Долг человечества (СИ) - Попов Михаил Михайлович

У Жени и Антона на двоих было в запасе еще два пункта — по одному на каждого. Они оказались самыми запасливыми, что, в целом, доказывает их общую полезность группе. Я понимаю их, вернее только его, желание уйти. Антон ошибочно на мой взгляд думает, что справится сам. Со своим луком и поддержкой целителя. А это означает только то, что каждая убитая летающая гадина будет распределена только на них двоих. А это без малого пять пунктов. Один успешный выстрел и весь день они могут не беспокоиться о ресурсах.

Дима с улыбкой признался, что пуст. Да, он выполнял роль своеобразного оберега для группы и стремился принять урон на себя, отвлечь врагов, но система никак не расценивала его намерения. Или как-то все же расценивала? Но об этом еще предстоит подумать. А пока имеем то, что парень за весь день обогатился только одним пунктом, который спустил на деревянные хлебцы.

Когда брифинг был закончен, встал следующий вопрос. И он был не менее животрепещущий, и стоило его озвучить, как я мысленно приготовился к очередной порции ругани и выяснений отношений. Дежурство. Но, вопреки ожиданиям, никакого спора так и не вышло.

— Я буду на стреме этой ночью. — Твердо заявил воин, перехватывая топор, ранее приставленный древком к стене расселины. — Если к утру будет совсем фигово, кого могу разбудить?

— Меня. — Ответил я, понимая ответственность парня и его желание реабилитироваться за упущения в контроле «подчиненных». Но вызвался я не для того — хотелось немного поэкспериментировать со своими способностями, причем так, чтобы никто не галдел рядом.

— Супер, спасибо. Тогда, раз поели — ложитесь спать, завтрашний день обещает не меньше трудностей. А ты, Антон, — обратился он к мужчине, — не уходите. Там опасно, сам же прекрасно видел. Нам просто нужно время, чтобы…

— Чтобы принять это все. — Вдруг перебила парня Катя. — Да и мы с тобой четко сработались, «меткий глаз». — Хищно улыбнулась девушка.

Лучник покачал головой, взглянул на Женю, чьи ноздри раздувались от столь неприкрытого флирта с ее мужем, хлопнул воина по плечу, и, ничего не ответив, свернулся калачиком, повернувшись к жене, и уткнулся носом в ее грудь. Так они и улеглись, в облипку друг к другу.

Следом на боковую засобирался Боря, и он долго вошкался, стараясь уместить крупное тело так, чтобы острые камни не впивались ему куда ни попадя. Или хотя бы делали это поменьше. Или понежнее. Черт его знает, но ворочался он долго.

— Дим… А, Дим… — Прозвучал шепот в ночной тишине. — А хочешь, я буду с тобой сегодня охранять вход в наше убежище, чтоб ни одна тварь не залетела к этим бедолагам?

— Нет. — Твердо отрезал парень, выползая чуть-чуть под свет местной луны в расселину. — Выспись, завтра нас ждет долгий день.

Катя нахмурилась, состроила губки бантиком, и тоже попыталась примоститься, чтобы покемарить.

Вот и мне пора. Среди запаха немытых тел, непонятной еды, лукового духа, крови и потрохов, в сон стал проваливаться и я. Был он беспокойным, кто-то пинался рядом, выискивая положение поудобнее, кто-то больно громко сопел, а мне снились сны, и были они отнюдь не радостными. А с чего бы им быть такими — весь мир катится в задницу, горстки человечества с помощью какой-то долбанутой инопланетной расы теперь сражаются с монстрами за выживание и еду, в группе, невольным участником которой я стал, назревает серьезный раскол, и сейчас я валяюсь в холодной трещине в земле, прямо на полу. И, признаться, просвета я пока не видел. Как говаривал мой отец, даже если тебя, сын, съели, у тебя по прежнему остается два выхода. Эта мысль промелькнула почти осознанно, но где-то на границе одного недремлющего полушария, в то время как второе отчаянно нуждалось в отдыхе.

Но мой сон прервали. Кто бы вы подумали, наверняка же монстры? Так всегда бывает. Но это была Варя, спящая прямо рядом со мной. Вернее, я думал, что она спит. Хотя я до конца не уверен, быть может, она просто болтает во сне.

— Марк… почему ты меня не защищаешь от них… — Услышал я, но даже с такого близкого расстояния мне пришлось напрячь слух, чтобы понять каждое слово.

— Шеф. — Потеребил меня за плечо Дима, а я резко раскрыл глаза, готовясь к худшему. Сон как рукой сняло. — Шеф! — Сипел он, чтобы не разбудить остальных.

— А, что? — Я попытался проморгаться.

— Подмени меня, пожалуйста. — Просит он, но в темноте его лица я не вижу. Голос только измученный.

— Да, да… Да, все, я в норме. Отдыхай. Есть новости? — Пришел я в себя, встряхнулся и пополз прочь из центра расселины, ближе к выходу.

— Не знаю. Опасности нет, вроде бы, но я, чтобы не спать, считал.

— Считал?

Мы выползли наружу, и я смог вдохнуть полной грудью холодный ночной воздух. Бросил взгляд в небо, пытаясь найти хотя бы одно знакомое созвездие, но тщетно. Небо, усыпанное блестящими светлячками было абсолютно чужим и я даже не увидел светящуюся полосу Млечного Пути. Мы не в нашей галактике? Сомневаюсь, ибо чтобы переместить кучу народу неизвестно куда, в другую галактику — нужна такая прорва ресурсов, что вся наша планета, разобранная на атомы, это не окупит. Впрочем, мои наблюдения пока ничего не доказывали, мы просто можем находиться где-то в отдалении, поэтому звёзды и незнакомы.

— Ага. Вот. — Он показал мне увесистое полое полено, которое воин, судя по всему, нашел где-то рядом с нашим укрытием.

— Ты выходил? — Я взглянул на то, что он показывает, и задал вопрос между делом.

— Ага… затек сильно, нужно было распрямить кости. А то, случись что, я бы не поднялся…

— И что тут?

— Я считал, говорю же. И каждую минуту делал насечку. Это помогало не спать.

Полено было сплошь покрыто зарубками. Мелкими, но довольно отчетливыми.

— Ты предлагаешь мне пересчитать?

— Нет, только скажу, что их больше пятисот, а делал я каждую после отсчёта до шестидесяти. А луна не торопится пропадать с неба.

— Хм… Восемь часов? — Быстро прикинул я. — Даже девять прошло, навскидку, учитывая, что ты еще внутри сидел?

— Думаю, где-то так. Я не уверен, но тут, походу, ночи длиннее дня. Или в целом сутки дольше.

— Это плохо. Со всех сторон плохо. Но наблюдение полезное, я тоже попробую посчитать. Определим примерно длину суток.

— Да, шеф. — Кивнул мне Дима, и в свете луны, когда мы выбрались наружу, его глаза были красными, а веки синели, сливаясь темнотой с ночью.

— Не думаю, что тебе стоит продолжать меня так называть. Все-таки лидер — ты. — Сказал я, стараясь дистанцироваться от этой роли сильнее и весьма осознанно.

— Да я… по привычке, что ли. Ну и в самом начале лидерство звучало как-то поинтереснее, я надеялся что не будет так трудно. Теперь что-то уже не хочется.

— Освоишься. Люди тебя слушают, просто ты и их пойми, у каждого своя защитная реакция. Должно пройти время, и немало. Впрочем, я вообще не могу с уверенностью сказать, что к этой новой жизни можно привыкнуть.

— Похоже, что так. Ладно, ты ведь досидишь? Чем защищаться будешь, в случае чего?

— Борисом. — Усмехнулся я, и Дима тоже сдавленно прыснул.

— Оставлю тебе топор, всяко освоишься.

Я кивнул парню, и тот полез обратно в расселину, чтобы занять мое уже нагретое местечко, пока оно вовсе не остыло. Эх, сейчас бы кофе… Сваренный в турке по рецепту Ули, с добавлением черного перца и капли лимонного сока…

Мысли против воли соскочили на раздумья о том, где жена и что делает. Прибилась ли к какой-нибудь группе? Или с коллегами? У неё же должно было быть сегодня занятие со студентами — небольшая халтурка. Может с ними спаслась? Но это не очень хороший вариант — куча шебутных подростков, которым пусть и около восемнадцати лет, плюс минус, но в голове царит ветер. Тут уж лучше группа случайных попутчиков.

Я тяжело вздохнул, понимая, что такими мыслями только раззадорю себя, начав накручивать. Сейчас не время для этого. Нужно попробовать то, что хотел сделать перед сном, но не смог.