Мнемоскан - Сойер Роберт Джеймс

— Нет.

— Тогда какого рода контакты вы имели с миз Бесарян во время вашего пребывания там?

— Я присутствовал при её смерти.

— Как сложились подобные обстоятельства?

— Я находился в медицинском учреждении Хевисайда, когда прозвучал синий код.

— Синий код?

— Стандартный больничный код, означающий остановку сердца. Помните — я специалист по кровообращению. Когда я услышал оповещение, я выбежал в коридор, увидел других врачей и сестёр, которые куда-то бежали — вернее сказать, прыгали, отскакивая от стен в лунной гравитации. Я присоединился к ним и попал в палату, в которой находилась миз Бесарян одновременно с её лечащим врачом.

— Которым был доктор Дональд Коль, как вы сказали во время прямого опроса?

— Именно так.

— Что случилось потом?

— Доктор Коль пытался дефибриллировать миз Бесарян.

— И с каким результатом?

— С отрицательным. Миз Бесарян умерла у нас на глазах. Я должен сказать, что доктор Коль показал себя с наилучшей стороны, выполнив всё, что требовалось в подобных обстоятельствах. И он был искренне огорчён кончиной Карен Бесарян.

— Не сомневаюсь в этом, — сказала Лопес, и со значением взглянула в сторону присяжных. — Как и мы все. — Её голос не слишком подходил для выражения скорби, но она очень старалась. — Согласно обычной процедуре разве не доктор Коль должен бы был оформить свидетельство о смерти?

— «Обычной» здесь ключевое слово.

— Что вы имеете в виду?

— Он сказал мне, что не будет оформлять свидетельство.

— Как об этом зашла речь?

— Я спросил. После того, как миз Бесарян умерла, мне стало интересно, какая здесь процедура. Ну, то есть, принимая во внимание, где мы находились — на Луне. Я спросил доктора Коля, как будет происходить оформление факта смерти.

— И что он на это ответил?

— Он ответил, что никакого оформления не будет. Сказал, что весь смысл размещения людей вроде миз Бесарян именно на Луне состоит в том, чтобы вывести их из-под чьей-либо юрисдикции.

— Чтобы не было необходимости оформлять свидетельство о смерти, не так ли?

— Именно так.

— А что насчёт уведомления ближайшего родственника?

— Коль сказал, что этого делать он также не будет.

— Почему?

— Он сказал, что это часть соглашения с клиентом.

Лопес многозначительно посмотрела на присяжных, словно Чандрагупта только что вскрыл какой-то зловещий заговор. Потом она медленно повернулясь обратно к нему.

— Как вы сами к этому отнеслись?

У Чандрагупты, похоже, была привычка поглаживать бороду; он делал это прямо сейчас.

— Это меня обеспокоило. Показалось неправильным.

— Что вы сделали по этому поводу, когда вернулись на Землю?

— Я связался с Тайлером Горовицем в Детройте.

— Почему?

— Он ближайший родственник миз Бесарян — её сын.

— Давайте отступим на один шаг назад. Откуда вы узнали, что женщина, которая умерла на Луне — Карен Бесарян?

— Во-первых, разумеется, потому что этим именем её называли другие врачи.

— У вас были и другие основания?

— Да. Я её узнал.

У Лопес были тонкие брови, которые она сейчас вскинула; внешние их кончики были обесцвечены.

— Вы были лично знакомы с ней?

Снова поглаживание бороды.

— Нет, не до того момента. Но я читал её книги своим детям десятки раз. И часто видел её по телевизору.

— У вас не возникло никаких сомнений относительно личности женщины, которая умерла на Луне?

Чандрагупта наконец обрал руку от бороды, но только для того, чтобы экспрессивно ею взмахнуть.

— Абсолютно никаких. Это была Карен Бесарян.

— Хорошо. И зная это, вы связались с её сыном, верно?

— Да.

Лопес снова приподняла брови.

— Почему?

— Мне казалось, что я должен это сделать. Ну, то есть, его мать умерла! Сын имеет право об этом узнать.

— И вы ему позвонили?

— Да. Это печальная обязанность, но я, разумеется, исполнял её не впервые.

— И Тайлер попросил вас кое-что сделать?

— Да. Он попросил меня выписать свидетельство о смерти.

— Зачем?

— Он сказал, что доктора на Луне этого не сделают. Он сказал, что хочет завершить дела матери.

— И вы согласились?

— Да. — Рука снова легла на бороду. — Эту обязанность я также уже раньше исполнял. Соответствующая электронная форма нашлась у меня в компьютере. Я заполнил её и отправил мистеру Горовицу, подписав её своей электронной подписью.

— И снова: насколько вы уверены, что умершая была Карен Бесарян?

— На сто процентов.

— И насколько вы уверены, что она в самом деле умерла?

— Также на сто процентов. Я видел, как остановилось её дыхание. Я видел, как выровнялась её ЭКГ. Я лично наблюдал, как её зрачки вспучились.

— Вспучились?

— Расширились до максимального размера, оставив видимым лишь тонкое кольцо радужки. Это верный признак смерти мозга.

Лопес едва заметно улыбнулась.

— Спасибо, доктор Чандрагупта. О, ещё один вопрос — ваше вознаграждение. Мистер Дрэйпер уделил большое внимание тому, как много вы получили за свои услуги. Вы не хотели бы как-то прояснить этот вопрос?

— Вообще-то да, хочу. Плата была идеей мистера Горовица; он сказал, что я её заслужил. Он назвал это «заработком доброго самаритянина» — своеобразный способ сказать спасибо.

— Он предложил вам большое вознаграждение до или после того, как вы согласились оформить свидетельство о смерти?

— После. Разумеется, после.

— Спасибо, — сказала Лопес. — Вопросов больше не имею.

Дешон уже был на ногах.

— Повторный опрос, ваша честь?

Херрингтон кивнул.

— Доктор Чандрагупта, — сказал Дешон, — каков обычный размер платы за оформление свидетельства о смерти в штате Мэрилэнд?

— Я должен посмотреть в справочнике.

— Примерную величину, пожалуйста. Округлённую до ближайшей тысячи.

— Э-э… округлённая до ближайшей тысячи эта величина будет равна одному.

— Иными словами, одной тысяче долларов, верно?

— Да.

— Существуют ли какие-либо документы, за оформление которых доктора в штате Мэрилэнд получают больше тысячи долларов?

— Мне о таких неизвестно.

— Итак, — сказал Дешон, — вы совершенно уверены в том, что ваш разговор с ответчиком о стадвадцатипятитысячедолларовом вознаграждении за оформление свидетельства о смерти состоялся после того, как вы согласились его оформить?

— Да. — Доктор Чандрагунта сердито воззрился на Дешона. — Именно так я это запомнил.

Мне казалось странным, что Дешон первым вызвал Чандрагупту, потому что доктор, как казалось, стоит целиком и полностью на стороне Тайлера. Но я быстро понял, зачем он это сделал: после того, как Чандрагупта закончил давать показания, Дешон немедленно ходатайствовал об упрощённом судебном решении на основании недействительности свидетельства о смерти. Судья Херрингтон удалил присяжных из зала суда на то время, пока обсуждались ходатайства и контрходатайства. Дешон хотел, чтобы свидетельство о смерти было исключено из дела, потому что оно было выписано Чандрагуптой за пределами географической юрисдикции, в которой он был лицензирован для оказания медуслуг, и на основании подозрения в том, что он выписал его за взятку.

Лопес парировала цитатой из старинного морского устава Мэриленда, где Чандрагупта имел лицензию; устав гласил, что любой доктор имеет право выписать свидетельство о смерти в международных водах в случае, когда доставка тела на берег является непрактичной, невозможной, или противоречит воле покойного; последний пункт позволял команде корабля хоронить в море умерших в плавании моряков. Она также энергично доказывала, что подозрение не равносильно установленному факту. Множество особенностей законов Мэриленда и Мичигана было вытащено на свет, однако в конечном итоге судья Херрингтон постановил, что данное свидетельство пригодно для частной задачи установления факта смерти оригинальной, биологической Карен Бесарян.