Ненормальный практик 7
Глава 1
Командир контурщиков Чёрного Лебедя — архимагистр Олег Железнов прожил семьдесят лет, пятьдесят два из коих отдал службе. За эти десятилетия он видел столько необъяснимых вещей, завязанных на эфире, сколь иному практику не увидеть и за три жизни. Наблюдал, как Воронцов в двадцать восемь преодолел барьер архимагистра, создав технику, кою сочли невозможной. Присутствовал при испытаниях первой эфирной пушки, помнится та взорвалась и унесла жизни семерых инженеров-контурщиков, сам он выжил и понял ошибку в схеме. Видел артефакты, видел лордов-эфироправов. И думал, что его уже ничем не удивишь. Но ошибался. Впрочем, обо всём по порядку.
Утро выдалось мутным, серым, неприветливым, в целом, как и всегда. Погода на севере в январе точно не для слабых. И если вчера пурга была божеской, то сегодня, похоже, наступит апокалипсис. Небо затянуто плотными тёмными облаками, предвещающими зловещую-презловещую метель. Ветер издевательски хлестал снегом в морду, сдувал с ног. Но война… Война не ждёт, даже в такую погоду.
На плацу наёмнического сектора выстроились любимчики удачи, выжившие после вчерашнего. Из трёх тысяч теперь тут чуть более двух. Остальные не увидят больше ни рассветов, ни закатов. Однако, никаких сомнений — те, кто выжил, стояли не как побитые псы, поджавшие хвосты. Нет. Напротив, всей аурой представляли сейчас закалённую сталь, прошедшую через огонь и воду. Взгляды суровые, оружие при себе, нюхнули вчера пороха, так сказать, и сегодня были готовы к работе с новыми силами. Пусть, многие со свежими шрамами, но все на ногах. Смельчаки, выступающие в лютый мороз против армии, превосходящей их числом чуть ли не вдвое. Не за императора, не за север, не за высокие идеалы. За деньги, за товарищей, за право сказать «я был там, и я выстоял». Наёмники. И в этом слове не было ничего постыдного. Старик Олег Железнов прожил достаточно, чтобы повидать и блистательных рыцарей, и продажных аристократов, так что вполне знал цену таким людям. Воин, готовый идти в бой за честную плату, порой надёжнее дворянина, воюющего ради титула. Такова жизнь.
Сам главный контурщик Чёрного Лебедя стоял расслабленно перед тысячной толпой. Высокий, сутулый, закутанный в тёплую серую шинель поверх военного мундира. Тёплая шапка из меха, седая борода по грудь, лицо, как и подобает старцу, в глубоких морщинах. Глаза серые, выцветшие, но острые. Очень острые. Его взгляд был способен видеть то, что недоступно большинству практиков. Железнов мог смотреть на человека и разглядеть его истинный ранг, скрытый или открытый. Мог различить качество эфира. Определить, какие техники практик использовал недавно, по остаточным следам в его энергетической структуре. Данный дар сделал его одним из выдающихся контурщиков Империи. И он же сделал его жизнь утомительной. Перебор получаемой информации. Перебор с деталями. Иногда хотелось просто-навсего закрыть глаза и не видеть всю бесконечную паутину энергий, что пронизывает мир.
Формально его присутствие здесь, в наёмническом секторе, объяснялось двумя причинами. Первая — поднять боевой дух. Когда сам архимагистр приходит на построение простых наёмников, это показывает уважение, признание их вклада в оборону. Вторая, более практичная — отобрать контурщиков для переброски на центральное направление. Вчера именно там были самые кровавые бои, и сегодня туда же ожидается главный удар британцев, так что навыки добротных контурщиков необходимы в предстоящей битве как воздух. Любой дополнительный барьер, усиленный щит или вспомогательный контур над головами пехоты может спасти десятки жизней.
Справа от него стоял майор Дроздов. Слева — капитан Соболев, адъютант и помощник архимагистра. Молодой, энергичный, с записной книжкой в руках.
Дроздов монотонно зачитывал имена:
— Четвёртый взвод контурщиков! Пётр Малышев, Эдуард Кравцов, Александра Ветрова…
Железнов слушал вполуха. По правде говоря, он устал. Очень. Вчера весь день координировал работу сотен контурщиков, поддерживая барьеры, усиливая критические узлы обороны. К вечеру едва стоял на ногах. Дело не в истощении эфира или же физиологической перегрузке. Отнюдь. Просто устал ДУМАТЬ. Да, координация контурщиков подобно логической задаче, интеллектуальной игре по типу шахмат. И вчерашняя долгоиграющая партия серьёзно так напрягла ему мозги. Британцы — профи. Играть против них на поле битвы, где любой неверный ход, может оказаться смертельным — та ещё морока. Выматывает. Так что старик вроде и уснул без задних ног, вот только проспал часа четыре, не больше. Объективно говоря, катастрофически мало для человека его возраста, особенно после такого дня. Но так вышло. Голова гудела от мыслей. Сегодня предстоит новая партия. Только куда более интенсивная.
Его старческий взгляд серых глаз лениво скользил по рядам наёмников. Эфирный анализ работал на автомате, привычно сканируя толпу.
Инициированные. Адепты. Подмастерья. Мастера. Стандартный набор. Ничего примечательного. Ауры у большинства восстановились за ночь. Что неудивительно. Молодость и крепкое здоровье делали своё дело. У части присутствующих конечно, имелись повреждения средней тяжести в энергетической структуре, как последствия серьёзных ранений. Но в целом, боеспособная масса.
Дроздов продолжал:
— Шестой взвод контурщиков! Иван Соколов, Мария Лебедева…
Взгляд Железнова перемещался дальше. Ряд за рядом. Десятки лиц. Сотни аур.
И вдруг.
Остановился.
Глаза старика расширились.
«Что это…»
В дальнем ряду, едва ли не у самого края плаца, стоял юноша в деревянной маске воробья. На первый взгляд — ничего особенного. Средний рост, сухопарое телосложение, чёрный плащ, кожаный панцирь, за спиной арбалет. Один из сотен стрелков-наёмников.
Но…
Архимагистр видел не только физическое тело.
Вокруг юноши мерцало плотное, многослойное эфирное марево.
Старец прищурился, усиливая восприятие.
И то, что увидел, заставило на мгновение замереть.
Защитные контуры!
НЕ ТАК!
ЗАЩИТНЫЕ, МАТЬ ЕГО, КОНТУРЫ! ДА ЕЩЁ КАКИЕ!!!
Невероятно сложные! Невероятно мощные!
Маска светилась тёмно-фиолетовой защитной сетью, что охватывала голову и лицо непроницаемым коконом.
«Это же уровень работы архимагистра…»
Железнов сразу смекнул, насколько переплетения тонки и точны! Создание подобных требует не просто опыта, нет, мастерства. А тут, помимо столь уникальной маски, и остальная амуниция ничем не хуже! Плащ. Чёрная ткань пульсировала густой тёмно-синей аурой, покрывая всё тело — спину, бока, плечи.
«Многослойная структура, рассеивающая как физические удары, так и эфирные атаки. Качество исполнения… снова уровень архимагистра… Возможно, даже выше того, что мог создать я сам…» — Старик сглотнул и продолжил анализ.
Сапоги. С виду дешёвка — дешёвкой. Ан-нет. Ты погляди на этот необычный контур. И усиление устойчивости, и защита от ударов снизу. Великолепно. Впрочем, как и штаны. Убогие, точь у конюха, но столь же невероятные по качеству контуров.
Кожаный панцирь под плащом тоже не прост — вон какой сложный узор эфирных нитей!
И наконец — арбалет.
Железнов вгляделся в тот повнимательнее и едва сдержал вздох изумления.
Какая аура! Тёмно-фиолетовая, как небо в бурю. Как особый сорт сливы. Спелейший баклажан, мать его! Ещё и пульсирует мягкими всплесками. Конечно защитой от него и не пахнет. Усиление. Причём специфическое, убойное.
Старик снова сглотнул:
«От арбалета исходит аура кританов. Как кому-то удалось сформировать настолько живой контур? Может, я брежу⁈ Но ведь чувствую в оружии силу практика стиля критического урона…»
И этот странный юноша с рангом инициированного просто носил это невероятное творение на спине. Как обычное!
«Как⁈ Откуда⁈ Где он его взял⁈ Кто он⁈ Иницированный… С таким арсеналом⁈»
