Возвращаюсь в прошлое и становлюсь возлюбленной злодея (СИ) - Свободина Виктория

– Я шокирована твоим рассказом и сочувствую тебе, – крепко обняла Райана, положив голову ему на плечо. – Но почему ты не пошел к королю по возвращению в столицу? Весьма вероятно, что он бы тебя признал. Тебе не пришлось бы терпеть лишения.

– Я не хотел, чтобы он знал обо мне. Я сочувствовал и сочувствую своей матери, не испытывая ни малейшей симпатии к королю.

– Но ты говоришь, что он все-таки узнал о тебе?

– Я сам ему об этом в итоге рассказал. Мы говорили с ним один на один незадолго до тех переговоров, после которых Пустошь отошла мне. Я сделал это намеренно.

– М-м. Чтобы иметь дополнительное преимущество на переговорах? Посчитал, что король охотнее пойдет на сделку, зная, что отдает земли не чужому человеку, а своей крови?

– Охотно или нет, но он бы их отдал. Тем не менее, то что обошлось без прямого конфликта, хорошо. Перед отъездом решил, что все же нужно поговорить.

– И как он воспринял новость?

Райан поморщился.

– Был до противного рад и очень доволен.

– Пусть и темный, но очень сильный сын с редчайшим фамильяром. Из-за этого обрадовался?

– В том числе. Он опасался пророчества, в котором говорилось об угрозе темных сил и возрождении темных магов, но поняв, что править, что темными, что светлыми будет его же род, успокоился. Рассказывал, как ему нравилась моя мать, насколько у нее был упрямый характер и что несмотря ни на что он рад, что у него есть сын от нее.

– Злил тебя этим?

– Очень. Но все же такая реакция приятнее, чем если бы он продемонстрировал отвращение и ненависть.

– Ты так долго скрывал свое происхождение не просто так ведь? Рассчитывал получить на церемонии сильного фамильяра, ведь в королевский род всегда славился сильными светлыми фамильярами, а дальше… отомстить?

– Я не был уверен, что хочу мести, но очень долго был зол, она копилась и усиливалась. И эта же злость стала уходить и отпускать только после начала третьего курса благодаря тебе. Ты показала другие пути, возможности, научила радоваться жизни с ее самыми простыми моментами, зажгла в пустоте души новые до этого незнакомые чувства и эмоции. Думаю, твой путь после возвращения был верным. Тот год действительно стал лучшим и самым насыщенным, я напрочь забыл о королевской семье и о прошлом. Только возникли другие раздражающие факторы из-за твоих поклонников.

– Что, сильно хотелось обеспечить Арэту вечное заклятие несварения желудка? Как только сдержался с твоими возможностями? – уточняю насмешливо.

– После истории с моей мамой я бы не посмел. Во всяком случае что-то действительно плохое сделать. Поэтому терпеливо ждал, понимая, что принц скорее всего поступит в той же манере, что и его отец, отправив неугодного как можно дальше. Но если бы Арэту грозила реальная опасность, я бы вмешался. Да и самая большая опасность это Пустошь, в которую мы бы тогда отправились вместе с ним. Но я все же рад, что его отправили не в Пустошь и ты со мной, какие бы причины тебя к этому не вели. Прости.

Еще крепче, хотя куда уж крепче, обняла Райана. Наверное, только сейчас в полной мере осознала, насколько он был одинокий. Знала и раньше, но не представляла масштаба. Сколько любви он в своей жизни недополучил. Одно дело когда погибают родители, которые тебя безусловно любили, и другое, когда это тебя даже сильно не затрагивает, поскольку ты их толком не знал, и появляется чувство вины от осознания, что мог быть для них обузой. Возможно он и хотел выразить свой интерес ко мне раньше, но мешал не столько Арэт, а опасения, что я тех чувств не приму.

Хмыкнула про себя.

– Может надо было раньше тебе все рассказать?

– Полагаю, всему свое время. Мне показалось, что ты на меня начала смотреть с большим интересом после церемонии получения фамильяров.

– Такой как сейчас ты мне привычнее, ведь общаться в той реальности мы начали после моей свадьбы.

– Сильно отличаюсь от того студента?

– Не то чтобы сильно, ты словно раскрылся, ранее, думаю, скрывая свой нрав. Ну и внешне… совсем немного изменился.

– Немного?

Фарендейл решив получить признание, что внешне, он, конечно, сильно поменялся и мне его новая внешность жутко нравится, стал щекотать меня, а я хохотать и извиваться, а дальше стало совсем не до разговоров, повелитель унес меня в кровать. Позже обязательно поговорим.

Глава 37

За следующие пару дней я выяснила, что какие бы страшные признания я о себе ни делала, Райану все нипочем. Кажется, если бы я даже призналась в массовых убийствах, он бы бровью не повел, только отметил бы, что он в той реальности вел себя хуже и вообще весь мир уничтожил, а значит мы хорошая, подходящая друг другу пара. Вообще по прошествии времени все мои козни против Беллы и ее обожателей начинают казаться детскими шалостями, хотя тогда, в водовороте страстей и обид, все воспринималась иначе.

Следующие недели подданные имели честь лицезреть на улицах города влюбленную темную парочку, иногда в сопровождении трех фамильяров и десятка разномастных монстриков. Парочка эта отлынивала от работы, забросив все дела, изображала из себя самых обычных жителей, которым интересно гулять держась за руки по улочкам, местному колоритному рынку, ходить на пляж, сидеть вечером в трактире, общаясь со всеми, как с добрыми друзьями.

Все могло бы и дальше так продолжаться, но к нам все-таки доехала светлая делегация во главе с принцем.

В момент, когда делегация неспешно едет по дороге вверх, приближаясь к городу, мы с Райаном находимся в его покоях у обзорного окна. Сидим в том же кресле троне с помятым подлокотником и наблюдаем за этим неумолимым приближением светлых. К этому моменту в гостиной появилось второе, не менее величественное кресло, но оно пока так и не пригодилось. Райан смотрит на кресло хмуро, и если решаем тут посидеть, я неизменно оказываюсь у повелителя на коленях.

– Какие нарядные, – комментирую я пышный въезд делегации. Они уже едут по длинному мосту, и вот-вот зайдут в город.

Пытаюсь представить, как все выглядит глазами светлых. Думаю, пока они ехали к центру темного королевства, особо впечатлены не были. Мы с Райаном пока отдали все силы на обустройство горной части королевства, в остальных местах пока почти такая же пустошь, с той лишь разницей, что земля не такая сухая. Маги-погодники активно насылают дожди на всю нашу территорию, постепенно подготавливая почву к возрождению. Но это дело не одного года.

Тем не менее, дорога от ближайшего темного города на границы дорога хоть и не самая лучшая, но на протяжении всего пути выставлены кордоны. Это нужно, чтобы переселенцы, а их идет довольно-таки много из разных уголков мира, нашли где укрыться от возможных нападений местной фауны, которой все еще довольно много в наших краях, ну и там же получают при необходимости еду и питье, поскольку если нет запасов, в пустых землях трудно разжиться подобными ресурсами.

В общем, думаю, делегация добралась без особых происшествий. За год опасные тварюшки уже должны были понять, что гулять в районе дороги чревато последствиями.

В горах должно было быть интереснее. За год, благодаря магам, в горах стало свежее и больше растительности, а Райан проложил дорогу. Буквально выплавил ее между гор. Ровную, совершенно гладкую и широкую. Местами дорога проходит через длинные тоннели, под горами, которые повелитель также буквально выплавил своей силой. Светлые должны были восхититься силой Райана. Должны же они понимать, что обычные маги на такое не способны. Внутри тоннелей мы заранее, в честь приезда делегации, установили магический свет.

Также делегация должна была пройти по нескольким каменным мостам. Тут уже одной грубой силой было не обойтись, Райан действовал вместе инженерами и другими магами, но все равно большую часть работы делал повелитель. Обтесывал камни, левитировал их. Конструкции получились монументальные, эффектные.

Самый красивый и большой мост сейчас тот, по которому уже почти прошла делегация. Украшен каменными изваяниями местных скульпторов, вдохновившимися видом местных монстров. Даже Райан не остался в стороне, вытесав магией из камня, самую большую монументальную фигуру в виде крылатого волка. Ее мы установили на въезде перед мостом. Волк будто смотрит исподлобья на всех, кто въезжает в город, чтобы въехать на мост, надо пройти между его лап.