

— Готово, мастер. Барьер снят.

Я кивнул и активировал Глубинную телепортацию, ясно представляя замок Макс.

На этот раз телепорт сработал без сбоев…

Когда мы с Абисмиксом материализовались в знакомой гостиной, сработала защита замка: воздух наполнился светящимися рунами, стены засветились предупреждающим кровавым заревом. По мраморному полу разбежались искры, готовые поразить незваных гостей. Но не успели активироваться боевые артефакты, как телепортировалась Макс в полном боевом облачении и одним резким жестом все отключила.

Увидев меня, она застыла на секунду, не веря глазам. Щелчок, и ее доспехи исчезли, оставив девушку в одном сарафане.

Мы смотрели друг на друга, и с каждым мгновением ее дыхание учащалось, а щеки и нос покрывались румянцем. Рыжие волосы растрепались, зеленые глаза широко распахнулись. И я видел, как в них мелькнули сразу несколько эмоций: радость, облегчение… и недоверие. Без интерфейса сложно поверить одной внешности, когда в мире только видов оборотных зелий существует с несколько десятков.

— Кто ты? — требовательно спросила охотница.

— Скиф.

— Если ты — он, — задумчиво произнесла она, — то должен знать, ради чего мы собирали Зелье сопротивления…

— … контролю разума, — перебил я. — Ради Меаза. Чтобы пробиться под его магическую пелену.

— Скиф! — выдохнула она, не двигаясь с места. — Это… это правда ты? Ты… ты правда вернулся?

Между нами повисла странная пауза. Макс стояла в нескольких шагах. Ее кулаки были сжаты, словно она удерживала себя от порыва. Я знал, что она хотела броситься ко мне: весь ее облик говорил об этом. Но не бросалась.

— Макс… — начал я, делая шаг вперед.

Тогда она не выдержала — ринулась навстречу, но в последний момент замедлилась, словно вспомнив о чем-то. Ее объятие получилось каким-то осторожным, неполным: руки обвили шею, но тело не прижалось так, как могло бы.

— Ты обещал вернуться, — прошептала она мне в плечо, голос дрожал. — Я знала, что ты не оставишь нас!

От ее близости внутри все перевернулось, резко нахлынули воспоминания о том, как мы жили долгие тоскливые месяцы в бета-мире вместе. Тогда я потерял надежду вернуться, все шло к тому, что я был обречен оставаться там до момента, пока мое реальное тело не умрет, или навечно. Только поддержка Макс помогла мне остаться самим собой… и найти в итоге выход.

— Прости, что задержался…

Я крепко обнял ее в ответ, вдыхая знакомый аромат волос, но Макс отстранилась, хотя руки еще лежали на моих плечах. Я был ей за это благодарен, ведь словно прожил две жизни и в каждой полюбил рыжую красавицу: одну звали Ритой, другую — Макс. Но когда оказалось, что вторая жизнь — лишь эпизод в первой, мне пришлось подавить все, что я чувствовал к Макс. Но подавить — не значит убрать. Сейчас старые эмоции всколыхнулись, и это было близко к предательству Риты. Отстранившись, Пять-четыре уберегла меня от этого.