Звезда Теночтитлана (СИ) - Чайка Анна

Как же он напоминал сейчас Дениса! Лицо другое, а вот эмоции те же. Большой и страшный старший брат! Даже слова те же. Только слово «принцесса» из уст Дениса имело совсем другое значение.

— Даже если это будешь ты сам?

— Тем более, если это буду я!

— Слушаюсь, мой принц! — улыбнулась я.

— Повтори еще раз, пожалуйста! — хрипло произнес Уанитль. — Я, наверное, ослышался!

— Еще чего! — ткнула я его локтем по ребрам. Только особого урона не нанесла, левая у меня значительно слабее. — Не привыкай к хорошему!

— Ну, что ты, колючка, с тобой не привыкну!

— Быстро же я из «звездочки» превратилась в «колючку».

— Тетушка, скажи ей. — обратился Уанитль к Папанцин, до этого в шоке смотревшую на нас, — что лучи у звездочки тоже колются.

— А, что… да, да. Конечно! — невпопад отвечала Папанцин

Кажется, названная матушка, была в полной прострации. Ну, или мы довели!

Глава 17

Поцелуй в ночи

Следующие полгода прошли для меня в обустройстве больницы, идея которой понравилась не только Коаксок и Папанцин. Ее поддержал даже император, посчитав, что это благородное дело для принцессы.

Мне были выделены значительные средства, точнее «безлимитная карта» империи ацтеков. Дело в том, что денег в империи не было. Был бартерный обмен. Но часто мерилом цены для мелких товаров выступали зерна какао, а крупные измерялись в накидках или перьях, усеянных золотым песком. Так вот все мои покупки записывались на специальной бумаге — аматль, где я ставила свою подпись. Потом продавец приходил с этой распиской к дворцовому казначею и тот расплачивался с ним. То есть все мои траты брал на себя сам император.

Мне это было только на руку. Но все равно я старалась не тратить лично на себя, покупая только самое необходимое. А вот на больницу я не жалела. Отдавшись своему детищу с головой.

Это хоть как-то спасало, особенно после того, как Течуишпо прибежала ко мне и радостно сообщила, что я — чудо! Что по моему совету, она помолилась Коатликуэ, и богиня, наконец-то, услышала ее молитвы. Они ждут ребенка! Она схватила меня за руки и крутилась вместе со мной. Я, наверное, очень лживая! Потому что с виду я радовалась вместе с ней. Кажется, говорила:

— Вот видишь, а ты не верила!

А сама при этом выла ночами в подушку, когда никто не мог меня видеть.

При встречах с Куаутемоком, я вежливо здоровалась, и старалась больше с ним не сталкиваться. Но это не мешало мне первым делом искать его фигуру, на любом официальном мероприятии.

И снова плакать по ночам, ведь он-то на меня не смотрел совсем! И каждое утро я заставляла себя подниматься, чтобы сначала выпустить всю злость на несправедливость этого мира на тренировках. А потом с улыбкой идти к больным. Которых с каждым разом становилось все больше. В Теночтитлане хорошо работало сарафанное радио.

Мое расписание за эти месяцы приобрело какую-то стабильность. Утро начиналось с тренировки, где обязательно присутствовал принц. Затем я бежала в больницу, дом для которой мы выбрали с принцем на следующий же день после того памятного разговора. Если, конечно, во дворце не устраивалось какой-нибудь церемонии, на которой принцесса Китлали должна была присутствовать обязательно. День я проводила в больнице, сначала обустраивая ее. А теперь уже принимая пациентов. Или в своей лаборатории, для которой обустроила домик в больничном дворе. Затем к пяти-шести часам отправлялась обратно во дворец. Ужинала в покоях Папанцин или вместе с ней у императора. И почти каждый вечер, вот уже больше месяца, играла с Монтесумой в шахматы.

А ведь сама виновата. Примерно месяца два назад у Папанцин было день рождение. И мучаясь вопросом, что бы ей подарить, я вспомнила, что моя названная мать любит настольные игры. У ацтеков была распространена настольная игра — патолли. Больше всего она напоминала известную нам игру — нарды. В ней тоже нужно было за определенное количество ходов, сделать круг, вернувшись в «дом» и не дать сделать это своему сопернику.

И я подумала, а почему бы не сделать шахматы? И подарок оригинальный и игра новая! Задумано — сделано! По моим эскизам резчик по дереву вырезал фигурки. Благо он давно привык к моим заказам, и часто даже не задавал вопросов, а зачем это нужно. Обычно же я сразу озвучивала для чего.

Тут же вместо обычной королевы я попросила вырезать красивую девушку, а вместо короля — вождя. Пешки стали воинами. Долго думала, кем заменить коня и слона. В итоге первый стал пантерой, а второй — орлом. Вместо ферзя — фигурка жреца. И все это в красивый футляр с шахматными клетками.

Заказ я, конечно, сделала заранее. Подготовив, тем не менее, запасной вариант. Но резчик, был большим мастером своего дела и сделал все быстро. А узнав, что это подарок сестре императора расстарался при этом так, что шахматы стали настоящим произведением искусства.

Так вот, подарив Папанцин шахматы на день рождение, я научила ее играть. И мы с ней, буквально с месяц, играли каждый день. Пока однажды вечером в покои Папанцин не пришел сам Монтесума. И не увидел игру. Пришлось и ему объяснять правила. И заказывать подарок уже на день рождение императора, которое должно было быть через месяц. Шахматы для императора я заказывала уже у резчиков по камню. Сделав белые фигурки из нефрита, а черные из оникса. А вот футляр, увидев готовый из дерева, ювелиры предложили из золота и серебра. Ну, не мне спорить с императорским ювелиром!

Монтесума подарку радовался как дитя малое. Показывая его всем придворным. Тем более мы с Папанцин уже месяц вечерами пропадали на стороне императора, неизменно принося с собой шахматы. Вскоре к нам присоединился и Уанитль. Вот так и повелось. Каждый вечер играть в шахматы в две пары.

Между тем наступал конец ноября. И Теночтитлан готовился отпраздновать праздник Панкецалистли (Поднятие знамен), посвященный богуУицилопочтли. Вообще праздники у ацтеков не заканчивались никогда. Потому что не успевал закончиться один, тут же наступал другой. Да и богов был не один десяток. Кроме основного пантеона, были боги, покровители профессий. Часто свои боги были у разных областей страны. Или боги-покровители городов. Кроме того, один и тот же Бог мог иметь разные имена и разные ипостаси. В общем, в чем в чем, а в богах у ацтеков был полный бардак! Но люди при этом как-то жили и неистово верили.

Так вот, основных праздников было восемнадцать, по одному на каждый их месяц. Но к празднику Панкецалистли город готовился особенно, потому что в этом году именно Теночтитлан принимал у себя сборных команд со всего Анауака по игре в тлачтли.

Тлачтли, наверное, была первой игрой в баскетбол. В популярную и в то же время ритуальную игру играли на прямоугольной площадке, на которой стояли вертикально каменные «корзины». Мяч был сделан из жесткого каучука. В эту игру играли на площадке, напоминающую латинскую ' I', центральная часть которой имела в длину метров сорок, а в ширину около девяти, по сторонам которой были стены высотой метра в четыре над которыми находились ряды с сиденьями. В центре площадки находилась «корзина», каменное или деревянное кольцо, установленное не горизонтально, как в баскетболе, а вертикально. Цель состояла в том, чтобы попасть каучуковым мячом в кольцо. Мяч был твердым, не надутым. Игрокам разрешалось бить по нему только ногами, или бедрами, или локтями; на них были толстые накладки, как у вратаря в хоккее на льду. И хотя многие играли в тлачтли, эта игра была по своей сути религиозной игрой, проводившейся перед вождями племен. В Теночтитлане площадка для игры в мяч стояла за священной изгородью перед выставленными черепами тех, кого принесли в жертву в главном храме. Одной своей стороной она граничила с храмом, посвященным воинам Орла.

Если игроку удавалось забросить мяч в одно из колец, его команде присуждалась победа. В качестве награды победители имели право отнять одежду и прочее имущество зрителей. Это было сделать не так-то легко, поскольку зрители старались поспешно пробраться к выходу, в то время как игроки и их болельщики пытались схватить как можно больше жертв. Но вначале им нужно было преодолеть высоту стен.