— Тут что, групповая терапия? Кому какое дело, кажется ли Ворону, что ему угрожают?
— Мне, — мрачно отрезает Скрипучка.
— Лагос же был просто горгульей. Пылесосом, засасывающим информацию. Я не думаю, что он участвовал в настоящих тайных операциях… Если бы участвовал, то не расхаживал бы в таком прикиде.
— Тогда почему, по-вашему, Ворон так нервничал?
— Наверное, ему не нравится находиться под наблюдением, — говорит Хиро.
— Да, — отзывается Скрипучка. — И вам следует об этом помнить.
Тут Скрипучка зажимает рукой ухо, чтобы лучше слышать бормочущие в наушниках голоса.
— И.В. видела, как это произошло? — спрашивает Хиро.
— Нет, — несколько секунд спустя бормочет Скрипучка. — Но она видела, как он отсюда сматывался. Она следует за ним.
— Зачем ей это делать?
— Думаю, вы ей велели что-то подобное.
— Я и подумать не мог, что она сорвется за ним следом.
— Но она же не знает, что он кого-то убил, — говорит Скрипучка. — Она просто позвонила сказать, что его видела: он на «харлее» едет в Чайнатаун.
Тут Скрипучка внезапно бросается вниз по насыпи. На обочине трассы ждут с включенными моторами пара машин Стражей Порядка.
Хиро бежит следом. После стольких боев на мечах он в великолепной форме, и ему удается нагнать Скрипучку, когда тот еще только-только подбегает к машине. Как только водитель открывает электрические замки дверей, Хиро, воспользовавшись тем, что Скрипучка отвлекся, садясь вперед, пулей залетает на заднее сиденье. Повернувшись, Скрипучка глядит на него с усталым отвращением.
— Я буду вести себя тихо и никому не помешаю, — обещает Хиро.
— Только одно…
— Знаю. Не связываться с Вороном.
— Вот именно.
Скрипучка еще несколько секунд свирепо на него смотрит, потом поворачивает и жестом приказывает водителю трогать. Нетерпеливо вырвав из принтера в приборной доске десять футов распечатки, Скрипучка начинает просматривать сообщения.
На этой длинной бумажной ленте Хиро замечает множество фотографий важного Жутика, бородача, которому Ворон отдал чемоданчик. На распечатке он назван «Ти-Боун Мерфи».
Есть там и снимок Ворона. Это не портретный снимок анфас, Ворон пойман в движении. Качество ужасное. Снимок сделан с помощью какой-то оптики высокого разрешения, которая вымывает цвет, понижает контрастность и увеличивает зерно. Изображение, похоже, обработали, чтобы сделать его четче, но от этого оно стало еще более зернистым. Номерной знак мотоцикла — просто размытая облатка, потерявшаяся в свечении задних фар. Байк сильно кренится, так что коляска летит в нескольких дюймах над землей. Но у байкера словно нет шеи. Его голова или, точнее, темный мазок на ее месте становится все шире и шире, пока не переходит в плечи. Определенно Ворон.
— Откуда у вас тут фотография Ти-Боуна Мерфи? — спрашивает Хиро.
— Он за ним гонится, — отвечает Скрипучка.
— Кто гонится за кем?
— Ну, ваша приятельница И.В. — далеко не корифей радиоэфира, но, насколько можно судить по ее сообщениям, их видели в одном и том же месте: они пытались убить друг друга, — говорит Скрипучка. Голос у него приглушенный и безучастный, как у человека, получающего в наушники последние сводки.
— Несколько часов назад они заключили какую-то сделку, — задумчиво говорит Хиро.
— Тогда чего удивляться, если сейчас они пытаются убить друг друга?
Как только они въезжают в предместье Чайнатауна, преследовать «шоу Ти-Боуна — Ворона» становится намного проще: от одной машины «скорой помощи» до другой. Через каждые пару кварталов налицо кучка полицейских и санитаров, свет прожекторов и кашель радио. Стражам Порядка остается только переезжать от одной сцены к другой.
На месте первого же происшествия на тротуаре лежит мертвый Жутик. Из его тела вытекает в канализационный люк река крови в шесть футов шириной. Вокруг стоят санитары, курят, попивают кофе из пластиковых стаканчиков и ждут, когда Стражи Порядка закончат измерять и фотографировать и позволят увезти тело в морг. Никаких трубок внутривенного вливания, никакого медицинского мусора, никаких открытых врачебных чемоданчиков — никто даже не пытался что-либо сделать.
Через два поворота машина Скрипучки выезжает к следующему созвездию мигалок. Здесь водитель «скорой помощи» надевает на сломанную ногу метакопа жесткую повязку.
— Переехан мотоциклом, — говорит Скрипучка, качая головой с традиционным для Стражей Порядка пренебрежением к своим жалким младшим родственникам — метакопам.
Наконец он переключает радио с наушников на динамик в приборной доске, чтобы всем было слышно.
Мотоциклиста уже и след простыл, и, судя по всему, местные копы по большей части заняты устранением последствий гонки. Но только что позвонила некая гражданка с жалобой: дескать, человек на мотоцикле и еще несколько лиц вытаптывают в ее квартале поле хмеля.
— В трех кварталах отсюда, — говорит водителю Скрипучка.
— Поле хмеля? — переспрашивает Хиро.
— Я знаю, где это. Возле местной микропивоварни, — бросает Скрипучка. — Они выращивают собственный хмель. Городские садовники работают на них по подряду. Иными словами, самую тяжелую работу за них делают китайцы.
Когда они, первыми из представителей властей, приезжают к пивоварне, становится ясно, почему Ворон дал загнать себя на хмельное поле: лучшего укрытия и не придумать. Хмель — тяжелые ползучие плети в цвету, которые растут на шпалерах, связанных из длинных бамбуковых шестов. Высота шпалер — восемь футов, и хмель заплел их так плотно, что через них решительно ничего не видно.
Все выходят из машины.
— Ти-Боун! — орет Скрипучка.
С середины поля доносятся какие-то крики.
— Здесь! — кричит другой голос. Но это явно не ответ Скрипучке.
Они осторожно заходят на поле. Со всех сторон их обволакивает душистый тягучий аромат, похожий на марихуану — такой острый запах исходит от дорогого пива. Скрипучка знаком велит Хиро держаться позади него.
При иных обстоятельствах Хиро так бы и поступил. Он наполовину японец и в большинстве случаев всецело подчиняется властям.
Но нынешняя ситуация к ним не относится. Если Ворон попытается приблизиться к Хиро, Хиро поговорит с ним катаной. А если до этого дойдет, не хотелось бы, чтобы поблизости оказался Скрипучка: ведь замах назад может лишить его конечности.
— Эй, Ти-Боун! — кричит Скрипучка. — Это Стражи Порядка, и ты нас достал! Черт побери, выходи оттуда, парень. Давай поедем по домам!
Ти-Боун, точнее, Хиро предполагает, что это Ти-Боун, отвечает короткой очередью из автоматического пистолета. Вспышки выстрелов высвечивают плети хмеля, словно полицейские мигалки. Перекатившись в падении, Хиро приземляется на плечо и на несколько секунд зарывается в мягкую землю и опавшую листву.
— Черт! — говорит Ти-Боун. Ругательство звучит разочарованно, но к нему примешивается основательная доля всепоглощающей обиды и немалого страха.
Приняв традиционную стойку, Хиро оглядывается по сторонам. Скрипучки и его Стражей Порядка нигде не видно.
Продравшись сквозь шпалеру, Хиро оказывается в ряду у самого места событий.
Метрах в десяти поодаль в том же ряду стоит еще один Страж Порядка, водитель Скрипучки. Он бросает через плечо взгляд на Хиро, потом смотрит вперед и видит еще кого-то — Хиро этого человека не видно, поскольку обзор ему закрывает Страж Порядка.
— Какого дьявола? — удивленно восклицает этот кто-то. А потом подпрыгивает, словно от удивления, и что-то происходит со спиной его куртки.
— Кто там? — спрашивает Хиро.
Водитель не отвечает. Он пытается развернуться, но ему что-то мешает. Что-то трясет плети вокруг него.
Водитель передергивается, потом кренится, переступая с ноги на ногу, набок.
— Надо выпутаться, — говорит он вслух, ни к кому, в сущности, не обращаясь, и трусцой бежит прочь от Хиро. Невидимка, который был в ряду с ними, исчез. Водитель перемещается странным натужным шагом, держась очень прямо и прижимая руки к бокам. Ярко-зеленая ветровка висит не так, как следует.
