— Не знаю никого. Только не считайте, что я хвастаюсь, быстрый точный набросок — скорее ремесло, чем талант. Я могу с определённым успехом заменить фотоаппарат, но это не то, чем гордятся художники. Я неплохой комиксист, мне хорошо даются геймарты, но у меня вряд ли будет персональный зал в Третьяковке.
— Зато вы идеальный наблюдатель, фиксирующий реальность в определённой фазе. Рисунок на бумаге не подвержен цифровому дрейфу и ретрокаузальности.
— Я не совсем понимаю...
— Признаюсь честно, я тоже. Просто повторяю то, что слышал. Как вам коньяк?
— Э... Хороший. Наверное. Простите, я не знаток и почти не пью. Но мне определённо стало легче, и руки уже не дрожат.
— Вы рисуйте, рисуйте, не стесняйтесь, меня это не смущает. Я же вижу, что вы еле сдерживаетесь. Это явно уменьшает ваш дискомфорт. Итак, что привело вас сюда сегодня?
— Простите, если вопрос покажется вам безумным... Я же бывал тут раньше?
— Он отнюдь не безумный, но не относится к числу тех, на который можно ответить «да» или «нет».
— Знаете, иногда кажется, что все вокруг сговорились, чтобы свести меня с ума. Почему вы не хотите ответить на простой вопрос?
— Потому что он не такой простой, как выглядит. Ответ зависит от фундаментальной философско-этической проблемы «что есть человек». Были ли вы здесь? Да. Были ли это вы? Нет. Можно свободно поменять местами ответы к этим вопросам, и ничего не изменится.
— Я нашёл блокнот, в котором нарисованы вы и ваша церковь, но не помню, как это рисовал. Как такое может быть?
— Разве это единственное, чего вы не помните?
— Не единственное, к сожалению. Может быть, я действительно схожу с ума?
— Нет, вы полностью в своём уме сейчас.
— А тогда не был?
— Были. Но в своём ли? Да-да, я понимаю, что это звучит для вас чистейшим издевательством и вовсе не соответствует тому поведению, которое люди ждут от священника. Но я очень опасаюсь навредить по незнанию. Моя роль в тех событиях более-менее случайная, я плохо представляю себе картину в целом.
— Неужели вы мне совсем ничем не поможете?
Матушка Елена:
— Дорогой, я вернулась. Здравствуйте, Роман.
— Это моя жена, Елена.
— Разве... Ах, вот оно как! Теперь понятно, почему вы пьёте тут без закуски. Роман, я сейчас разогрею обед.
— Я не голоден, спасибо.
— Это вам так кажется. Вы просто забыли, как я готовлю.
— Дорогая!
— Что? Я опять лезу не в своё дело? Как скажешь, дорогой. Но покормить-то мальчика я могу? Роман, ничего не хочу слышать, — через пять минут еда будет на столе. И только попробуйте отказаться!
— Спасибо...
— Наши дети выросли и разъехались, у супруги осталось куча нерастраченной заботы. Пусть вас это не смущает, такой уж она человек.
— Ну что вы, это очень приятно. Елена выглядит очень доброй.
— И прекрасно готовит, так что пойдёмте к столу.
*За столом на кухне
— Руки помыли? Сегодня грибной суп. В лесу полно грибов, я каждый день собираю, пока сезон. Чувствуете, какой аромат?
— Божественно, дорогая, как всегда.
— Ешьте, пока не остыл. Сейчас хлеба нарежу. Роман, вы сейчас растеряны и обижены, но поверьте, Павел желает вам добра. Он всем желает добра.
— Дорогая!
— Я не права, дорогой? Ты желаешь добра всем, а «добро для всех» не всегда «добро для каждого».
— Я не хочу снова спорить об этом сейчас.
— А и не надо. Занимайся своими «всеми». Роман, не обижайтесь на него, у Павла свой крест, и он тоже нелёгок. Просто потерпите немного, скоро всё закончится.
— Спасибо. Суп очень вкусный. Я, пожалуй, вызову такси и поеду домой. Терпеть.
— Обиделись? Я понимаю. Сейчас кажется, что вам отказали в помощи.
— Нет, что вы. Я получил то, за чем приехал, — подтверждение, что нечто всё-таки происходит, и не только в моей голове. Из-за этого пропала Белый Кролик, верно?
— Некоторым образом, да. Хотя всё сложнее, чем кажется.
— Так я и думал. Она была отважной и упорной. Я не такой. Пойду, подожду на улице, пока приедет моё такси.
*Кладбище
Дети
Сколько здесь легло костей,
столько будет вам гостей.
Спи спокойно, милый друг,
хороводом встанем в круг.
Будешь смирно ты лежать,
к тебе будем прихожать.
Когда встать придёт твой час,
сразу вспомнишь ты о нас.
Девочка
— Опять сидишь?
— Сижу.
— Ну и дурак.
— Да, я знаю.
— Конфету принёс?
— Какую конфету?
— Которую обещал.
— Обещал? Хотя погоди, сейчас… Вот, держи. Зачем-то взял в кафе.
— То-то же. Так что, поболтаем? Они-то тебе ничего не скажут. А я могу. Ей-то сказала.
— И где она после этого?
— А ты нешто не знаешь?
— Нет.
— Ну и дурак.
— Это ты уже говорила.
Дети
Баю-баюшки-баю,
колотушек надаю.
Колотушек двадцать пять —
будет детка крепко спать.
Поскорей умри, сынок,
стерво бросим за порог.
Тятька сделает гробок
из осиновых досок.
Снесём тело на погост,
там уж яма в полный рост.
Понесём да понесём,
закопаем в чернозём.
Девочка
— Так рассказать тебе, кто ты? В прошлый раз не захотел.
— Не надо.
— Чего так?
— Боюсь.
— Дурак-дурак, а соображаешь. Ну, передумаешь — приходи. Мы всегда где-то здесь.
— А это вообще нормально, водить хороводы на кладбище?
— Дурной? А где же ещё-то?
Дети
Здесь внизу в промозглой мгле
люди спят в сырой земле.
Чтобы крепче им спалось,
много крови пролилось.
Сгнило мясо, сгнила кровь,
не подняться людям вновь.
Черви съели им глаза,
чтобы не капала слеза.
От весны и до весны
будем видеть за них сны.
Будем есть и будем пить,
но не будем за них жить.
* Приложение такси:
Машина приедет через 5 минут.
Водитель Роберт.
Вас ожидает машина, время ожидания 10 минут.
*Церковь на болотах
О. Павел
— Привет, Роберт. Не зайдёшь?
— И тебе привет. Я на заказе, так что в другой раз. За задержки снижают рейтинг!
— А тебе не наплевать?
— Но-но! Я всегда честно исполняю официум. Так что заберу художника, пока его твои детишки не заиграли.
— И то верно. Ну, увидимся.
*Салон машины
— Ну, как съездили?
— Узнал меньше, чем хотел, но больше, чем смог понять.
— Обычное дело. Не самый плохой результат.
— Скажите, а что такое «официум»?
— Как бы попроще сформулировать... Пожалуй, временное обязательство. Когда мир смотрит на тебя и говорит: «Ты нужен здесь».
— Долг? Служба?
— Скорее, лакуна в реальности, которую ты должен заполнить, принимая ту форму, которую она потребует. Форму правителя, или жреца, или мессии, или инквизитора... да хоть даже бармена или таксиста.
