Цена вопроса - жизнь! (СИ) - Фелис Кира

— Предупреждать его не стал. Хотя, думаю, он и сам понял, зачем вы звали, когда я к нему заглянул. — Он потёр рукой голову, задумчиво глядя в закрытую дверь, и разлохматил волосы. — Насчёт дров — это только начало. Мужики в деревне уже новые заготовки делают. Эти сложим и скоро следующие подвезём.

Вечером, после недолгих совещаний, мы решили отойти ко сну пораньше. Обсудив завтрашние планы, сошлись во мнении, что первую растопку печей отложим до утра. Мало ли что может пойти не так — вдруг дым пойдёт, угар случится или ещё какая напасть. Ночью в темноте, разбираться с этим — себе дороже. Лучше уж при дневном свете, когда каждую искру видно.

От чего-то спала я в эту ночь беспокойно. Несколько раз просыпалась, а утром опять встала раньше всех. В комнате царил предрассветный полумрак. Гриша, который всё так же ночевал на изголовье моей кровати и ни разу не изменил этой своей привычке, поприветствовал меня негромким курлыканьем.

— И тебе с добрым утром — улыбаясь шёпотом произнесла я и погладила пернатого.

Осторожно выбралась из-под одеяла и, стараясь не потревожить спящую Ульяну, крадучись подошла к окну. Босые ноги мёрзли, касаясь прохладных половиц. За стеклом был сильный туман. Ни видно ничего дальше метра. Глядя в окно так и захотелось крикнуть прямо в туман: Лошаааадкаааа! Но, конечно же, сдержалась. Похихикала, поняв, что кроме меня никто не поймёт и не оценит эту шутку.

После сытного завтрака, приготовленного в этот раз Марфой, появились гости. Как и вчера, к крыльцу хозяйственного двора подъехала телега, которой управлял Василий. И были на ней аккуратно сложены какие-то мешки, коробки и тюки.

Я вышла встречать, предупрежденная Николаем, и теперь стояла на крыльце и наблюдала за разгрузкой.

— Приветствую, госпожа — пробасил мужчина, когда встретился со мной глазами — Обдумал я ваше предложение. — я выжидательно молчала — Согласен я. Может, пользу принесу. — я смогла сдержать радостный крик, но широкую улыбку сдержать не получилось, увидев которую Василий как-то расслабился.

— Рада. — сдержанно произнесла я, а сама чуть ли не подпрыгивала от радости — А это что? — спросила и кивнула на телегу.

— Вещи тех, кто решил перебраться в услужение к вам в дом. Люди позже придут. Чтоб значиться им легче было, мы и решили Звёздочку запрячь.

Я стояла на крыльце, наблюдая за тем, как люди разгружают телегу и вносят свои пожитки в дом. Взгляд скользил по лицам прибывающих, и я не могла сдержать лёгкую хмуру. С одной стороны, прекрасно понимала, что содержание такого большого дома невозможно без дополнительной помощи. Без слуг не справиться ни с уборкой, ни с готовкой, ни с уходом за садом и двором. Но, с другой стороны, сердце сжималось от мысли, что тишина и покой, к которым уже привыкла, скоро уйдут навсегда.

Вздохнула и заставила себя улыбнуться, когда один из новоприбывших взглянул на меня. Нужно было показать, что я рада новым людям, что готова принять их в своём доме.

Глава 26

— Никитушка, ну скажи ты мне, разрешила госпожа али нет?— услышала я женский голос, дрожащий от слёз. — Извелася я вся! Страшно то как! А вдруг погонит?

Из приоткрытой двери гостиной доносились всхлипывания. Хоть подслушивать и подглядывать не входило в мои планы, любопытство пересилило, и я, приоткрыв дверь, заглянула внутрь. Картина предстала примерно такая, как я и ожидала, услышав разговор. Женщина лет тридцати, уткнувшись в плечо Никиты, тихо плакала, а он растерянно поглаживал её по спине.

— Ты, Маруся, не бои́сь! Спрошу я. Даст богиня и разрешит. А ежели чаво, дак всё равно помогать буду. И реветь тут неча! Ишь болото устроила! — грубовато успокаивал он.

Интересно девки пляшут! Женщину я не знала — вероятно, она одна из тех, что пришли сегодня утром. А вот Никитин голос узнала сразу. Он всегда, когда волнуется, использует старомодные выражения.

Послышался горестный всхлип. Я решила, что услышала достаточно. Пора было вмешаться.

— Ну полноте, успокаивайся! Ещё никто никуда не выгнал, а ты слёзы льёшь! И ладно бы …

Фраза оборвалась, когда они заметили меня. Женщина отпрянула, смущённо вытирая ладонью щеки и забавно шмыгая покрасневшим и слегка опухшим носом. Никита застыл с виноватым выражением лица.

— Что здесь происходит? — спросила я тихо, но тут же поморщилась от собственной интонации. Я вовсе не хотела никого пугать, но женщина вздрогнула.

— Госпожа Арина, Маруся вот пришла сегодня, чтобы служить значиться в доме, — тихо произнёс Никита и, слегка развернувшись, подтолкнул женщину ко мне. — У неё трое детей, младшей всего пять лет. Но она готова работать изо всех сил. Правда! Да и дети не доставят проблем, они тихие и едят совсем немного… — Он замолчал, вопросительно глядя на меня. Я же ждала продолжения, не понимая причины слёз и беспокойства женщины.

В комнате повисло неловкое молчание.

— Ну и в чём дело? — наконец спросила, пытаясь понять, что происходит. Никита, только что такой уверенный, вдруг смутился. — Что-то не так? Нужна комната побольше? Что?

Ситуацию спасла Ульяна, которая уже какое-то время стояла, облокотившись на дверной косяк, и слушала нас. Оказалось, в этом мире хозяева неохотно нанимают женщин с детьми. Считается, что дети мешают работать в полную силу, требуя внимания и заботы. Даже с одним ребёнком устроиться сложно, не говоря уже о трёх.

— Вот в чём проблема, — пояснил Никита, увидев мой вопросительный взгляд. — Ещё в деревне, когда грузили вещи на телегу, соседка еёшная начала говорить, что затея бесполезная, что прогонят её. И вертается она домой, только ноги измает, и свои, и детей. Вот она и накрутила себя — успокоить не могу, — он кивнул на женщину, стоявшую рядом. — А куда ей деваться? Муж погиб в прошлом году, оставив, помимо двух общих детей, ещё и дочку от первого брака. А я пообещал помогать. Госпожа Арина, прошу за неё, оставьте в доме. У них совсем есть нечего. А до лета ещё далеко. Она работящая и умелая. Верой и правдой служить будет.

Маруся смотрела на меня огромными глазами и так энергично кивала, соглашаясь с каждым словом Никиты, что я начала опасаться, как бы у неё голова не отвалилась.

— Маруся, — спокойно начала я, глядя ей в глаза. — Хочу, чтобы ты знала: оставить тебя в доме для меня не проблема. Твои дети тоже найдут здесь своё место. Их присутствие меня ничуть не смущает. Впредь, прежде чем лить слёзы и тратить нервы, лучше сначала узнать ответ на свой вопрос.

Она подняла на меня полные сомнения глаза. Но её взгляд тут же потеплел, и вдруг слёзы снова хлынули ручьём.

— Спасибо вам, спасибо! — говорить «не за что» не стала. Меня вполне устраивало, что женщина будет мне благодарна. — Я… я обещаю преданно служить вам, пока вы будете нуждаться в моих услугах. Вы мой спаситель!

Больше говорить было не о чем. Кивнув, я вышла из комнаты. Следом за мной поспешила Ульяна, явно довольная моим решением.

Для того чтоб поприветствовать людей попросила Никиту всех организовать. И теперь я стояла посреди гостиной и приветливо улыбалась группе людей, собравшихся передо мной. Пока пятеро мужчин и три женщины, которых сопровождали три девочки разного возраста: старшая выглядела лет на шестнадцать, средняя — на двенадцать, а младшая едва достигала пяти. Все они казались немного напряжёнными, даже малышка, которая пряталась за юбку уже знакомой мне Маруси, но в глазах каждого читалось желание начать новую жизнь.

— Добро пожаловать, — произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал тепло и ободряюще, и обвела взглядом каждого из присутствующих. — Мы рады, что вы решили присоединиться к нам. Надеюсь на долгое и взаимовыгодное сотрудничество. Марфа, наша домоправительница, поможет вам разместиться. Познакомимся поближе чуть позже.

Пока Марфа занималась новоприбывшими, мы с Никитой, Ульяной и Василием отправились в кабинет, чтобы обсудить планы на ближайшее будущее. После короткого совещания решили, что Никита будет руководить мужскими работами в доме, Василий — всеми работами в поместье, а Марфа — женским персоналом. Я хотела задействовать и Николая, но он отказался, сославшись на слабое здоровье.