…
Полночь 12 апреля. Восток острова Бабелдаоб, район Капитолия Палау.
Кафе «Канопус» в отеле «Махаратха».
На второй раунд переговоров «высокие стороны» явились с некоторой дополнительной информацией о своих визави. Приводить новые аргументы начала британская сторона.
- Мне кажется, - произнес якобы адвокат Морис Тейлор, - что нам лучше вернуться к формату с участием мисс Кестенвэл, иначе есть риск не прийти ни к чему законному.
- Я не уловил логику, - отозвался Влад Беглофф.
- А я поясню. Мы с мистером Конгрейвом направили запрос в органы международной юстиции, и получили ответ: в отношении Зюйд-Индской компании, которую вы здесь представляете, открыто дело в связи незаконной добычей антарктических природных ресурсов, нарушением безъядерного и невоенного статусов Антарктиды. Что касается вашего консультанта, мисс Джонни-Ди Уилсон, то даже ее личность не установлена.
- Я только консультирую. Почему вас волнует моя личность? - отозвалась Джонни-Ди.
- Ваша личность, - сказал Тейлор, - это элемент общей сомнительности Зюйд-Индской компании. Так, президент Зюйд-Индской компании мистер Освальд МакМагон сейчас обвиняется Интерполом в экономическом содействии террористическим вооруженным формированиям. А мистер Беглофф, представляющий здесь интересы этой компании, скрывается от Гаагского международного трибунала, где против него выдвинут пакет обвинений. Обвинения серьезные: соучастие в массовых убийствах в Новой Гвинее.
- Мистер Тейлор, - лениво произнес Влад Беглофф, - если уж вы решили здесь играть в адвоката, то делайте это правдоподобно. Моя биография, или биография Освальда, или биография Джонни-Ди, не имеет никакого отношения к вопросу. Остается аргумент по деятельности самой Зюйд-Индской компании в Антарктике. Но здесь налицо коллизия международного Договора об Антарктиде 1959 года, с прошлогодним национальным Законом Новой Зеландии «О населенных землях Территории Росса в Антарктике». Как заявила правовая Комиссия ООН, этот закон Новой Зеландии не может оспариваться в международном суде, и речь может идти лишь о вменении Новой Зеландии штрафа за досрочный отказ от договора в данном антарктическом секторе. И я не расслышал: кто открыл дело в связи каким-то нашим незаконным использованием Антарктиды?
- Судебный комитет Тайного совета Ее Величества, - подал голос лорд Конгрейв.
В ответ Влад Беглофф жизнерадостно улыбнулся.
- Какая радость! Самый древний, но все еще весьма авторитетный судебный институт Британского Содружества займется законностью бизнеса нашей компании. Правда, я слышал, что с экспедиционной коллегией этого суда случился маленький конфуз. На официальном сайте появился список, утвержденный королевой Боудис, но через день вместо списка появилась фраза: «коллегия находится в процессе формирования».
- Вы находите это смешным? – холодно осведомился Джонатан Конгрейв.
- Ну, - Беглофф развел руками, - по ходу, получилась хорошая разминка мозгов перед разговором по существу. Короче, давайте, может, уже перейдем к делу, ага?
- Что ж, - жестко сказал Морис Тейлор, - я напомню: 100 миллионов долларов. Вот та компенсация, которую вы получите, если будете следовать нашим инструкциям.
- Почему-то, - игриво прокомментировала Джонни-Ди, - мне кажется, что мы получим значительно больше, если будем следовать не вашим инструкциям, а логике.
- Подожди, - остановил ее Беглофф, - давай не превращать это в светский флейм. Ты не переубедишь мистера Тейлора такими аргументами. Лучше раскрыть карты.
Джонни-Ди чуть заметно кивнула и положила перед собой палмтоп-элнот.
- Мистер Тейлор. Я отношусь с пониманием к вашей настойчивости. Ведь именно вам досталось место среди Мастеров Ложи, освободившееся после барона Кестенвэла…
- Где вы взяли эту чушь? – нервно перебил якобы адвокат.
- О-о-о, - протянула она, - мистер Тейлор, все просто. В эру смартфонов, фотоблогов, и бесплатного медиа-поиска онлайн, никакое общество не может сохранить в тайне свою внутреннюю жизнь, если не поменяет схему. Гиперборейский клуб не воспринял уроки Ассанжа, не занялся качеством конфиденциальности, и…
- …Чушь!!!
- Чушь или нет, но видео-аудио записи тайных сходок, на которых в ваш клуб вступают новые персоны, можно глянуть в сети. Там видно, что на мартовской сходке вы, мистер Тейлор, занимаете то из мест Мастеров Ложи, которое ранее занимал Кестенвэл.
- Мисс Уилсон! Не пытайтесь меня шантажировать!
- О-о-о! Ктулху свидетель, я не хотела шантажировать вас этой ерундой. Дело совсем в другом. Вы получили это место потому, что география ваших деловых интересов тоже расположена в ЮВА, и старшие товарищи рассчитывают, что вы уладите ситуацию. Я полагаю, что это можно устроить. Вы сохраните лицо, и заработаете статусный бонус, поскольку, в общих чертах, справитесь с заданием. А мы получим свои 5 миллиардов.
- Мисс Уилсон! Избавьте меня и мистера Конгрейва от ваших нелепых домыслов!
- Минуту, мистер Тейлор, я добралась до начинки пирожка. Проблема не 5 миллиардов долларов из капитала Кестенвэла, а их влияние на остальные 400 миллиардов долларов капитала, неформально принадлежащего Ложе. Если мы договоримся тихо, то серьезных проблем не будет. А если не договоримся, то упс…
Морис Тейлор сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев.
- Это не ваши деньги! Зарубите это себе на носу! И нечего пытаться давить на меня!
- Ну, - спокойно ответила она, - деньги-то наши. Мои хорошие друзья взломали пароль домашней сети вашего теневого казначея, лорда Аберфореста…
- Вы с ума сошли! – ахнул Джонатан Конгрейв.
- …И, - продолжила Джонни-Ди, - оказалось, что в Ложе девятнадцать Мастеров. Им в равных долях принадлежит половина всего капитала Ложи, который я назвала выше. И выходит примерно по десять с половиной миллиардов долларов на каждого Мастера. Столько мы можем потребовать на основе неформальных понятий вашей Ложи.
- Но, - добавил Влад Беглофф, - мы демонстрируем добрую волю к вам, как к будущим контрагентам, и требуем лишь пять миллиардов долларов. Соглашайтесь, это выгодно.
- Вы, - отчеканил Тейлор, - встав из-за стола, - не получите ничего! Разговор окончен.
- Подождите-подождите! – испугался лорд Конгрейв, - может быть можно еще…
- Хорошо, - Тейлор коротко кивнул, - я дам этим людям три дня на размышление. Мы встретимся здесь же, в полночь 16 апреля. Идемте, мистер Конгрейв.
…Британские визави с достоинством покинули зал. Влад Беглофф проводил их очень внимательным взглядом и, выждав три минуты, сказал:
- Джонни-Ди, ты что, специально разозлила этого клоуна?
- Да, - она улыбнулась, - все равно было понятно, что он не пойдет на 5 миллиардов.
- Это было понятно, - согласился Беглофф, - но злить-то зачем? Вот увидишь: теперь Тейлор не успокоиться, пока не подложит тебе какую-нибудь большую свинью.
- Пусть он подкладывает свою свинью, - легкомысленно ответила она, - я как-нибудь переживу это. Зато мне удалось здорово напугать второго болвана.
- Это верно, Джонни-Ди. Но оно того стоило, а? Свинья ведь точно будет большая.
- Влад! – она ласково положила ладонь ему на плечо, - Меня десять лет учили играть именно в такие игры с испугом и свиньями. Верь мне, я знаю, что делаю.
- Ладно, - он накрыл ее ладонь своей, - и все же, аккуратнее, ОК?
- ОК, Влад. А теперь давай устроим гулянку? Такая романтичная ночь вокруг…
…
Примерно в это же время, самолетик MiG-8ET с веселой пятеркой на борту аккуратно приводнился около длинного дугообразного песчаного пляжа. Когда Джил Додридж спрыгнула в неглубокую воду, и огляделась, у нее захватило дух от восторга. Слева (достаточно далеко) мерцает зарево вулканического пламени на низких тучах. Справа - прекрасный 60-футовый парусный катамаран, пришвартованный к надувному понтону. Прямо на берегу - каменный первобытный открытый очаг, будто миниатюрная копия вулкана, и там готовится какое-то блюдо, тоже, наверняка первобытное. Разумеется, никакое блюдо само себя не приготовит. У очага расположились четыре соавтора.
