Долг человечества. Том 3 (СИ) - Попов Михаил Михайлович

Вглядевшись во тьму, я представил максимально дальнее расстояние, на которое могу дотянуться, чтобы скрыть источник звука от зрения стража. Десять метров, и вот там, чуть ниже и за углом, такое место я видел.

Стрекот цикад, на который так бурно среагировал рой, я воссоздал ниже по пещерам. Резко перевел взгляд на стража, понаблюдать, что он сделает.

Издаваемый звук каннибалом прекратился, он словно недоумевал, поднялся на свои лапы, повел передними жвалами, как будто принюхался или прислушался, а потом вальяжно пошел вниз, к источнику звука. Сработало!

— Валим наверх! — Рыкнул я на своих, подбежав к ним.

Схватив под обод защиты Бориса и заставив его стать легче я потянул его наверх, и неслись мы сломя голову до следующего убежища.

Через еще два укрытия мы вышли на проход, который я создавал в самом начале, когда только спланировали эту экспедицию. Свет, пусть и рассеянный густыми тяжелыми облаками, моментально ослепил каждого. Прищуриться пришлось так, что едва ли что-то можно было разглядеть.

Леденящий ветер мгновенно напомнил нам о том, что оставаться снаружи небезопасно еще и по той причине, что можно околеть, а потому, едва привыкнув к яркости снаружи, чтобы начать хоть что-то видеть, мы пошли наверх. Измотанные, грязные, уставшие, раненые. На подходе к вершине нас встретила Ренгу.

— Ма-а-арк, пришли! Пришли! Еда есть?

— Есть. Лети к остальным, скажи, чтобы помогли. — Устало выдал я, ощущая, что магическое истощение буквально раскалывает мне голову.

Все вместе, впятером, мы оказались в лагере. Варя и Лиза, пока нас не было, затопили печи, за каким-то непонятным мне мотивом стали вытачивать из длинных прямых палок колья, на костре шкварчало мясо в недавно сделанном нами казане.

Борю под самый конец несли уже все вместе, взяв его под плечи. Даже Лиза помогала, но все, что она могла, это в полуприсяде поддерживать едва волочащего ноги Бориса за раму под нагрудником.

Переложили его в одну из ячеек для сна, сняли с него доспех, укрыли. Девушки стали возиться с бойцом, которому досталось сильнее прочих, и даже стали чем-то мазать ему на рану на голове.

— … Бинты дайте, тряпок, я не знаю.

— … Я принесла горячей воды!

— … Спину, спину его нужно маслом намазать!

— … Дура, это против ожогов, да и то, это миф, не работает ни масло, ни сметана!

У меня пульсировали виски, слезились глаза и беспощадно ныли конечности. Я снял с себя кожу и кольчугу, спрятал поврежденные элементы брони в инвентарь, пообещав себе починить их завтра, и медленно, с трудом переставляя ноги, отправился к бассейну с холодной водой. Иррационально, в пещерах я замерз, но если я сейчас погружусь в горячую и расслабляющую воду, я в ней просто утону к черту, так как моментально вырублюсь. А мне нужно остаться в сознании еще немного, дабы подвести итоги экспедиции по свежим, так сказать, следам.

Компанию в умывании мне составила Ренгу.

— Марк уставший. — Констатировала она очевидное.

— Уставший. — Не стал я спорить. — Как тут дела?

— Ренгу была голодная и летала охотиться. Она-а-а видела несколько человек внизу. — Сообщила она мне шокирующую в своей сути новость, но я, видимо, был настолько выбит из сил, что отреагировал меланхолично.

— Да? Что за люди? — На миг я перестал с усердием тереть лицо пальцами и ледяной водой.

— Плохие люди. И с ними самки, четыре штуки. — Вскинула Ренгу свою руку-крыло и разжала когти веером. — Вот столько.

— А сколько их всего? Людей? — Заинтересовался я этой информацией.

Ренгу подумала немного, а затем показала вторую руку с еще четырьмя когтями, затем сказала:

— Самцы, с оружием.

Путем нехитрых манипуляций и точечных вопросов, я вызнал следующее. Ренгу слетала вниз спустя час, как мы отправились в экспедицию утром. Проголодалась, а потому ее целью были рыжие псы, чье волчье логово тут, оказывается, неподалеку. Она воровала щенков, чтобы убивать их клювом, ведь так вкуснее, но я не смог избавиться от этой информации, больно сильно уж наша птичка желала об этом поведать.

Когда она уже возвращалась наверх, услышала голоса. Четверо мужчин из людей, в хорошей, походной экипировке, с оружием, погоняли плетьми четырех женщин и гнали их на восток от нас. Я описал внешность одной, и получил подтверждение, что невысокой девушки со светлыми прямыми волосами там нет. Тогда Ренгу продолжила рассказ, что решила, что Марку, то есть мне, будет интересно узнать об этих людях, и она незаметно решила за этими людьми проследить.

Они говорили о каком-то большом лагере, об удачной торговле и о том, что глава этого лагеря дельный мужик. Цитировала Ренгу эти фразы заученно, используя голоса и интонации говорящих, как диктофон. Я уже видел эту ее способность, когда-то она произвела на меня неизгладимое впечатление. Но и удивляться я устал.

Убедился я так же и в том, что ни один из четырех голосов не похож на мужские голоса Димы и Антона. И я, если честно, не понял бы их, займись они работорговлей даже под угрозой смерти. Но факты состояли в том, что из рассказа Ренгу складывается однозначная картина. Кто-то этих четверых женщин продал и мужчины перегоняли их, как скот, в лагерь на востоке, в древний разрушенный форт в центре полигона.

Я поблагодарил Ренгу за этот рассказ. Напился ледяной и чистой воды с диким желанием проглотить ком, застрявший в горле. Серьезно? Две недели, как кодексы и законы утратили значение, а во главу угла встала сила, и человечество вернулась к самым первобытным идеям? К рабству?

А еще, тот загадочный глава большого поселения, что продал собственных людей… там, до случившегося, тоже были люди не высоких моральных принципов, но это уже скотство, самое натуральное.

Сделать в эту минуту я с этой информацией ничего не могу, мы слишком много времени провели в пещерах, ведь судя по часам, уже половина шестого. Значит, новоявленные рабы уже в новом для себя «доме». Тьфу.

— Ты как? — Неожиданно для меня подкралась со спины Катя и положила мне на голову руку, слегка потрепав по дружески мои волосы.

— Что я говорил о подкрадываниях? — Зло ответил я, бросив недовольный взгляд.

— Да помню я. — Не приняла близко к сердцу Катя и обошла меня, чтобы тоже присесть к источнику. — Ренгу, пойди полетай, или полетай пойди, не знаю, займись чем-нибудь. Мне с Марком поговорить нужно.

— Ренгу полетит, ей пора перекладывать веточки! — Бросила птица с человеческим торсом что-то пространное и, мощно махнув крыльями, скрылась из виду.

— Что-то с Борисом? — Поднял я глаза, полные стекловаты.

— Нет, он удивительно крепкий. Варя там мазь смогла сделать, похожую на ту, что Женя когда-то сделала и чем наши царапины латала. Мы обмазали его чуть ли не всего и оставили спать. — Рассказала она коротко о том, что происходило за моей спиной.

— Это хорошо. Остальные как? — Решил я не отпускать конкретную тему, раз уж зашел разговор.

— Да так же. Устали все, чуть шевелимся. Девки на измене были несколько часов подряд, не знали, выберемся ли мы живыми вообще. Вон, палок наделали, хотели колья за каким-то хреном впихивать. Я так и не поняла, куда. Да не важно это, отмоемся, проспимся, завтрашний день будет лучше прошлого. — Я видел, как девушка ерзает на месте, но к главной теме не подходит. То, что рассказала Ренгу, я решил пока никому не озвучивать, ведь кроме того, чтобы знать о зверствах людей, эта информация никому и ничего не даст. И вместо этого решил подтолкнуть Катю к разговору, ради которого, как мне кажется, она и пришла.

— Ты Ренгу отправила восвояси ради какой-то конкретной цели, вряд ли ты пришла обсуждать физическое и моральное состояние в группе. — Выдал я предположение.

— Да-да-да. — Закивала она, но без задора, как это всегда у нее получалось, а скорее для проформы, мол, так положено. — Моя миссия.

— Как видишь, все пошло сильно не по плану. Но первый пункт и половинку второго мы выполнили. — Хмыкнул я.