- Ой! - тут Банни еще сильнее выпучила свои и без того выпученные глаза, - Этот тезис главный в притче! Без него теряется смысл! Исчезает будущее!
- Вероятно, вы правы, - сказала королева, - что ж, я рада наличию метода помощи трем достойным джентльменам. Но как быть с четвертым?
- Ой, проблема, - Банни Хабана всей своей фигурой выразила грусть, - Джейкоб, как бы, неглупый и деятельный человек, но не мыслит себя вне пирамидальной системы. Если ничего не поменять в его ментальных настройках, то он себя похоронит. А вы для него живой символ этой пирамиды. Источник справедливости и чести, хотя бы формально.
- Хотя бы формально… - откликнулась королева, - …Да, Банни, мне ясна ваша логика.
- Так, вы поможете? – с надеждой в голосе прошептала офицер-психолог.
- Я постараюсь, но… Хотелось бы понять: почему вы так переживаете за этого мистера Ардейла? Согласно этике Tiki, он явный оффи, а хороший оффи - это мертвый оффи.
Возникла пауза. Банни Хабана медленно покачала головой.
- Атомная война позади, а у мирного периода своя логика. Кстати в «Мифах Tiki» даже термина такого нет - «оффи». Термин исходно принадлежит субкультуре ститч-панк, и впервые публично заявлен в канадском ститчпанк - мультфильме «Глиняная звезда».
- М-м… - смутилась королева, - …Пожалуй, мне надо вернуться к старой студенческой традиции работы с первоисточниками, чтобы не попадать в глупое положение. Но, мой вопрос, все же, актуален. Почему для вас так важно помочь мистеру Ардейлу?
- Потому, что все уверены в невозможности помочь ему, - ответила офицер-психолог.
- М-м… Интересный мотив. А могли бы вы объяснить подробнее?
- Aita pe-a! Кажется, что Джейкоб в фатальной ловушке. Он - субъект, безоговорочно принадлежащий строго-определенной социально-культурной системе. Но эта система отторгла его, объявила несуществующим, и бросила на растерзание анти-системе. Это смертный приговор, казалось бы. Но грош мне цена, если я смирюсь с этим!
- Будьте реалистами - требуйте невозможного, - прокомментировала Боудис, - что ж, я уловила ваш мотив. Но я не поняла, чем я тут могу помочь.
- Вы можете дать Джейкобу удочку из притчи о Дао. Подарить ему такое ремесло, которое психологически прокормит его, вернет ему субъективный ориентир в жизни. Мне кажется, что возникла, как бы, классическая британская королевская дилемма: либо вы молча согласитесь с вынесенным смертным приговором, либо по своей прерогативе объявите помилование.
- Банни! Сейчас вы на меня давите! – строго сказала королева.
- Ой, извините, Ваше величество. Это издержки профессии психолога. Я сожалею.
- Ладно, - Боудис кивнула, - давайте попробуем вместе помочь мистеру Ардейлу.
…
Вторая половина того же дня 10 апреля.
Апартаменты королевы в отеле на атолле Онтонг..
Лейтенант Брем Стюарт постучался в комнату Боудис.
- Миледи, по официальному телефону вас спрашивает какой-то Кларенс Вэнворт.
- М-м… Брем, ты хочешь сказать, что тебе незнакомо имя Кларенс Вэнворт?
- Да, миледи. В смысле, незнакомо.
- Надо же… - она покачала головой, - …А ведь это премьер-министр нашей страны.
- Ух как! Я попробую запомнить, Миледи. А что передать этому Вэнворту?
- Просто, принеси мне телефон, я поговорю с ним, - сказала Боудис, глянув на часы.
Тут 3 часа дня. Значит, в Лондоне час до полуночи. Что могло заставить старого коня Консервативной партии Кларенса Вэнворта заняться делами в столь поздний час? Но, королева могла предположить причину…
…Вернулся лейтенант Стюарт.
- Телефон, миледи!
- Спасибо, Брем, - она взяла трубку, - Здравствуйте, Кларенс, я рада вас слышать.
- Я также рад, Боудис. Как вы отдыхаете?
- Замечательно, Кларенс. Здесь солнечно, и жарко. Вокруг спокойный океан, сказочно красивый. Хотя, я немного скучаю по родной английской прохладе. А как у вас?
- У нас все, как обычно, и я не стал бы вас беспокоить, но мне позвонил чрезвычайно взволнованный Чарльз Олбрайт. Его оторвал от ужина дежурный вечерний референт Форин-офиса, и сообщил о письме, полученном от вашего доверенного секретаря.
- Письмо от моего секретаря? – перепросила королева, артистично изобразив крайнее удивление, - Из-за этого вечерний референт Форин-офиса оторвал от ужина министра иностранных дел, а тот побеспокоил вас в такое неурочное время?
- Именно так, Ваше величество. В письме от вашего секретаря говорится о Джейкобе Ардейле, которого вы наняли редактором в Южный филиал библиотеки Виндзора.
Боудис сделала хорошо рассчитанную паузу и подтвердила:
- Да, Кларенс, я наняла мистера Ардейла с сегодняшнего дня, и он будет заниматься верификацией материалов об Океании, публикуемых в британских изданиях. У него прекрасная возможность для выполнения этой работы, поскольку он сейчас живет в Меганезии, и ежедневно общается там с полисменами, геологами и моряками. Но, по вздорной случайности, его британский ID оказался аннулирован, а банковский счет - закрыт. Я поручила своему секретарю уладить это недоразумение, а поскольку, как я говорила, Джейкоб Ардейл за границей, этот вопрос относится к Форин-офису.
- Боудис, тут нет недоразумения. Джейкоб Ардейл с теми персональными данными, которые сообщил ваш секретарь, попросту не существует.
- Кларенс, а кто сказал вам, что он не существует?
- Мне сказал Чарльз Олбрайт, разумеется.
- Вот как? – королева снова изобразила крайнее удивление, - Значит, в Форин-офисе непорядок с базой данных. Я говорила с мистером Ардейлом лицом к лицу два часа назад, и не может быть никаких сомнений в том, что он существует.
- Но, - возразил премьер-министр, - он мог назваться вымышленным именем.
- Нет, Кларенс. Я знаю, что этот человек тот, кем назвался. И вы можете передать это мистеру Олбрайту. Пусть он поручит персоналу навести порядок в компьютерах.
- Странная история… - произнес Кларенс Вэнворт, - …Разумеется, я передам ему. Но, скорее всего, в компьютерах нет ошибки. Ведь персональные данные граждан очень тщательно хранятся во взаимно-проверяющихся электронных базах.
- Кларенс, - твердо сказала королева, - мне неприятно это говорить, я подозреваю тут серьезную аферу. Возможно, следует посоветовать мистеру Олбрайту уйти с поста.
- Э-э… - протянул Вэнворт, с трудом веря своим ушам, - …Но почему?
- Потому, Кларенс, что тайно вычеркнуть гражданина из базы ID, это криминал. Мне нечего добавить, пока мой секретарь не получит официальный ответ на письмо.
Кажется, премьер-министр был шокирован.
- Э-э… Боудис, если эта ситуация представляется вам настолько серьезной, то, быть может, Чарльзу следует самому позвонить вам и объясниться?
- Зачем, если есть официальная электронная почта? Пусть он объяснится письменно.
- Простите, Боудис, но… Могу ли я быть откровенным?
- Странный вопрос, Кларенс. По-моему, вам решать, можете вы или нет.
- Хорошо. Я скажу откровенно. Дело в том, что Чарльз – один из Мастеров Ложи.
- Да, это общеизвестно после того, как INDEMI слила в интернет содержимое памяти телефона адмирала Ланборна. Но разве сейчас это имеет отношение к делу?
- Э-э… Это имеет отношение к делу, поскольку у некоторых людей может сложиться мнение, что вы принципиально предубеждены против Ложи.
- Кларенс, а почему меня должно интересовать мнение этих «некоторых людей»?
- Простите, Боудис, но мне кажется, что это существенно.
- Хорошо, Кларенс. Я выслушала ваше мнение. А теперь, я прошу вас вернуться к тем домашним делам, которые приличествуют образцовому британцу поздним вечером.
…
Королева не сомневалась, что скоро последует звонок Чарльза Олбрайта. И правда: не прошло и часа, как зазвонил «семейный» телефон (предназначенный, вообще-то, для разговоров с детьми, с мужем, и с близкими друзьями).
